Рон и я слушали, затаив дыхание: Малфой вот-вот выдаст свою тайну. Но Малфой переменил тон.

   -- Хотел бы я знать, кто этот наследник. Я бы ему помог...

   Было очевидно, что и для Малфоя это секрет. У Рона отвалилась челюсть, отчего лицо Крэбба стало еще глупее. Малфой ничего подозрительного не заметил, я же мгновенно сообразил, что на это сказать.

   -- Но ты, наверное, прикидывал, кто за этим стоит?

   -- Я ничего не знаю, сколько раз повторять тебе, Гойл! -- рыкнул на него Малфой. -- А отец помалкивает. Комнату открывали последний раз пятьдесят лет назад, задолго до его учебы здесь. Но ему все известно. Это очень большая тайна. И он боится, если я буду много знать, то могу нечаянно проболтаться. Но одно я знаю: когда Комнату в последний раз открыли, был убит кто-то из грязнокровок. Спорим, и в этот раз ухлопают, хорошо бы задаваку Грэйнджер! -- кровожадно произнес он.

   Рон сжал гигантские кулаки Крэбба. Если он сейчас заедет Малфою, вся их затея сорвется -- и я послал ему предостерегающий взгляд.

   -- А ты знаешь, того, кто тогда открыл Комнату, его поймали? -- спросил я Малфоя.

   -- Да, конечно... Его исключили. Может, он до сих пор в Азкабане.

   -- В Азкабане? -- недоуменно переспросил я.

   -- Азкабан -- это тюрьма для волшебников, дубина ты стоеросовая. Честное слово, может, ты и бывал тупее, но сегодня побил все рекорды.

   Он беспокойно поерзал в кресле.

   -- Отец не велит мне в это впутываться. Пусть наследник делает свое дело. Всю эту нечисть давно пора гнать из школы. Но самим лучше держаться подальше. Отцу тоже сейчас несладко приходится. Вы ведь знаете, на той неделе Министерство магии устроило обыск у нас в замке.

   Я постарался придать тупой физиономии Гойла сочувственное выражение.

   -- Ничего особенного не нашли. У отца есть очень ценные штуки для ритуалов черной магии. Они хранятся под полом большой гостиной.

   -- Здорово! -- воскликнул Рон.

   Малфой уставился на него, я тоже. Рон побагровел, даже волосы налились красным, нос его медленно становился длиннее -- отпущенный им час истек. К Рону возвращался его истинный облик и, судя по ужасу, с каким он взглянул на меня, с тем происходило то же самое.

   Одним махом мы вскочили на ноги.

   -- Скорее за лекарством для желудка! -- крикнул Рон, и мы, не мешкая, помчались прочь из чужой гостиной, надеясь, что Малфой не успел ничего заметить.

   Я чувствовал, что уменьшился в росте: ноги болтались в огромных ботинках, полы мантии пришлось подхватить. Громко топая, мы взлетели по лестнице в темный холл, по которому гулко разносились удары из чулана, где томились взаперти Крэбб с Гойлом. Бросив их башмаки перед дверью чулана, друзья в одних носках побежали по мраморной лестнице к туалету Плаксы Миртл.

   -- В общем-то, мы не напрасно потратили время, -- задыхаясь, выпалил Рон, едва за нами закрылась дверь. -- Мы не разузнали, кто устраивает нападения, но я завтра же напишу папе, пусть проверят, что Малфои прячут под полом в большой гостиной.

   Я внимательно рассматривал свое лицо в треснутом зеркале. Все снова стало прежним. Облегченно вздохнув, я надел очки, а Рон постучал в дверцу кабинки Гермионы.

   -- Гермиона, выходи скорее, мы тебе столько всего расскажем.

   -- Уйдите, пожалуйста! -- крикнула из-за двери Гермиона.

   Я с Роном переглянулись.

   -- В чем дело? -- спросил Рон. -- Ты ведь уже вернулась в норму? У нас с Гарри все в порядке, как надо.

   Неожиданно сквозь дверь кабины появилась Плакса Миртл. Никогда еще я не видел ее такой счастливой.

   -- У-ух! Что вы сейчас увидите! -- ее круглое прозрачное лицо сияло восторгом. -- Невозможный кошмар!

   Щелкнула задвижка, и перед нами, рыдая, предстала Гермиона с натянутой на лицо мантией.

   -- Что случилось, Гермиона? -- встревоженно спросил Рон. -- Может, у тебя остался уродливый нос Милисенты?

   Гермиона сдернула мантию, и Рон, попятившись, задом врезался в раковину.

   Все лицо у нее покрывала черная шерсть. Глаза горели желтым огнем, а голову украшали бархатистые заостренные ушки.

   -- Это был кошачий волос! У Милисенты Булстроуд, должно быть, есть дома кошка! А зелье животных обратно в человека не превращает!

   -- Да-а... -- только и вымолвил Рон.

   -- Тебе придумают гадкое прозвище, -- радовалась Миртл.

   -- Не расстраивайся, Гермиона, -- поспешно вмешался я. -- Сейчас же идем в больничное крыло. Мадам Помфри никогда не задает лишних вопросов...

   Мы долго уговаривали Гермиону покинуть туалет. Гермиона наконец согласилась, деваться-то некуда. Плакса Миртл проводила нас в путь заливистым смехом:

   -- Подожди, они еще узнают, что у тебя сзади хвост!

   Плакса Миртл была на седьмом небе от счастья.

   Глава 13 ВОЛШЕБНЫЙ ДНЕВНИК

   В больничном крыле Гермиона провела несколько недель. Рождественские каникулы подошли к концу, все вернулись в школу, и исчезновение Гермионы породило целую волну слухов. Кое-кто был уверен, что и она подверглась нападению. От желающих навестить ее не было отбоя, и мадам Помфри пришлось поставить вокруг ее кровати ширму, ведь у Гермионы все еще вместо лица была кошачья морда. Появиться перед всеми в таком виде! Девочка этого бы не перенесла.