Гарри смутился перед большим количеством людей, под прицелом камер, от ожиданий друзей. Он закрыл глаза, вытягивая мышцы ног, и принялся глубоко дышать. Но короткую медитацию прервал Карл.
— Томас, извини, — сказал он коротко.
Глаза Гарри распахнулись. Он с недоверием посмотрел на друга, а Томас отзеркалил его выражение лица.
— Нет тебе прощения, говнюк.
Карл улыбнулся, а потом поднялся и кинулся к другу в объятья.
— Прости, прости, прости, прости…
Томас отбивался, как мог, но отлепить Карла было непросто.
— Ладно, ладно, — не выдержал Томас. — Только отстань.
Карл со смехом расцепил руки. Гарри тоже не смог сдержать улыбку, наблюдая за тем, как команда становится все сплоченнее. Кевин заметил череду примирений и посмотрел на потерянного Руперта. Первогодка не бегал за ним, как обычно, не шутил и не смеялся. Он никогда еще не выглядел таким разбитым и закрытым. Людо подошел к Руперту, сжимая камеру в руках. Он сильно покраснел, но все равно что-то шепнул парню на ухо. Брови Руперта сошлись на переносице. Гарри подошел ближе, чтобы услышать их разговор и разнять, если вдруг Руперт кинется на однокурсника.
— Папа говорит, что в этом мире сильнейший получает все, что захочет, но тогда почему я не могу подружиться с Кевином? Он смотрит на меня, как на пустое место. Значит, я такой же слабак, как и ты?
Руперт посмотрел на красного Людо. Рыжий парень криво улыбнулся, наверное, дивясь подобной логике. Гарри уж точно удивился размышлениям Руперта.
— Человеческие отношения зависят от многих вещей, — сказал Людо тихим голосом. — Всем нравятся и не нравятся разные люди. Если ты не нравишься Кевину, это не значит, что его мнение единственно верное. Ты можешь понравиться другому человеку.
— Почему я не могу нравиться всем? Я такой плохой?
— Ты когда-нибудь встречал человека, который нравится всем?
— Иисус? — предположил Руперт. Гарри прыснул в кулак, и сделал вид, что разминает плечи.
— Не все в этом мире верующие, — терпеливо объяснял Людо. — Если будешь подстраиваться под вкусы каждого, перестанешь быть собой.
Руперт махнул рукой и отошел подальше от Людо, и его место занял Гарри. Он спросил:
— Почему ты подбадриваешь Руперта? Он же над тобой так долго издевался.
Людо проследил взглядом за бывшим хулиганом, который сначала уверенным шагом пошел в сторону капитана, но на полпути свернул и продолжил разминку.
— Он же не просто так это делал. У Руперта много личных проблем, да и он пока еще так по-детски рассуждает.
— Это объясняет его поступки, но не оправдывает.
— Я и не оправдываю, — Людо впервые посмотрел прямо на Гарри. Гарри опешил, засмотревшись на голубые глаза парня, будто заглянул в чистое кристальное озеро. — Может, я и слабак, как говорит Руперт, но лучше я буду терпеть чужие побои, чем сам кого-то ударю. Я не переношу, когда другие страдают.
Прозвучал свисток, поэтому они не успели продолжить разговор. Гарри задумался, но после жеребьевки все мысли улетучились. Осталось только желание победить. Шон смотрел на Гарри так самонадеянно и насмешливо, что кулаки непроизвольно сжались. Стереть бы эту ухмылку волейбольным мячом.
Матч начался с убийственной подачи Драко. Кабаны не ожидали столь агрессивного начала, но быстро подстроились. Гарри посмотрел на связующего, думая, почему Драко так поступил. Вторая подача не принесла им очка. Прошла атака Кабанов, но Пол и Эмос успели прыгнуть, отбивая мяч. Шон уже не улыбался. Первая партия пролетела мгновенно, но точно — без лишних движений со стороны Слизеринцев. Гарри следил за напарниками, размышляя, откуда эта уверенная и сильная энергетика. Все выглядели решительно.
Джозеф играл не совсем стандартно из-за полученных на футболе навыков. Он отбивал мячи и руками, и ногами, летая по площадке, будто у него появились крылья. Кевин играл левой рукой, поэтому Кабаны не сразу подстроились. Пол оправдывал кличку, которую ему придумал Руперт, — стальной. Ни один мяч не мог пройти мимо Пола. Драко и Гарри играли так же слажено, как и всегда. Не было ни одной игры, в которой их разногласия могли бы им помешать. Они всегда работали так, будто являлись половинками инь и янь.
Гарри с улыбкой наблюдал за струйками пота, стекающими по лицам Кабанов. Шон выглядел растерянным. Его самоуверенность мигом испарилась, а Исак стал выглядеть еще жалобнее, чем обычно, будто волейбольный мяч залетел прямо к нему в штаны. Первая партия закончилась победой Слизерина. Напарники столкнулись в крепкие объятья, будто выиграли финал, но расслабляться было рано.
Гарри выпил немного воды, слушая разговор Кевина и тренера.
— Пусть вы и выиграли, но потратили много энергии. Берегите силы. Нужно выложить на третьей партии. Не знаю, сможем ли мы закончить игру за три.
— Понял.
Тренер берег силы команды, поэтому заменил на второй партии игроков. Давно Кабанам не попадались такие непредсказуемые соперники, как Слизеринцы. К методам Лисов они давно привыкли, из года в год сталкиваясь с ними в финале или полуфинале. Занимая первое место несколько лет подряд, Кабаны расслабились. Пусть у них и была высокая выносливость, но играли они, как по шаблону. Гарри помнил все матчи, которые показали им тренер Диггори и мистер Кох. Стратегия Коха Кабанам не пришлась по вкусу.
На второй партии Кабаны играли увереннее. Атаки Джона они быстро отбивали, так как не раз играли против Лисов, а вот остальные игроки были для них темными лошадками. В этот раз в связке играли в основном Карл и Томас. Они действовали слаженно. Карл в роли связующего игра иначе, чем Драко, но так же эффективно. Гарри с восторгом наблюдал за маневрами либеро, за атаками Томаса, за уверенными блоками Маттиаса и Макса. Руперт же бегал по площадке на подхвате.
Вторая партия закончилась криками тренера Брауна. Он так громко отчитывал свою команду, что заглушил комментатора и музыку. Гарри отвернулся, как только поймал злобный взгляд Брауна. Наверняка старичок точит на него зуб еще с прошлого лета из-за фотографии с поцелуем. Болельщики на трибунах взревели. Кабаны возмущались и освистывали соперников с трибун, а Слизеринцы гудели в свистки и крутили трещетки, радостно смеясь. Гарри улыбнулся, заметив, как прыгает Рон. Джинни, Панси и Гермиона развернули зеленый плакат, но Рон к нему даже не притронулся. Лучший друг болел не за Слизерин, а за Гарри.
Крики тренера подействовали на Кабанов так, будто Браун насильно открыл им второе дыхание. Как бы ни хотели Слизеринцы закончить все за три партии, но победа осталась за Кабанами.
— Я просил вас беречь силы, но вы поступили самонадеянно, — отчитывал их Диггори. — Не забывайте, против кого играете. Кабаны не за красивые глаза стали чемпионами. Теперь нужно закончить все в четвертой партии, иначе на пятой вы помрете.
После перерыва борьба продолжилась. Шон выглядел так, будто в него тигр вселился. Он кричал на напарников, холодной тенью скользил на задних рядах, отбивал каждый мяч так, будто от этого зависела его жизнь. У Гарри возникла мысль, что Шон хочет показать, что он не хуже Кая и может его заменить. Гарри даже его пожалел, ведь после такого капитана, как Кай Меро, и правда трудно доказать, что ты достоин быть лидером чемпионов.
Эта победа точно не достанется Слизерину легко. Четвертая партия длилась дольше, чем обычно. Гарри чувствовал, как у него дрожали руки. Напарники шумно дышали, обливаясь потом, отбивали мячи из последних сил. На пятую партию их точно не хватит. Дело было даже не в том, как долго длились партии, а как сложно было противостоять Кабанам. Они сражались за каждое очко, заставляя Слизеринцев прикладывать все усилия, но и Слизеринцы заставили Кабанов забыть про свои шаблоны.
Гарри лишь хотел, чтобы все уже закончилось, малодушно думал о том, что неважно, кто победит, лишь бы уже не бегать и не отбивать мячи, как загнанная лошадь в мыле. Но это длилось доли секунды, и Гарри быстро вернул себе самообладание: слишком много крови, пота и слез пролито, чтобы так легко сдаться. Тренер Диггори тоже заметил, как сложно приходится его подопечным, и выпустил на площадку козырь, чтобы принести команде легкие очки. Людо вышел подавать свой планер. Гарри шумно дышал, вытирая пот со лба напульсником на запястье. Он надеялся, что Людо принесет им хотя бы одно очко. Удар. Мяч разрезал воздух, будто нож масло. Подачу планер сложно отследить и сложно отбить, не выкинув ее в аут.
