— Это понятно, вы его преподаватель, да?
— Да, я преподаю травологию, но ещё и являюсь деканом его факультета — Пуффендуй, так что я проводила с ним и с другими студентами Пуффендуя достаточно времени, чтобы понять, что это за подростки и какими они статут людьми, когда вырастут.
— И каким вы посчитали станет Гарри Поттер?
— Я подумала, что он может стать преступником, но не думала, что это произойдёт так скоро. Знаете, я с самого начала чувствовала, что с Гарри Поттером что-то не так. В начале он был тихим мальчиком, однако слишком уж быстро он начал меняться, и вскоре я уже стала серьёзно сомневаться в правильности решения «Распределяющей шляпы» отправить его ко мне на факультет. Я таких даже в Хогвартсе нигде не видала, а уж на Пуффендуе и подавно. Ещё когда он был простым тихим ребёнком, то всё время принимал участие в разных неприятных историях. Эти происшествия походили на случайности и я сперва всё списывала на стечение обстоятельств, но вскоре тот собрал вокруг себя главных хулиганов Хогвартса и начал издеваться над своими одноклассниками, а вскоре стал совершать ещё более жестокие шутки.
Вот сука. Нагло врущая сука.
Да, возможно реплика про хулиганов имела место быть, он постоянно крутился в компании Близнецов Уизли, Тонкс и Джастина. Но он никогда ни над кем не издевался и ни про какие жестокие шутки речь тоже не шла. И Стебль не могла этого не знать. А значит нагло врала.
Даже Дамблдор нахмурился. Он-то должен прекрасно понимать, что Стебль врёт. Но он возражать не спешит, ему ведь выгодно создать его неблагоприятный образ Гарри Поттер. Причём Гарри может понять Дамблдора, с ним-то всё понятно, он ему и память подтёр и сейчас обвиняет во всех грехах. У них с Дамблдора война, это нормально, что кто-то может вести её не совсем честно, хотя очевидно, что такие слова Стебль – её собственная инициатива. Даже Грюма, если очень сильно постараться, то понять можно. Но её…
На самом деле Стебль всегда была той ещё сукой. Причём сукой, которая в отличие от МакГонагалл никогда напрямик ничего не высказывала, не пыталась поговорить по душам, как Дамблдор, не пыталась что-то объяснить, как Люпин.
Она просто из-подтишка гадила. Всегда. Наказания, выговоры, жалобы Дамблдору, примитивные манипуляции, попытки влияния через студентов. Гарри до сих пор помнил, как та пыталась выгнать его из Пуффендуя, промывая мозги другим студентам, тем самым заставляя их его ненавидеть.
Конченная тварь.
— Жестокие шутки? Можете привести пример?
— Ой, ну я так сразу и не скажу. Их было очень много, всех не упомнишь. Гарри Поттер постоянно терял очки факультета, причём в громадных количествах, лишая мечты победить в соревновании всех моих студентов, а для нас это всегда было самой главной целью, он бросал иголки в учителей с целью навредить, он их магией сильно ускорял и пытался попасть в преподавателей, а когда попадал — громко смеялся, юмор у него такой был. Издевался над младшекурсниками, не один раз и не два. А ещё был квиддич. Квиддич проходил на глазах у всей школы, и вся школа видела, что он творил. Он был загонщиком — подходящая роль под его характер, если вы не знаете, то эта роль заключается в том, что нужно бить битой по тяжёлым мячам, чтобы те сбивали других игроков. И это так должны действовать нормальные загонщики, но Гарри бил игроков, а не мячи. Иногда он кидался битами, когда не мог долететь до других детей, которые от него разбегались, ещё он бывало просто брал игроков и кидал их вниз с многометровой высоты…
— Так ладно, достаточно, — неожиданно прервал Стебль Дамблдор, помощник с удивлением посмотрел на прокурора и вернулся на своё место. — У меня один вопрос: в дни пропажи Драко Малфоя, Поттер приходил в Хогвартс узнавать дату сдачи экзамена СОВ?
— Да, так и было, но…
— Всё у нас больше нет вопросов. У вас тоже, надеюсь, да? — директор посмотрел на Флеминга.
— Да, вопросов нет, — кивнул Джералд. Он наверное понял, что от Стебль ничего положительного не добьётся.
Профессор покинула зал. А Гарри с неприкрытой яростью смотрел ей вслед.
Уже даже у Дамблдора, которому выгодны все эти слова, закончилось терпение слушать это наглое подлое враньё.
Ну то есть это не прямо всё полная ложь. В каждой лжи есть доли правды, и эта речь не исключение. Кажется, на одном из первых уроков Гарри действительно кого-то там иголкой поранил, и квиддич тоже, Малфоя он действительно руками скинул с метлы. Но тот за несколько дней до этого избил Криви, поэтому спуск на землю — минимальное и не единственное наказание, которое он заслужил.
И всё же… Гарри понял, что у него только что появился новый самый ненавидимый им человек — это Помона Стебль. Все прошлые такие люди были мертвы — Снейп, Полкисс и Малфой. И Поттер надеялся, что Стебль в скором времени постигнет та же участь.
Дамблдора и Грюма Поттер, наверное, всё же не ненавидел. Ну либо ненавидел, но не так сильно. Они были его врагами, врагами, которые сейчас всеми силами пытались уничтожить его будущее и испоганить жизнь.
Но понять их было всё же можно. Просто им с Гарри не повезло оказаться по разную сторону баррикад.
— Можно пригласить нашего свидетеля следующим? И не первого, а второго, — тем временем Люпин вступил в переговоры с Фаджем.
Свидетель защиты. Ремус Люпин.
После того, как Ремус подтвердил, что он преподаёт защиту от тёмных искусств и является членом Ордена Феникса, Флеминг приступил к допросу. В этот раз первым был он, его всё-таки свидетель.
— Как вы охарактеризуется подсудимого?
Да, это точно местная фишка, задавать в начале этот вопрос.
— Я преподаю в Хогвартсе не так давно, как другие мои коллеги, всего четыре года, так что я не знал Поттера на его начальных курсах, и тихого паренька я, к моему сожалению, не застал, — Люпин легонько улыбнулся. — Но при мне он был скромным, умным и жадным до знаний парнем. Тихим я его не назову, но и злым тоже.
— До вас давала показания Помона Стебль, профессор травологии. Она сказала, что Гарри Поттер во время учёбы Хогвартсе часто участвовал в жестоких шутках. Скажите, мой подзащитный когда-нибудь участвовал в жестоких шутках?
— Никогда, — уверенно заявил Люпин. — Я вообще уверен, что жестокость это не про Поттера. Он ни в чём таком замешан не был, уж с близнецами Уизли даже близко не сравнится. Да, было исключение в виде Турнира Трёх волшебников, это правда. Но там была другая ситуация, Гарри, как мне кажется, очень сильно хотел новых испытаний. Я сказал, что он был жадный до знаний, но наверное не правильно выразился. Он был жадным до разных испытаний. У него есть такая черта характера — постоянно пытается чего-то себе доказать. Он участвовал во многих разных соревнованиях, достиг огромного успеха в квиддиче и видимо не мог пройти мимо главного студенческого события. Но ограничение по возрасту не давало ему участвовать, поэтому он решил устроить для себя ещё одно соревнование, в котором он должен был обмануть ограничения. Я не вижу в этом ничего дурного и уж тем более жестокого. Все мы были подростками.
— А ваши коллеги согласны с вашим мнением?
— Преподавательский состав? Ну всех разное мнение, я не претендую на истину в последней инстанции. Вот, профессор МакГонагалл, — Люпин бросил мимолётный взгляд в сторону заместителя директора. — немного недолюбливает Поттера как раз из-за той ситуации с Турниром Трёх Волшебников, а вот профессор Слизнорт наоборот. Я считаю, что каждый имеет право на своё мнение по поводу того или иного ученика. Нам, учителям, любимчиков заводить строго запрещено, но всё равно почему-то заводим. А такие спорные личности как Гарри Поттер редко получают безоговорочную поддержку от всех учителей. Я могу лишь выразить своё мнение и заверить вас, в том, что вне зависимости от моего к нему отношению, ни в чём жестоком он замешан не был.
Профессор ЗОТИ говорил слишком искренне. Гарри был уверен, что Флеминг с Ремусом, как с ним, ответы на вопросы не проговаривал.
