– Заканчивай с посланием, Эйхар, есть охота, – поторопил друга Харедайн. Он погладил свой бурчащий живот.
– Сейчас-сейчас, если я не допишу письмо, у меня потом не будет времени, потому как завтра мы отправимся с тобой с появлением первых лучей солнца. Мы и так много дней в пути потратили. Медлить нам особо нельзя, неизвестно, что на уме сейчас у Деадримма.
– Да, ты прав. Я тогда пойду вниз, закажу нам еду, чтоб не ждать долго.
– Хорошая идея, дружище. Я скоро приду!
Харедайн захлопнул за собой дверь и спустился вниз. Эйхар написал еще один абзац, после чего мельком перечитал письмо, и довольно улыбнулся. В полголоса он пробормотал себе под нос заклинание, и тут же услышал стук в окно неподалеку от стола. Он подошел открыть его, и в комнату влетел белоснежный орел, каких можно увидеть лишь на просторах дальневосточных гор. Белый орел приземлился на стол в ожидании, когда к нему прикрепят послание. Найдя небольшую веревочку, Эйхар аккуратно привязал к лапке птицы письмо, и тихим голосом произнес: «Идир, Королю Нэретору». Птица услышала адрес, склонила голову в знак прощания, и вылетела из окна, устремившись далеко на север.
Сделав важное дело, Эйхар испытал удовлетворение, и поспешил вниз к другу.
– Ну наконец-то! Скоро подадут ужин. Я попросил у владельца подать нам хорошую выпивку, он ответил, что дэстирнское пиво высоко ценится среди иностранцев, – в предвкушении сказал Харедайн.
– Послание Нэретору отправлено, теперь можно и немного расслабиться, – устроившись поудобнее, ответил Эйхар.
Они заняли столик на втором этаже. Таверна была поделена на две части: первые два этажа соединенных между собой пустым пространством, принадлежали столовой, куда ходили обедать как путники, так и уставшие рабочие, что периодически посещали таверну. Последние два этажа были отведены специально для путников, желающих провести ночку другую в теплой постели уютной комнаты. Интерьер харчевни был довольно дружелюбным и приятным: внутри стены были сделаны из деревянных досок и выкрашены в шоколадный цвет, изгородь на втором этаже была сделала также из дерева и покрыта ветвистыми узорами. Через каждые два метра по периметру изгороди были установлены деревянные столбы, а по центру на потолке висела большая металлическая люстра с двумя десятками свечей. В харчевне было очень тепло не только благодаря свечам люстры, но и благодаря светильникам, установленным на каменных перегородках, что стояли между столиками. На окнах первого и второго этажей были занавешены короткие белые шторы, чтобы желающие могли закрыться от любопытных глаз из рядом стоящего дома. В поселении было около полусотни домов и все они стояли довольно тесно друг к другу из-за чего иногда местные могли открыть окно, и пообщаться по душам с соседом, находясь в двух метрах от него.
Когда пришло время отужинать, к гостям подошел с большим подносом юноша лет девятнадцати. Держался он уверено, хотя поднос был переполнен едой и наверняка тяжеловат для него. Блюдо за блюдом он выкладывал все на стол, тем самым, опустошив поднос, после чего сказал, что принесет гостям пиво через пару минут. Друзья вежливо поблагодарили юношу, и приготовились к трапезе. На столе перед ними оказалось богатое меню из грибного рагу с картошкой; фаршированной курицы с овощами; салата с помидором, огурцом, репчатым луком и салатом; жаренной картошки, нарезанной дольками, и копченный лосось для дэстирнского пива.
– Какой богатый выбор. Если после нашего приключения меня еще раз занесет сюда, я буду только рад, – сказал Харедайн, радостно облизываясь.
– Не слишком ли много ты заказал, здоровяк? – спросил Эйхар с усмешкой.
– У нас впереди вряд ли получится побаловать себя. Поэтому надо пользоваться предоставленной возможностью!
– Смотри, как бы не лопнул твой желудок.
– Вспомни, какой пир закатил для нас Нэретор! Вот там я чуть не лопнул, а тут я лишь делаю перекус. Для нас двоих здесь слишком мало еды, позволь заметить.
– И то верно. Ну что, начнем? – посмеялся Эйхар, и начал трапезу. Харедайн не стал дожидаться друга, и уже пробовал грибное рагу.
– Как отужинаем, надо будет пройтись по улице или харчевне, собрать информацию про Маэнварт, – сказал воин спустя минуту после того, как одним залпом уплел свою порцию рагу.
– Я думаю расспросить хозяина таверны. Человек он довольно открытый и общительный, наверняка много знает и слышит от путников да местных рабочих, – продолжил тему Эйхар.
Их разговор на мгновение прервал подошедший с пивом юноша. Он осторожно поставил на стол четыре кружки пива, после чего вежливо поклонился гостям, и Харедайн дал ему чаевые за хорошее обслуживание. Когда юноша достиг лестницы и начал спускаться, воин продолжил разговор.
– Хороший малый, только заметил я, как он любит подслушивать разговоры местных рабочих. Они его толком не замечают, вот он и пользуется моментом. Не люблю, когда подслушивают, а на этом этаже он единственный, кто может ненароком услышать наш разговор, – сказал Харедайн уже серьезным тоном.
– Лишние уши нам точно не нужны. Дэстирнцы хоть и лояльны к идирцам, но, как и в любом народе, среди них есть ярые ненавистники Идира – согласился волшебник и сменил тему разговора. – Интересно, многое ли изменилось в королевстве с момента моего последнего визита.
– Как тебе вообще удавалось путешествовать по миру, ведь ты практически правая рука Нэретора? Мне казалось, для таких как мы это невозможно.
– Королевства нынче погрязли в суете и собственных проблемах. Сняв королевское кольцо, я легко мог притвориться простым странником. Бывало, меня останавливали пару раз в Йофире и особенно в Хаэниме, в менее людных местах, с целью проверить документы, тогда и приходилось стирать память.
– Вот так просто?! Удивительные дела творятся в нашем мире…
– Кинеред готовится к своей гибели, дружище. Мы ждали Нэлрада, но на свет явился Деадримм.
– По крайней мере мы сможем остановить владыку, в случае с Нэлрадом все было бы куда более трагично, – сказал Харедайн, и его с Эйхаром беседу прервали громкие возгласы пьяных рабочих внизу за барной стойкой.
– Похоже дела в королевстве настолько плохи, что люди в открытую обсуждают о возможном перевороте в Дэстирне. Не удивлен, что люди и вовсе не считают Хэмерита своим королем. Довел свое королевство до состояния смуты и войны с Йофиром, еще и качает ресурсы для укрепления столицы, пока союзники испытывают нехватку в этих же ресурсах, – сказал Эйхар Харедайну. – Судя по всему, некоторые царства в открытую провозгласили нейтралитет, тем самым, желая отсоединиться от королевства. Слухи об этом я слышал еще пару лет назад во время своих странствий по западу. А ведь тогда все не было так ужасно…
Волшебник сделал паузу и продолжил:
– Харедайн, нам необходимо отыскать потомка как можно скорее, пока не началась массовая шумиха, – сказал обеспокоенный волшебник.
– Черт… А ведь подобная ситуация могла произойти и с нашим домом, Эйхар! Помнишь, раньше мы были миротворцами, разрешали конфликты… Как жаль, что мы не в силах объединить запад, восток и север в столь трудные времена. Меня злит наше бессилие в этой ситуации, – последние слова Харедайн произнес с особой яростью. Кулаки его сильно сжались.
Воин молча сидел перед другом. Кулаки его все также были сжаты, а голова склонилась к груди. Хмельное пиво резко ударило по их головам, а мрачный разговор заставил каждого задуматься над жуткой действительностью.
– Не в наших возможностях предотвратить разложение королевств. Мир, который мы видим, стал таким задолго до пришествия Деадримма, – высказался Эйхар. – Мне понятно твое беспокойство, я и сам хотел бы сплотить королевства против Деадримма, однако все, что мы можем сделать для Кинереда – не дать Деадримму добить этот мир!
– Не хотелось бы этого признавать, но может ты и прав… – ответил Харедайн, понемногу начиная разжимать кулаки.
Лишь спустя полчаса друзья смогли найти отвлекающие темы для разговора и закончить общение на более позитивной ноте.
