– Минут двадцать назад Эшли была со всеми в подвалах. Все её видели.
Все начали наперебой что-то выкрикивать и спрашивать. Перешептываться.
– Тихо! – Голос ректора заставил всех притихнуть. Эйвин Стоун поправила съехавшую набок шляпу и добавила, – Мы разберёмся с этим и выясним, есть ли среди вас причастные к её кончине. А сейчас всем разойтись по комнатам! Введён комендантский час!
Перед уходом заметила, как она жестом попросила унести тело, не выдержав, я отвернулась и поплелась к академии. Дойдя до угла, увидела Кесси и Сэл, они схватили меня под локти, припечатывая к стене. Я непонимающе заморгала.
– Что произошло? – Во взгляде Сэл читалось скорее недоумение, чем злость. – Объясни мне!
Кесси молчала и смотрела на меня как-то жалостливо, но не отпускала.
– Да что с вами обеими такое?! Откуда мне, черт побери, знать, что произошло? Меня с ней не было! – Не выдержала я, не в состоянии терпеть их взгляды на себе.
– Нет. Ты же вышла из комнаты и увела Эшли. – Продолжала Сэл. – Я своими глазами видела.
– Значит, надо было лучше смотреть! Я была с Кейном. Можете у него спросить, если мне не верите.
– С этим?!.
Я предупредительно взглянула на неё, и она замолчала. Пусть мы с Сэл и подруги детства, так как наши родители дружат, это не даёт ей права осуждать меня за то, чего не понимает.
– Ладно. – Хоть Сэл и согласилась было видно, что она не поверила.
Они отпустили меня, я отряхнула платье, поправила спавшую бретельку и решила кое-что рассказать.
– Кто-то притворился мной.
– Что? – Карие глаза Кесси удивлённо вперились в меня. – Притворился? Что… Что ты имеешь в виду?
Ее руки затряслись, и она сжала их в ладони силясь унять дрожь.
– Я сегодня с Эриком виделась, пыталась вернуть долг, а он сказал, что уже всё отдал ещё неделю назад! Представляете? Я точно ничего не забирала, потому что тогда была ещё у родителей.
Сэл хотела что-то спросить у меня, когда Кесси перебила её.
– Извините, мне нужно срочно уйти. – Сказав это, она поплелась в академию.
– Куда это она? – Сэл глядела ей вслед, не понимая причину спешки, потом цокнула языком и, не прощаясь, умчалась следом. Я осталась совершенно одна посреди опустевшего сада.
Да уж! Денёк выдался ужасный, но я надеялась, что сегодня больше со мной ничего не приключится.
***
Телевизор, который я притащила из дома в нашу комнату, вновь шёл рябью. Он совсем не ловил здесь, но я всё равно упорно переключала каналы в надежде, что хотя бы один будет работать. Починили мы его, конечно, лихо. Теперь из-за наших манипуляций он выглядел странно. Экран стал выпуклым как у старых телевизоров, сверху примостилась антенна, и какая-то странная куча проводов, разобрать которые я не решалась. Кнопки уползли куда-то назад, а вместо розетки мы подключили его к магическому шару Сэл. Она была против, потому что он требовался ей для практики. Иногда она гадала людям в нашем мире, но осторожно, всего пару раз в год, дабы не привлекать внимание ведьмоловов.
Когда мне было одиннадцать, нашу семью выследил один из таких. Родителей тогда не было дома, и он выломал дверь. Мама всегда говорила мне, что в таких случаях я должна бежать, но вот страх не позволял. Он схватил меня, как сейчас помню его лицо, нависшее надо мной, и чувствую, как цепь с шипами впивается в горло.
Родители успели и спасли меня, правда, ведьмолов сбежал. Через неделю мы сразу же переехали и с тех пор не останавливались в одном городе дольше чем на год. Они боялись, что тот человек, если его можно было так назвать, вернётся завершить начатое.
Я провела пальцами по неровной поверхности шрама и потянулась, нажала кнопку и переключила канал, решив, что это будет последний раз, и тут увидела долгожданное изображение. Правда, совсем убогое и расплывчатое, но вот звук был отпадный настолько, что мне пришлось в срочном порядке убавлять, дабы ко мне не слетелась непрошеная толпа преподов.
Думала, меня удар хватит от такого грохота, в ушах ещё какое-то время раздавался звон. Я потрясла головой и принялась крутить антенну, настраивая изображение. Рябь то исчезала, то появлялась. С трудом мне всё же удалось поймать нормальный сигнал. Я осторожно отошла обратно и завалилась на кровать.
Шло нечто странное. Поначалу мне показалось будто это кулинарное шоу, множество трав, каких-то специй и прочей чепухи, только мерзкий труп на столе портил весь вид и, судя по всему, являлся основной деталью шоу. А потом я распознала некоторые элементы ритуала оживления. Да-да оживления, не воскрешения. Это были принципиально разные вещи, и оживить труп не составляло труда, обычно выходил стандартный зомби, правда для этого можно было не париться и просто закопать его на оживляющем кладбище. С воскрешением дело обстояло иначе, и… воскрешать кого-либо в академии запрещено. Такому нас не обучали и не будут и всё из-за опасности создать нечто неправильное. Все же здесь в игру входила человеческая душа, сложнейший ингредиент в огромной формуле заклинания.
Но этот тип в телевизоре делал нечто иное. Словно и оживлял и воскрешал его одновременно, при этом ещё умудрялся все комментировать.
…одного будет достаточно, но, главное, закончить ритуал до завершения первых суток смерти, пока душа ещё находится в теле. Не перепутайте. Вы же не хотите получить обычного зомби? Думаю, таких и без вашего экземпляра под землёй полно!
Я сделала звук тише и подползла к экрану ближе. Мельком глянула на дверь, надеясь, что Сэл и Кесси не вернутся ещё какое-то время и стала разбираться. В голове появился образ Эшли, и у меня появилась безумная мысль, которую следовало воплотить в жизнь, если мы хотели узнать, что с ней произошло и вернуть её.
Они унесли Эшли в лазарет, зря, конечно, делать ей там было объективно нечего, только место зря занимала, но зато её никто не охранял. Я слышала, что все преподаватели собрались в кабинете ректора и теперь думают что делать. Пока они ищут ответ на этот вопрос, я уже решила, что делать мне.
Дверь открылась спустя несколько мучительных минут колдовства над ним. Я пробралась внутрь, прихватив из комнаты простынь и заметив неподвижное тело, подобралась к постели.
Мне стало не по себе при взгляде на тело Эшли. Один её глаз был приоткрыт, словно даже с того света она наблюдала за всем что происходит. Всё же она была моей подругой. Воспринимать её как очередное тело совсем не хотелось.
Что ж, некромант из меня тот ещё, но уж закопать тело без посторонней помощи сумею. Правда, когда я завернула Эшли в простынь и потянула, оказалось, она не такая легкая, как утверждала при жизни.
– Лгунья. Тяжёлая лгунья, вот ты кто, Эшли. О чём ещё ты врала? – Я бросила тело на выходе из академии, чтобы передохнуть, обошла его, решив ухватиться за руки, случайно наступила на выбившиеся из-под простыни светлые волосы и дёрнула. Голова мотнулась в сторону. – Упс! Надеюсь, хоть волосы у тебя настоящие.
Шутки помогали отвлечься от того, что я намеревалась сделать.
Собравшись с силами, я схватила её за руки и потянула наружу, благо преподаватели разогнали всех по комнатам и установили комендантский час. Тащить было не так далеко, но мне казалось, это заняло вечность.
Я бросила её уже на кладбище и вздохнула, переводя дыхание. Вытерев мокрый лоб, создала небольшой огонёк на руке и осмотрелась в поисках лопаты. Она нашлась за одной из могил. Забрав ее, вернулась к Эшли.
Свободного места было не так много, но нам с Эшли хватит и уголка. И я принялась копать и копать. Земля не поддавалась лопате.
Неподалеку от меня из-под земли появилась голова зомби, видно я потревожила его своим копанием.
– Давай же! Чертов кусок земли!
Он уже выставил руки, чтобы подтянуться и вылезти когда заметил, как я отчаянно колошматила по земле лопатой, пытаясь разбить очередной ком земли и, недолго думая, новоиспеченный зомби залез обратно от греха подальше. Попадаться мне под горячую руку я бы никому не пожелала.