Когда охранник закончил пристёгивать Рида к столу и наконец вышел за решётчатую дверь, Кесби, без движения стоявший у противоположной стены, обернулся. Серые глаза жадно впились в сгорбленный силуэт Рида, который упрямо продолжал смотреть на собственные кулаки, сжатые до хруста в костях, до побеления кожи на пальцах. Он не замечал или старался не замечать, с каким желанием изучает его Рик, мысленно проводя по каждой морщинке, каждому шраму на лице Гэвина.
Время шло, а посетитель продолжал молчать, присев на стул напротив. Он неуверенно пытался подобрать слова для начала разговора, но проглатывал их снова и снова, замечая, как нервно Рид смотрит по сторонам, избегая прямого и такого желанного контакта глазами, быстро облизывает пересохшие, покусанные губы, не подозревая, что этим будоражит спрятанные в глубине чужого сознания похотливые мысли.
— Хули ты припёрся? — Арестант не выдержал тишины, поднимая взгляд на молчаливого посетителя.
Мужчина напротив уже сосредоточился и смотрел уверенно, подавляюще, отчего Гэвин замер под этим взглядом, внезапно почувствовав себя голым и незащищённым. Напускной холодный лёд в стальных глазах пугал и будоражил одновременно. Он словно жертва, а перед ним охотник, его личный удав, который гипнотизирует глазами желанную добычу, усыпляет бдительность, постепенно сжимая в кольцах крепкой хватки чужое тело. Но видение прошло, стоило Рику открыть рот. Оцепенение разбилось о хриплый, обволакивающий голос, в котором звучали тоска и сожаление.
— Я скучал, Гэвин, — тихо, словно слова давались с трудом, произнёс он.
Рид в ответ лишь скептически хмыкнул, ничем не выдавая нахлынувших эмоций.
— Я не мог прийти раньше, нужно было закрыть одно дело, сдать несколько отчётов. Сраная бюрократия, ты и сам знаешь.
— Какое, к херам, дело? — возмущённо фыркнул Рид, не понимая, о чём говорит собеседник.
Мужчина напротив спокойно, ничем не выдавая своих эмоций, без слов потянулся к внутреннему карману пиджака. Гэвин не мог поверить своим глазам, когда перед носом открылось удостоверение. Три синих буквы расплывались перед глазами, а позолоченный значок воспринимался как чья-то неудачная шутка.
— Специальный агент Ричард Уайт. — Рид не заметил, что перестал дышать. — Это что ещё за дерьмо? — Он неверяще вцепился взглядом в посетителя, а в голове сразу возникла куча вопросов.
— Я был на задании, не мог себя рассекретить. Мне нужно было следить за одним заключённым, имя ты знаешь. Он не шёл навстречу следствию, ничего не рассказывал о своих связях, схемах. Я два года потратил на его изучение и в последнее время и так слишком долго тянул, чтобы провести с тобой больше времени, но ещё дольше задерживаться уже не мог.
— ФБР, да… Значит, Фантом, «тюлени» — эти красивый пиздёж, просто легенда? — спросил Рид, теряясь в обилии крутящихся в мыслях вопросов.
— Нет, я действительно состоял в отряде «котиков», но, как выяснилось во время службы, мои жизненные принципы расходятся со взглядами подразделения, так что я предпочёл податься на более подходящую мне работу. А Фантом… Я не в праве разглашать подробности, Гэвин, но, скажем так, при необходимости сотрудники спецслужб пользуются этим именем для прикрытия, — ответил Рик — Ричард, мысленно исправил себя Гэвин — уже без былой уверенности в голосе.
— Ричард, Рик, даже, блять, фантазии не хватило на более отличающееся имя, — невесело посмеялся Гэвин. — Ну и как, понравилось? — Ричард не сразу понял, о чём говорит собеседник. — За два года скучно стало, решил себе жертву найти. Весело было трахать бывшего копа? — Рид удивился тому, с каким спокойствием слова срывались с языка, он даже голос не повысил, хотя внутри клокотала холодная ярость. Он был слишком зол и расстроен одновременно, чувствуя себя преданным во второй раз.
— Я не играл, Гэвин, то, что я сказал перед уходом — чистая правда, ты сам это знаешь, — извиняющийся тон звучал слишком непривычно.
— Ты поступил довольно трусливо, Ричард, признавшись тогда в душе и сразу сбежав, — Рид опробовал новое имя, которое как родное легло на язык.
— Знаю, просто боялся услышать отказ. Я впервые испытываю к кому-то настолько сильные чувства.
— Я тоже, — тихо ответил Гэвин, ненадолго опустив взгляд в стол, — но даже не надейся, что я начну петь тебе дифирамбы о любви!
Ричард в ответ лишь улыбнулся.
— Я и не рассчитывал, мне достаточно просто знать, что мои чувства взаимны. Ты ведь тоже любишь меня, Гэвин? — Агент посмотрел прямо в серьёзные глаза напротив.
— Да, — коротко ответил Рид, не отводя взгляд.
Больше всего в своей жизни он ненавидел такие моменты, эти признания и прочую любовную хуетень, но именно сейчас впервые не хотелось юлить и выёбываться, уклоняясь от ответа. Что же, один раз в жизни можно сделать исключение. Ричард хотел что-то сказать, но Гэвин перебил его, всё ещё не получив все ответы.
— Временный напарник Андерсона, которого прислало бюро, тоже Уайт. Не хочешь объясниться? — Рид наконец сосредоточился и вспомнил, где уже слышал эту фамилию.
— Умеешь ты подпортить романтический настрой, — посмеялся агент.
— В жопу себе засунь свой настрой, сначала ты мне дашь ответы.
— Это мой брат, Коннор, работает в отделе кибер-безопасности. Когда я узнал твою историю, уговорил его всеми правдами и неправдами найти основания попасть к вам. — Ричард откинулся на спинку неудобного стула, расслабляясь. — Хорошо, что у него много знакомых по отделам, когда всплыло, что у вас завелась мышь, он уболтал начальника отдела внутренних расследований позволить подключиться к поискам. А когда очень удачно выяснилось, что ваша крыса и к нам нос успела засунуть, я смог взять дело под своё руководство.
— Откуда у твоего брата в знакомцах начальник ОВР? — Рид недоумевающе поднял брови. — Ему по голосу и тридцати нет, он словно недавно из академии выпустился.
Рид вздрогнул от неожиданности, когда Ричард искренне рассмеялся на сказанное.
— Гэвин, он старше меня, правда, минут на пять, кажется. — И видя непонимание на чужом лице, пояснил, — мы близнецы.
Теперь пришла очередь Гэвина смеяться.
— Блять, я бы многое отдал, чтобы посмотреть на рожу Андерсона, когда он увидел тебя, — сквозь смех выдавил Рид.
— Он был не очень рад нашему знакомству, хотя сейчас мы нашли общий язык. — Агент снова улыбнулся. — У моего брата довольно специфическая манера общения, Хэнк думал, что у меня такая же.
— Специфическая, — хмыкнул Рид. — Открою тебе глаза на мир, Ричи, я даже через телефон по паре фраз понял, что твой брат зануда. Прожжённые жизнью копы Детройта таких не любят.
— Я заметил. Кстати, у меня небольшой сюрприз для тебя, думаю, ты оценишь. — Ричард достал из кармана листок.
–Приказ о переводе? — Рид бегло пробежался глазами по заглавию.
— Копия, естественно, сам приказ у начальника. Прочитай. — Ричард кивнул в сторону листа.
— Федеральная тюрьма. Охренеть, ты организовал перевод Несбитта в федеральную тюрьму?! Да его же прирежут там в первую же неделю! — Гэвин был наслышан о происходящем за теми стенами, куда сейчас отправляли только самых отбитых и опасных для общества преступников.
— Это меньшее, что я могу сделать. После того, что он делал с тобой, я бы и сам с удовольствием его прирезал, — тихо произнёс Ричард.
— Ай-ай, специальный агент Уайт, служитель закона не должен так говорить, — подстегнул его арестант.
— Гэвин, — глухо произнёс Уайт, смотря исподлобья, и от этого голоса член в штанах непроизвольно дёрнулся.
— Последний вопрос, — внезапно севшим голосом произнёс Рид, неотрывно следя за тем, как медленно, плавно, почти тягуче, Ричард поднялся из-за стола. — Чем я вообще тебя зацепил?
— Сначала мне просто было интересно посмотреть в лицу тому копу, которому не посчастливилось загреметь в тюрьму. Потом стало любопытно, что из себя представляет человек, который не боится грубить опасному наёмному убийце. — Агент сделал шаг по направлению к собеседнику. — Дальше я понял, что интерес постепенно перерос во влечение, а раз ты не был геем или хотя бы бисексуалом, пришлось импровизировать. — Ричард неторопливо обошёл небольшой стол, аккуратно приближаясь к арестанту, словно боялся спугнуть. — К тебе сложно подобрать ключик, Гэвин, поэтому я подумал, что умеренное насилие и хороший секс подойдут лучше всего. Как выяснилось, моё предположение оказалось верным.
