Однажды, когда купцы вновь прибыли на его остров и были удостоены очередной пирушкой, он обратился к ним:
— Пожалуй, мне скоро нечего будет у вас закупать, я приобрёл всё, что хотел.
— Неужели ты, хозяин алмазов, дашь нам отворот поворот? — купцы из уважения обращались к нему именно так — «хозяин алмазов». Это было что-то созвучное «ваше величество».
— Ну, зачем же. Мне же надо куда-то девать свои алмазы. Зачем мне так много их? Иногда я их ем, но и для пищи мне надо их не так уж много.
Купцы с завистью переглядывались: вот где настоящее богатство, алмазы он поедает, как солёные печенки к пиву!
— Мы огорчены, хозяин алмазов! Неужели мы больше никак не можем порадовать тебя? Подумай хорошенько, чего бы ты хотел? Мы добудем это для тебя на любом куске материка!
— Разве что подругу, которая бы вдохновляла меня на великие дела! — ухмыльнулся Лир.
Купцы загалдели:
— Верно, верно, хозяин алмазов! Почему бы тебе в самом деле не обзавестись подругой жизни?
И тут же начали шушукаться между собой: ведь это было бы выгодно, если бы у богатого демона завелась любовница, уж тогда бы он закупал у них без конца товары для неё, ведь женщины ненасытны в желании владеть красивыми вещами.
— Полагаете, с моей «прекрасной» бычьей головой это так просто?
— С твоим богатством, хозяин алмазов, с твоим богатством! Для женщин благосостояние мужчины важнее его красоты! Уж мы-то знаем этих женщин, уж мы-то знаем!
— Но я не просто некрасив. Я выгляжу безобразно и неестественно.
— И что с того? История знает случаи, когда ещё до тебя приходили на Планету дети демонов в самом необычном виде. И у каждого из них кто-то был.
— Ну, хорошо, — Лир щёлкнул мощными пальцами. — Я теперь хочу проверить, насколько истинны ваши слова. Найдите мне хоть одну женщину, которая бы согласилась бы делить со мной постель, прикасаться ко мне и терпеть мои ласки. Расскажите обо мне всё, без утайки. Ничего не скрывайте и не приукрашивайте. Опишите мой безобразный вид, скажите, что я сын демона и коровы…
— Об этом знает весь материк…
— Не перебивайте! Но расскажите так же, насколько я богат и что я совсем не скуп. Той женщине, что согласится быть моей, я дам столько алмазов и других драгоценных камней, сколько она запросит. Не пожалею ничего. Взамен мне нужно только её тело и ещё — уважение. Не любовь, такого я не прошу, только уважение.
Купцы снова зашумели, обсуждая сказанное Лиром между собой.
После пира он встретился с Галоном, которому собирался дать кое-какие распоряжения относительно работ, производимых в скалах. И слуга, как бы между делом, заметил:
— Хозяин, я слышал твой разговор с купцами. Если тебе нужна подруга жизни, почему бы не сделать ею Марионилу? Разве она не хороша собой? К тому же, она явно питает к тебе такие чувства, какие не купишь ни за какие деньги.
Лир задумался. Марионила была девушкой, как о ней отзывались «не от мира сего» и Лиру на самом деле, порою, казалось, что она уже несколько лет подряд, ещё с времён его заточения в клетке, смотрит на него как-то по особенному, с повышенной нежностью и вниманием. Но сам он видел в Мариониле только надёжного друга, не более того. На её хорошенькое личико было приятно смотреть, но оно не будило в нём мужского начала. И Лир не мог объяснить себе, почему.
Он усмехнулся:
— Нет, Мариониле нужен в мужья хороший надёжный человек. Да и мне лучше иметь подругу жизни, что вдохновляла бы меня взять в руки этот мир и бросить к её ногам.
— Взять в руки этот мир?
— Да. Хочу я этого или не хочу, но моё могущество, данное мне, не может бездействовать. Я обязан завладеть этим миром и, вероятно, изменить его. А Марионила, скорее всего, отговаривала бы меня от этого, твердя, что мир, принадлежащий земледельцам, хорош такой, каков он есть и не нуждается в обновлении! — он засмеялся.
========== Глава 4. Подруга для демона ==========
Лир не верил, что хоть одна женщина мира согласилась бы быть с ним хотя бы за несметные сокровища. Разве что это была бы Марионила.
Он начал присматриваться к Мариониле, пытаясь найти в себе хоть какое-то влечение к ней и удивлялся сам себе, почему он не может полюбить эту девушку. А ведь многие назвали бы её идеальной девушкой мечты. В ней было всё, за что можно любить женщину: внешняя привлекательность, ум, доброта, преданность. И Лир задавал себе вопрос: чего в ней не было нужного для возбуждения любовных чувств к ней?
Дело с Марионилой так и не продвинулось до интимного сближения. Может, это и свершилось бы, но помехой послужил купеческий корабль, привезший на остров Алмазов толпу девиц, сходивших и сходивших с корабля.
Лир был в состоянии шока. Уж этого он никак не ожидал!
Купцы, привезшие ему это разнообразие, пояснили, что девиц, узнавших про алмазы демонобыка и пожелавших ехать на его остров, на самом деле было больше раз в десять, но отобрали только самых лучших. Все девицы были предупреждены о внешнем виде хозяина острова Алмазов, но это не могло их остановить в одержимости разбогатеть за счёт мужчины.
Лир никак не мог прийти в себя. Им овладели странные чувства. Почему-то он ощутил себя ещё более безобразным и отталкивающим, чем на самом деле, хотя должно было бы быть наоборот: ведь не побрезговали же им женщины, хоть и за большое вознаграждение. А могли бы и за вознаграждение не согласиться.
Девушек уже отвели в крыло дворца, где находились комнаты, предназначенные для гостей. Девушкам было необходимо отдохнуть с дороги, подкрепиться едой, помыться и привести себя в форму, чтобы выглядеть привлекательно перед существом мужского пола, который мог бы сделать каждую из них сказочно богатой.
Лир был несколько растерян. Самому ему не имело смысла прихорашиваться перед гостями, всё равно он красивее бы не стал. Будучи хозяином дворца, он регулярно мылся, ему расчёсывали и укладывали космы, он носил кое-что из одежды — льняные светлые штаны и рубашки, не желая обряжаться в шелка и бархат, предполагая, что наряды могут сделать его только смешным, а не красивым. Не пользовался он никакими драгоценными украшениями, разве что одной золотой серьгой в правом ухе. Ухо его было с мясистой человеческой мочкой и по-бычьи заострённым хрящом, покрытым шерстью.
Он решил познакомиться с гостями только на следующий день, сославшись на то, что он даёт девушкам возможность отдохнуть с дороги, на самом деле он просто желал дать время себе, чтобы быть готовым к знакомству.
Он по-настоящему волновался и воображение его рисовало картину, как девушки, увидев его воочию, разбегаются с криком ужаса и брезгливости.
Но его страхи оказались напрасны.
Вечером следующего дня, когда Лир должен был выбрать себе подругу, девушки собрались в зале развлечений, где находились и купцы. Девицы были разнаряжены в пух и прах, видимо, прихватив с собой в дорогу свои лучшие наряды, от них сильно пахло духами и благовониями, сливавшимися в сплошную какофонию запахов.
Они нисколько не испугались, когда в зал вошёл Лир. Они вели себя весело и непринуждённо, бесцеремонно разглядывая Лира наглыми смелыми глазами.
А он подходил к каждой из них и всматривался в лица. Нескольких из них он забраковал, заметив на их щёчках, лбах и носах не пару-тройку, а целые россыпи прыщей и немного разозлился на купцов, сказавших ему, что девицы выбраны ещё лучшие из лучших. Оказалось, что ему не нравятся также толстощёкие, курносые и с картофельными носами, с большими ртами. Он явно привередничал. Потому что у обладательниц прыщей на личиках, хомячьих щёк и неидеальных носов и губ, напоминающих галоши, были и другие достоинства: красивые фигуры, длинные пышные волосы, рассыпавшиеся по плечам, как шёлк, большие глаза, опушённые роскошными ресницами, ровные белоснежные зубы, сверкающие, как горный снег. Но Лир не замечал достоинств, ему бросались в глаза недостатки. Будучи безобразен сам, он сделался повышенно критичным к внешностям других людей, особенно женщин. Нет, девушки явно уступал в привлекательности Мариониле.