Об этой сделке знали только они двое да Реддл. Гарри не рассказал даже Джастину. Поттер решил, что Колину намного лучше думать, что это благодаря посланным в разные газеты фотографиям его пригласили в «Ежедневный пророк», а не благодаря небольшому самопожертвованию друга.
— Ты всё снял? «Ведуний»? Большой зал? Танцующие пары?
— Ага. У меня, кстати, есть просто восхитительный кадр вас с Тонкс. Могу дать тебе на память.
— Не, ты лучше их в газету отправь. Интересно, благодаря этой фотографии первая полоса будет наша?
— Учитывая, что вы на этой фотографии оба врезаетесь в Хагрида, нет, не думаю. Да у меня и получше варианты есть. Джастин с Флер круто получились, Крам с Гермионой тоже великолепно. Но первую полосу займёт совершенно другой человек.
— Кто же?
— Антон Бабушка.
— Опять он. И почему же именно он будет на первой полосе? Что он опять сделал? Тебе так понравился его костюм матрёшки?
— Нет, это вообще почти никак не связано с фотографиями. Меня Рита Скитер попросила поискать что-нибудь из ряда вон выходящее в Хогвартсе. И я нашёл. Чемпион Дурмстранга спаивает всех мимо проходящих студентов и преподавателей. Я знаю, кто и что может рассказать.
— Джастин дал интервью, да?
— Я фотограф, а не репортёр, Гарри. Меня Рита просто попросила собрать немного данных. Я сфотографировал его, сфотографировал его медведей, водочные запасы, правда, на запасы у меня памяти не хватило, но это уже и не важно. Я отправлю всё, что нашёл, Рите Скитер с фотографиями, а она уже будет решать, каким образом собирается брать интервью.
— Но как Рита Скитер собирается брать интервью, если её не пускают в Хогвартс?
— Не мои проблемы, — Колин пожал плечами.
— Ничего себе, — Гарри был впечатлён. — Круто. Не твои проблемы. Ты говоришь так, как будто журналист, проработавший фотографом всю свою жизнь, и уже разбираешься во всех сферах этой жизни.
Колин Криви был явно польщён таким сравнением.
— Ты действительно так думаешь? Слушай, а как ты посмотришь…
— Гарри!
Поттер с Криви одновременно обернулись к источнику голоса. Это была Джинни Уизли. Она была не похожа сама на себя, лицо покрыто слоем макияжа и ещё каким-то лаком, волосы были сложены в две причудливые косички, форма которых была закреплена с помощью магии, сама Джинни была в красном платье типа «труба».
Когда-то Рон Уизли упоминал, что ему выходную мантию купили в магической альтернативе секонд-хенда, тогда Гарри пришёл к выводу, что у семьи Уизли не было достаточно денег на подобные покупки, однако глядя на Джинни, вывод напрашивается совершенно противоположный. Вариантов не так много, либо Джинни — любимица родителей, либо Рона в семье не жаловали, иначе как объяснить столь дорогую одежду младшей Уизли.
— Гарри, потанцуешь со мной? — спросила Джинни.
За последнее время с ней произошли серьёзные перемены. После того диалога Джинни перестала показывать своё стеснение при виде Поттера. Но само стеснение никуда не ушло; Уизли старалась вести себя так, как обычно, однако по некоторым признакам было видно, что она действительно чувствует. Красное лицо, отрывистые фразы, долгое раздумье, чрезмерная эмоциональность. Признаков было много, казалось, что Джинни даже стала ещё больше стесняться Гарри. Однако всё же с тем, чтобы нормально разговаривать с ним и прекращать опрокидывать вещи в его присутствии, Джинни успешно справлялась.
Глядя на такое поведение, Поттер невольно припомнил себя на первом курсе. Тогда он боялся почти всего и постоянно это показывал окружающим его людям. Начиная же со слушания по поводу его опеки, он начал учиться скрывать свои эмоции, сперва это получалось ужасно… Поттер припомнил своё поведение на первом курсе и покраснел. Каким же он был идиотом… Нужно будет ему научиться заклятию стирания памяти и стереть все эти постыдные воспоминания.
Что же ему ответить Джинни? Он только собирался уходить из Большого зала, а тут сперва Колин, а теперь она. Последнее, что ему хотелось делать, это танцевать. Однако на нём висело обещание, да и он не хотел причинять Джинни душевные страдания, тем более, он знал, что душевные страдания — это серьёзное испытание.
— Конечно, пойдём! — Гарри постарался добавить в свой голос жизнерадостности.
Получилось не очень, но Джинни Уизли улыбнулась, так что цель была достигнута.
====== Глава 70. Святочный бал. Подарок ======
У каждой из девушек, с которой на этом балу танцевал Гарри, был свой танцевальный стиль. Чжоу танцевала великолепно, для неё этот бал было явно далеко не первым опытом в танцах, она прекрасно подстраивалась под любой ритм, под любой танец, под любой стиль. Тонкс была противоположностью Чанг в этом аспекте. Хотя, наверное, не только в этом аспекте, Нимфадора была почти во всех сферах жизни противоположностью Чжоу.
Когтевранка обладала грацией, она была вежлива, спокойна, не эмоциональна, имела чувство такта, хорошие манеры и всегда при выборе своей позиции в любом вопросе ориентировалась на мораль. Тонкс же часто говорила, что думала, не всегда и не всем, конечно, при Грюме она в основном молчала, но при Поттере всегда старалась говорить то, что думает. Грация, такт и спокойствие — те слова, которые нельзя было поставить в одно предложение с именем «Нимфадора» или «Тонкс». Нимфадора всегда старалась влезать с головой во все происшествия: там, где все предпочитали молчать, Тонкс превращалась в Грюма и кричала «Постоянная бдительность!», там, где все бездействовали, Нимфадора пыталась что-нибудь вытворить.
В танце с Поттером её характер раскрылся в полной мере; поняв, что её партнёр не блещет в искусстве танце, она решила не пытаться блистать на танцевальной площадке, использовать грацию, которой у неё нет, а попробовала достичь успеха в той сфере, в которой она всегда его достигала. В сфере развлечений. Не умеем танцевать? Не проблема, давай сбивать танцующие пары! Не можем стоять на ногах? Что же, бывает, давай падать, только стараться при падении задевать остальных. Возможно, это было не совсем хорошо с точки зрения морали и удовольствия остальных, но Тонкс было весело, поэтому о таких мелочах она не задумывалась.
Джинни, как Чжоу и Тонкс, имела свой стиль, вот только этот стиль было не так просто распознать. Она умела танцевать на нормальном уровне, не Чжоу, конечно, но далеко и не Тонкс. Она с лёгкостью ловила танцевальный ритм, но движения её были немного неуклюжи, так что её приходилось ориентировать на остальные пары для того, чтобы исправить свои огрехи. Вот только через несколько минут танца Поттер осознал истинную цель стиля Джинни. Джинни Уизли старалась понравиться Поттеру и выполнять только те движения, которые бы не мешали ему. Стоило отметить, что Джинни со своей целью справилась на все сто. Гарри наконец начал получать удовольствие от процесса; он перестал наступать на ноги своей партнёрше, улавливал общий ритм музыки, и у него было даже немного времени для того, чтобы рассматривать другие пары, а один раз у него получилось даже предотвратить своё столкновение с парой Хагрида и мадам Максим.
— Как ты оцениваешь своё выступление на первом испытании? — неуверенно завела разговор Джинни. — Ты не боялся дракона?
— Нормально оцениваю, есть много аспектов, — поддержал разговор Поттер. — С одной стороны, я разочарован, что мне не удалось заполучить золотое яйцо, с другой стороны, я нахожусь в верхней половине турнирной таблицы, да и сам факт того, что я почти что сладил с драконом, звучит круто. Что касается дракона…
Гарри задумался. Вопрос был скользкий, но младшая Уизли была из тех, кто заслуживал, по его мнению, доверия.
— Если честно, меня пугала возможность дракона пускать пламя. Сильно пугала. Но я знал много заклинаний, как защититься от огня, Флитвик рассказал на первом уроке, я все запомнил и выучил часть, после того, как я узнал, что одно из заклятий работает, то сразу перестал воспринимать огонь как… огонь, скорее, как просто оранжевую ткань. Хотя мне недавно сон снился, где меня дракон заживо поджаривал, так что, вероятно, всё же немного боялся и самого дракона… Ну, а ты за кого болеешь на Турнире, за честного чемпиона Хогвартса — Седрика Диггори — или за своих братьев? Я знаю, что многие студенты считают истинным чемпионом Турнира одного Седрика, и надеются на наш провал на Турнире. Некоторые фанатеют от твоих братьев, ну, а есть люди, которые в меня верят, например, комментатор Бэгмен. Единственный, за кого не болеет почти что никто, это Джастин Финч-Флетчли. А за кого болеешь ты?
