— Понял, — кивнул Гарри. — А до этого дойдёт?
— Без понятия, — пожал плечами Джералд. — Всё зависит от совещания, обычно там всё решают, не доводя до голосования, но это явно не обычный случай. — Флеминг погладил рукой подбородок, внимательно посмотрел по сторонам и продолжил на пару тонов ниже. — Я вот о чём хотел поговорить. Я начал кое-что тут подозревать и хотел бы поделиться с тобой опасениями. Я не совсем в курсе ваших договорённостей, и, если честно, не сильно хотел бы их знать, вот уж чему я за всё это время научился, так это не лезть в дела клиентов, но сейчас я просто хотел бы озвучить одну мысль, которое некое вмешательство подразумевает. Так вот, а ты не думал о том, что тебя пытаются сделать мучеником? В смысле не просто приговорить к тюрьме или казни и за счёт давления общества потом спасти, а приговорить к казни и не спасать.
Гарри сглотнул.
Конечно, он думал. Не только думал, но ещё и нашёл подобную возможность весьма вероятной. И если уж до этого же варианта смог додуматься Флеминг, который не был на кладбище и не знал, кто такой Альбус Гребондор, то наверное шанс такого развития событий действительно высок…
— Я думал об этом, — неохотно произнёс Гарри. — У меня есть основания полагать, что Гребондор меня не бросит, но… — Гарри прикинул мрачные перспективы. — Если рассматривать это с глобальной точки зрения…
— Тихо! — неожиданно прервал его Флеминг. — Я всё понял, закончим.
Гарри тут же понял, почему Джералд его заткнул, вдалеке послышалось шарканье шагов авроров. Кажется, они пришли отвести его обратно в зал.
Впрочем, мысль насчёт мученика Гарри успел додумать.
Реддл ДЕЙСТВИТЕЛЬНО МОЖЕТ это планировать. Потому как, если Поттера убьют в прямом эфире, особенно, если Флеминг выполнит свою роль и подаст это как судейский произвол, то он действительно станет мучеником.
Мучеником, который поможет Тому свергнуть Дамблдора.
Гребондор, который, между прочим, и был организатором всего этой массового восхваления Гарри в газетах, за счет этого получит все эти огромные массы народа, желающие отомстить за Гарри Поттера.
А с народом, наёмниками, иностранной поддержкой и оставшейся половиной отряда Альбус может организовать нефиговую такую гражданскую войну Альбусу Дамблдору, из которой у него будут очень хорошие шансы выйти победителем. Уж без Поттера в этой войне он переживёт. И не стоит забывать ещё про то, что именно Гарри, а не Реддл был главным в отряде Близнецов, в случае выхода из игры Поттера, именно Том получит единоличную власть, к которой он всё это время и стремился.
В общем, как бы это не было неприятно осознавать, но, если Поттера приговорят к казни, то Том Реддл получит от этого очень много приятных существенных бонусов.
Гарри, наверное, если отбросит все эмоции и оставит лишь холодный расчёт, то может даже согласится с этим решением. Один человек в обмен на целую армию простого народа, да поменяйся они с Реддлами местами, он бы тоже задумался, а не лучше ли подсудимому умереть?
Впрочем, не всё так очевидно, есть и минус, существует куча неучтённых факторов, например, фактор времени, а также если Поттера казнят, а Реддл станет лицом восстания, то и Волдеморт, и Дамблдор узнают Гребондора и идентифицируют его как Тома Реддла, что приведёт к куче нехороших последствий. Ну и не стоит забывать про самого Поттера и то, что его тяжело будет просто так выбросить из игры. С ним ведь его гипотетическая казнь точно не обговаривалось, и Реддл вполне может опасаться того, что Гарри решит, что его предали и на своей последней речи расскажет Дамблдору много чего интересного.
Идеальным для всех вариантом Гарри видел бы тюремное заключение. И Волки сыты, и овцы целы. Народ негодует из-за несправедливого наказания, а Гарри Поттеру не обязательно будет умирать, он просто попадёт в какую-нибудь камеру, желательно совместную с Джастином, откуда его силой спасёт Реддл вместе с ополчением или на законных основаниях новый премьер-министр после Фаджа (Тонкс?).
Ладно…
Это на самом деле всё не важно. Раньше нужно было думать и рассчитывать. Он всё равно на это никак повлиять не может.
Все карты разыграны, он решил идти по пути Реддла, сейчас он в тюрьме и не в состоянии делать ничего, кроме как слушать и выполнять команды Флеминга. Этим он и будет заниматься.
В одном Гарри был уверен. Его не казнят, если признают невиновным.
Суд не стал ждать, пока Гарри обдумает все свои мысли. И после перерыва началась самая интересная и опасная стадия.
Вызов свидетелей.
И если Гарри правильно понял Флеминга, то против него будут давать показания куча бывших членов Отряда Близнецов. Гарри не помнил точное число ожидаемых предательских показаний, но оно явно не будет маленьким. А учитывая, что все из этих свидетелей видели одно и то же, Гарри не имел представления, как их показания можно перебить или опровергнуть. Он очень надеялся, что у Флеминга был хороший план, до которого он сам, ввиду своей неопытности в юридической безграмотности, додуматься не может.
Потому как просто назвать всех свидетелей заговорщиками — не вариант.
Собственно, поехали. Первый свидетель — первое предательство. И с этим предательством всё было понятно.
Свидетель обвинения. Аластор Грюм.
— В судебный зал вызывается свидетель обвинения. Аластор «Грозный Глаз» Грюм, почётный аврор и глава Аврората магической Британии, заместитель главы Ордена Феникса и командир Британских магических сил на западном фронте.
Дамблдор сразу же выпустил в бой тяжёлую артиллерию.
Почётный аврор. Глава Аврората магической Британии. Командир Британских магических сил.
И так было понятно, почему Грюм его предал. Он всю жизнь скучал по войне, а тут ему со всех сторон понакидали «Работ мечты» на любой вкус. Разумеется, что с такими возможностями самореализоваться Грозный Глаз быстро выбросил Поттера, как надоевшую игрушку.
Понять это было можно. Но не простить.
Вошедший в зал Аластор Грюм больше напоминал робота, нежели человека. А ещё больше киборга-убийцу. Всё тело было заменено протезами всех форм и размеров: ноги, руки, тело. Смесь магии и каких-то не особо продвинутых технологий. Из «своего» у Грюма оставалась лишь голова, и то не полностью: механические глаза вместо настоящих, складные уши, лишь половина носа, вместо целого и на большой части головы не было волос… Это, кстати, кажется, осталось уже после сражения с ним.
Впрочем, и не только это, тут, скорее всего, много осталось после сражения с ним.
— Вы Аластор Грозный Глаз Грюм, глава отдела Аврората магической Британии? — к допросу Грюма первым приступил один из помощников Фаджа. Надо было соблюсти какие-то юридические требования.
— Был, когда я в последний раз проверял. Но я в последнее время на фронте, аврорами в Британии тут Кристенсен заправляет.
— Кем для вас является подсудимый? Речь про главного обвиняемого, Гарри Джеймса Поттера.
— Он мой ученик.
И так далее и тому подобное, после того как Грюм поклялся не врать первым его допрашивать вызвался Джералд Флеминг, и несмотря на то что по закону первым свидетеля должен допрашивать тот, кто этого свидетеля и позвал (по крайней мере так сказал адвокат в своём обращении к суду), Дамблдор уступил право первого допроса Джералду.
— Вы сказали, что Гарри Поттер является вашим учеником, разъясните суду, чему вы учили своего ученика? — свой первый вопрос Флеминг задал довольно формальным тоном, раньше он говорил чуть более вальяжно.
— Магии, бдительности, сражению с Тёмным Лордом, — очень коротко и без каких-либо подробностей ответил Грюм.
Грюм же не станет саботировать допрос со стороны противника также как это делал Гарри?
Флеминга, между прочим, такой короткий ответ не смутил.
— Вы когда-нибудь учили своего ученика запрещённым Министерством Магии заклинаниям?
— Если речь идёт про Гарри Поттера, то не учил. Если речь про любых других учеников, то тоже не учил. За исключением, моей преподавательской деятельности в Хогвартсе. Я если что следил за процессом. Там у меня была задача познакомить студентов с непростительными заклятиями, так что всё законно. И у меня было разрешение Дамблдора и Министерства Магии.
