Сардолас неопределённо кивнул — он не знал, что творится за пределами гряды вулканов, но знал король и мог связать все сведения в общую, логичную картину. Поэтому-то чёрно-фиолетовый самец и летал к нему, чтобы своевременно извещать о таких вещах. Пусть даже некоторые из них и могли показаться на первый взгляд не особо значащими. Теперь же он ждал распоряжения или хотя бы наставления, которое надо будет принести обратно к Зотарес и прочим участникам дозора.
Они не одиноки в своём деле, и важно всем действовать сообща. Даже несмотря на то, что не все объединяются в группы для защиты земель. Это лишь повышало ответственность обитателей вулканической цепи.
— Меня не сильно тревожит появление охотников именно к югу от плато, — признался Сардолас и выдохнул. — В поле видимости лавовых стай они не сумеют сделать ничего плохого. Но если есть те, кто прокрадывается или пытается обойти?
— Да, такие могут быть, — Нивервир осел на задние, жёлтые лапы, подобрав передние к животу, отчего вытянулся, но всё равно не сравнялся с сыном Трефалкира по высоте. — Надо выяснить, какие у них цели и что интересует их. Полечу туда и опрошу драконов и прочих. Может, получится что разузнать.
Штормовой дракон вновь кивнул, на этот раз уверенней. Действие лучше бездействия, если только несовершение дел не входит в какую-то часть плана. Однако этот случай был другим. Хорошо: осведомлённость короля уже избавляет от ряда проблем. Главное, и дальше быть самому настороже. Он встал на четыре лапы, потянулся, предчувствуя привычное завершение их встречи.
— Что мне передать громовому всполоху неба? — самец разминал подуставшее от затяжного перелёта тело: потягивался, водил хвостом, сжимал и расслаблял крылья.
— Я сам навещу её, — твёрдо ответил Нивервир к удивлению верноподданного, — и ещё раз обсужу всё с ней. Я думаю, что с этим всем пока Зотарес и сама прекрасно справится. Для тебя же у меня есть отдельное поручение. Думаю, что тебя оно заинтересует.
Это несколько отличалось от обычной рутины, что заставило изумление внутри лишь усилиться. Поручение? Раньше король ему их давал, но то были простые задачи. Такие как облёт той или иной территории на обратном пути к вулканам. Почти всегда всё проходило спокойно. Сегодня же разговор подразумевал, что пернатый дракон окажется у Зотарес раньше, чем штормовой.
— Что мне надо сделать? — спросил Сардолас, и сквозь привычное сосредоточение на морде пробился лёгкий оттенок замешательства.
— Полетишь на юг, к морю. На обрыв Датийс, — обстоятельно начал пояснять Нивервир, поигрывая загнутыми когтями. — Я жду морскую драконицу, вернувшуюся из путешествия на другой континент. Встретишь её и сопроводишь в Скрытую Долину. Так будет безопасней.
— С другого континента? — неверяще уточнил чёрно-фиолетовый самец, скалясь и хмурясь. — Не та ли самка, что лет пять назад сплавала на дно разлома одного из атоллов? Морским вечно не сидится на местах, но это безрассудные поступки.
— Верно, — и король как-то приглушённо щёлкнул клювом и украдкой улыбнулся.
Датийс. Сардолас примерно знал, где находится этот практически отвесный обрыв, упирающийся прямо в море. Далековато, впрочем что поделать? Да и драконица заслуживает такого внимания. Он кое-что смутно слышал об этом. Такие путешествия действительно носили какой-то бравадный характер, но от этого не делались менее великими, раз ей удалось вернуться живой всякий раз. Достойно уважения.
— Удивительный родич, спору нет, — произнёс самец, ещё пребывая в мыслях. — Как её зовут? Не хочу ошибиться и подвести вас.
— Не ошибёшься. Ты её знаешь, коготь грома, — тут уж Нивервир откровенно посмеивался над ним, добродушно и как-то знающе. — Это текущая песня течений.
Удивление непоколебимого Сардоласа достигло наивысшей точки, впервые с тех самых пор, как он был драконышем. И он не мог какие-то секунды его сдерживать. Жёлтые глаза с рыжими крапинками расширились, пасть приоткрылась. Какое-то время дракон так и смотрел на своего короля. Это поразило его, заставляя не верить в такое, но вместе с тем он знал, что это чистейшая правда. Теперь его путь пролегал на юг.
Комментарий к 57. Поступь.
Ой, ой, ой, а кто это тут у нас?) Восемь ждущих) Собирайтесь! Приходите, потому что скоро мы заканчиваем XD Осталось три главы, всего три. Успеете сопроводить их и пройти путь вместе с ними!!!)
Что ж, этот эпилог о Сардоласе. Чувствуете его отличие от среднего брата?) Уже понимаете, почему у этих мини-историй именно такой порядок?) В этих двух эпилогах, как и в следующем, собственно о Бэйлфаре, присутствует одна очень важная тема, определяющая нечто немаловажное. Старший сын Трефалкира вырос в не менее выдающегося родича. Сильного не только телом. Жду ваших комментариев:3
В этой главе такого тематического фона, как в прошлой нет. На всё есть своя причина) И несмотря на это, тут тоже есть за что зацепиться взглядом) Здесь что-то затесалось промеж Нивервира и Зотарес. Кстати, увидели их, узнали, как идут дела. Более или менее стабильный мир. А ещё заглянули по ту сторону вулканической гряды. А когда ещё-то? XD Спорим, никто не предполагал этого “возвращения на страницы” в конце главы? XD Однако я ни про что не забыл.
Вообще, эта глава была для меня самая тяжёлая среди завещающих: я не особо представлял то, что хочу и должен написать. Поэтому она вышла не такой, хм-м-м, целостной как прошлая, и обращу ваше внимание, что это лишний раз подчёркивает деталь, что связывает эпилоги о братьях) Я просто особо доволен тем, как оно получилось XD
Что ж, всех восьмерых обнимаю, каждому написавшему отзыв даю по пятюне!) Мы дошли до сотни лайков! Многого стоит:3
========== 58. Сокровища. ==========
Несколько дней земля содрогалась толчками, набиравшими силу, и исходила внутренним гулом. Звук напоминал рычание какого-то невиданного зверя. Жители местных деревень верили, что виной всему действительно страшное, громадное чудовище, обитающее в недрах, и знали, что всё это предвещает. Извержение вулкана. И не суть важно: происки это высших существ или нет. Главное, что раз примерно в тридцать лет ярость природы могла уничтожить всё в округе: богатые, обширные южные леса, почти не знавшие суровых зим, всё живое и, само собой, поселения людей. Их промыслом были земледелие, скотоводство и охота, а дома, хоть и были возведены из камня, но не могли похвастать аккуратностью и красотой. Но в эти беспокойные дни все они покидали свои обиталища и отправлялись к ближайшим холмам. Поскольку высокая земля находилась дальше от угрозы и давала хоть какую-то безопасность, а так же, чтобы привести ритуалы и принести жертвы, призванные умилостивить богов, дабы те не будили подземного монстра. Эта вера тянулась испокон веков, и, раз уж вулкан ещё ни разу не разгневался настолько, чтобы похоронить всё под слоями лавы, работала как надо. Кровь уходила в почву и обогащала её, подобно пеплу. Верили, что алая жидкость так же просачивалась и к зверю огненной горы; тот принимал дар и, утоляя сквозь сон свою жажду, не просыпался. Поэтому жертвоприношения были многочисленными. Начиная от скота и заканчивая людьми. Считалось, что крови должно быть не только много, но и должна там быть и особенная: чистая, любящая или же достойная. Если очень везло, охотники могли привести виверну, чья кровь была более сильной и особой. В ход так же шли и прочие животные, если только удавалось их изловить. Ведь чем обильнее и разнообразнее пролитая кровь, тем будет довольней существо, кому вулкан служил закрытой дверью. Малая дань в обмен на ещё тридцать лет спокойной жизни. Поэтому как только начала ощущаться дрожь земли, заставляющая животных нервничать, а деревья подрагивать, люди начали готовиться к непростой неделе обрядов. Но их ждала неожиданная весть. Охотники сказали, что у подножья вулкана видели дракона. Крылатых ящеров здесь не водилось, лишь изредка мог пролететь один, да и только. Однако это появление ещё и в такое время могло быть опасным. Драконы могли тревожить огненные горы. Старики рассказывали, что эти звери, особенно с алыми шкурами, могут специально ждать извержения, чтобы искупаться в потоках магмы, и что они могут каким-то образом усиливать бедствие, чтобы насладиться более ярким проявлением родной стихии. Не совсем ясной оставалась их связь с духом вулкана, но тот наверняка был бы доволен и такому редкому, особому подношению. Слабыми местами драконов являлись крылья и шея. И у людей были особые копья с твёрдыми наконечниками, сделанными из прозрачных камней, что порой вымывали реки и затачивали у особых выступов горы. Когда-то очень давно их племя сражалось с драконами, разорявшими стада и угодья, пока те не ушли на север, легенды об этом и о том, как бороться, бережно передавались из поколения в поколение как раз на такой случай. Поэтому большая часть всех охотников отправилась сперва просто разведать обстановку. Они бесшумно и удивительно быстро передвигались в тенях густых деревьев с тёмно-зелёной листвой, с ветвей которых свисал необычный мох и лианы. Волшебным образом не задевали разлапистые растения на земле с широкими, причудливыми листьями, что могли встретиться только в тропических зарослях. В этой части леса, не тронутого фермерами, всё было мрачным, таинственным. Большие и высокие стволы деревьев венчались шапками крон, почти не пропускавшими ни ветра ни солнечного света. Влажный воздух из-за жары становился удушливым и тяжёлым, но местные обитатели привыкли к таким условиями и знали это место не хуже своих домов. Путь к подножию горы, что могла проснуться в любой момент, занял не дольше двух часов, и когда люди вышли к нему без единого шороха — замерли от удивления. У расчищенной тропы, ведущий к безопасному подъёму наверх, к жерлу, в самом деле сидел дракон.
