— Как вы охарактеризуете моего подзащитного?

— Поттера? Называйте его всё-таки Поттером, хорошо? Он умный и талантливый, это у него не отнять, быстро учится, но при этом подловатый и, как оказалось, ещё жаждущий власти и легко манипулируемый.

— Поясните последнюю характеристику.

— Он общался с детским образом Волдеморта, а тот ему понаобещал всякого, а Гарри перенял от него стремление идти к своей цели любыми доступными путями. Я очень долго не обращал на это внимание, поскольку был очарован его умом, но характер и действия Поттера ухудшались с каждым днём и не замечать это стало проблематично.

Ну да, конечно. Просто за Дамблдором повторил, не может же он реально в это верить? До отъезда на войну у Грюма к нему не было вообще никаких претензий. А они во время активных боевых действий особо и не общались. Откуда тогда это ухудшение «с каждым днём».

— Это вы были инициатором миссии по задержанию Поттера?

— Нет. Тревогу забил мой друг — Альбус Дамблдор. Действия Поттера становилось всё сложнее и сложнее игнорировать, поэтому я рассказал ему одну тревожную деталь про Поттера, и тот осознал, что Гарри убивает маглов и использовал на нём Обливиэйт. Я лишь воспользовался своей должностью и выполнил свою прямую обязанность — хватать преступников. Я подключил к миссии авроров, равно как и поработал над тактикой.

Сука.

— Что за деталь, которую вы рассказали Дамблдору?

— Про то что Гарри общался с детским образом Волдеморта.

— Откуда вы узнали, что Поттер общался с детским образом Того-Кого-Нельзя-Называть. И поясните суду термин «детский образ Того-Кого-Нельзя-Называть».

— Гарри где-то нашёл тёмный артефакт, в котором было заключено воспоминание Волдеморта. Оно могло говорить и думать, насколько я понял. Этот артефакт вступил в контакт с Поттером и окончательно испортил паренька.

— Откуда вы узнали про то, что Поттера общался с Тем-Кого-Нельзя-Называть?

— Он сам мне сказал.

— Вы когда-либо его видели?

— Поттера? Да. Артефакт? Не видел. Гарри сказал, что он его уничтожил. Поскольку это было с самого начала его признание, сомневаться было глупо, равно как и проверять правдивость его слов. Раскаяние всегда подразумевает наличие греха.

— То есть вы не можете с точной достоверности сказать, что этот артефакт вообще существовал, а не был выдумкой Поттера, навязанной ему Альбусом Дамблдором?

Грюм то ли усмехнулся то ли скривился. С таким лицом отличить эти два действия было довольно сложно.

— Следующий вопрос, ладно?

— Хорошо. По поводу операции по захвату Поттера. Я правильно понял, что Поттер не пытался вступать в бой ни с кем из авроров, а пытался лишь сбежать от вторгающихся к нему агрессивно настроенных людей.

— Я понимаю, что вы пытаетесь оправдать своего подзащитного, но всё-таки аккуратнее с оценочными характеристиками. Это не агрессивное настроенные люди, а авроры на задании. И да, Поттер действительно пытался сбежать, но по дороге он рубил всех, кто вставал у него на пути. У нас были потери.

— И тем не менее Гарри Поттер пытался избежать боя, верно?

— Ну если вы так сильно хотите это так подать, то ладно. Да, Гарри не стал оборонять коттедж, а со всех ног рванул к границе аппарационного барьера. Пытался сбежать.

— И вы побежали за ним?

— Верно.

— Почему?

— Он преступник…

Флеминг открыл рот, чтобы это перебить Грюма(опротестовать?), но быстро передумал.

— …а я аврор. Должен ловить преступников. Если преступник бежит, я должен его догнать и схватить.

— Напоминаю, мой подзащитный не является преступником, пока не доказана его вина. Но хорошо, таким образом вскоре вы догнали его и вступили с ним в магическую дуэль, из которой вышли победителем. Скажите, во время сражения Гарри Поттер использовал непростительные заклятия?

— Только третье, убивающее. Сработало, надо же, — Грюм криво ухмыльнулся. В этот раз это была явно усмешка. Гарри внимательно следил за лицом и смог заметить разницу.

— А вы запрещённых заклинаний не использовали?

— Нет, всё по закону, преступников надо хватать живьём. У меня есть права на применение третьего непростительного, но тогда я им пользоваться не хотел.

— Вы сказали, что пытались взять моего подзащитного живьём, но ведь это вы призвали осколочную гранату, которая нанесла ему тяжёлые раны, который едва не стали причиной его смерти?

— Я… не мог победить Поттера иначе, — очень неохотно ответил Грюм. — Я получил серьёзную рану в самом начале сражения и у меня было очень сильно ограничено время на этот бой. Поэтому если бы я использовал лишь ненасильственные методы, то лишился бы своей жизни, а она и так была под угрозой. Так что моё использование осколочной гранаты попадает под действие самообороны. К тому же я аврор на задании. У меня есть права. А Поттер сам кидался тёмными проклятиями налево и направо, чего там только не было, Авада ещё не самое страшное. Пару пожизненных сроков в Азкабане он себе этим боем точно заслужил.

— А кто-нибудь может подтвердить, что Поттер пытался вас убить и использовал непростительные и тёмные проклятия?

— А моего состояния вам недостаточно? — Грюм встал из-за стула, куда его посадили перед дачей показаний и покрутился, показывая свои многочисленные протезы.

На случай если кто не разглядел, когда он проходил к своему месту через главный вход.

— Вы могли получить подобные раны в сражениях с Пожирателями Смерти или нанести их себе сами. Повторяю вопрос кто-то может подтвердить ваши показания, что Поттер пытался вас убить с помощью третьего непростительного.

— Следующий вопрос.

— Уверены, что не будете отвечать? Ваше нежелание идти на сотрудничество с судом будет воспринято как отсутствие реальных доказательств против Поттера.

Грюм бросил грозный взгляд на Флеминга, словил насмешливый в ответ, и промолчал.

— У меня больше нет вопросов, — убедившись, что Грюм продолжил молчать произнёс Джералд. — Дамблдор, можете приступать.

====== Глава 202. Хороший и плохой учитель ======

Альбус, между прочим ничего такого у Грюма не спрашивал. Уточнил некоторые подробности «превращения Гарри Поттера в супер злодея», действия Поттера в бою и некоторые моменты их совместного общения.

Видимо Джералд всё выспросил вместо него.

— Только зря вызвали, — произнёс Грюм после прекращения допроса со сторону Дамблдора. — Лучше бы продолжил штаб-квартиру защищать.

После того как Грозный Глаз покинул зал на его место пришла та, которую здесь Гарри ну никак не ожидал увидеть.

Свидетель обвинения. Помона Стебль.

«Интересно, каким боком здесь она? Не будут же они на полном серьёзе предъявлять ему в вину то что он слишком часто терял очки факультета. Вот уж по такой идиотской причине сесть было бы очень стыдно, и с таким приговором он в Азкабане уважения точно не сыщет».

После стандартной процедуры установления личности, дающего показания допрашивать свидетеля вызвался помощник Дамблдора.

Флеминг снова попросил право первого допроса, но в этот раз был послан куда-подальше. В смысле, получил вежливый отказ и просьбу в этот раз последовать правилам.

— Как вы можете охарактеризовать Гарри Джеймса Поттера? — первый вопрос помощник Дамблдора был практически идентичным первому вопросу Флеминг, кажется это у них, юристов, тут такая фишка…

Как этого помощника, кстати, зовут? Вот на это имя Гарри вроде обратил внимания ещё при зачитывании… А, точно, Ричард МакДональдс (без с?).

— Он, мягко говоря, не самый хороший студент, — от Стебль Гарри, разумеется, никакой хорошей характеристики не ожидал услышать. С деканом Пуффендуя у него отношения как-то не задались. Впрочем, явно не настолько, чтобы она выходила свидетель обвинения, по крайней мере Гарри так ни разу открыто с деканом и не ругался, в отличие от той же МакГонагалл. — Я полвека преподаю в Хогвартсе и ещё не встречала таких студентов, как мистер Поттер.

«Полвека? Ого. Интересно, а Реддла она застала?»