- Отправляйся в имение, - выкрикнул он. – Потом поговорим. А нам нужно к Дамблдору, - это уже относилось к Драко.

Он взял студента за локоть свободной от палочки рукой, но юноша вдруг вскрикнул и, отскочив от профессора, в ужасе посмотрел на тела Пожирателей, что оказались разбросанными по лестничным пролетам.

- Я никуда не пойду, - истерично выпалил Малфой, переводя взгляд, наполненный слезами и страхом на мужчину. – Что это, мать твою, крестный, вообще значит? – кричал он так громко, что зельевар всерьез испугался, как бы сюда все-таки не сбежались все профессора и студенты. - И кто она такая? – последовал следующий вопрос, и юноша, забыв о приличиях, направил палец в сторону молодой женщины, которая так же все еще отходила от сцены убийства Пожирателей. Для себя она сделала пометку, что потом все выскажет коллеге, но наедине. – И какого черта ты сдружился с Избранным-Мать-Его-Поттером?

- Драко, я прошу тебя, - выдохнул декан Слизерина, делая осторожный шаг в сторону юноши. – Я потом все тебе объясню, но сейчас нам нужно выполнить задание. Я прошу тебя. Успокойся и вспомни о матери.

Напоминание о том, ради чего он здесь находится, немного убавило пыл блондина, и он согласно закивал головой. Продолжая уговаривать крестника, Северус аккуратно взял его под руку и, перешагивая через трупы Пожирателей, они двинулись наверх. Когда они преодолели два этажа и поднялись на нужный этаж, Стефани пришла в себя и, сорвавшись с места, побежала следом, игнорируя просьбу избранника. Она не могла сейчас оставить его, эмоции влюбленной женщины взяли над ней верх, затмив здравый смысл.

Снейп и его крестник все-таки добрались благополучно до Астрономической башни, и всю дорогу мужчина продолжал задаваться вопросом: куда делись все профессора, ведь если представить, что студенты вдруг разбрелись по своим гостиным, что маловероятно, то исчезновение коллег никак не укладывалось в голову зельевара. Но он, так же как и Малфой, решил сосредоточиться на предстоящей встрече с Дамблдором, а уже потом заняться анализом странностей.

Директор вместе с Гарри стоял у перил и, судя по всему, о чем-то переговаривался с Избранным перед появлением слизеринцев. При их неожиданном появлении оба участника диалога замолчали. Северус, все еще придерживая за руку своего студента, подошел ближе и поднял свою палочку в направлении директора. Краем глаза он увидел, как следом вбежала Стефани и, открыв рот в немом вскрике, прислонилась к стене.

- Северус? – удивленно окликнул подопечного Дамблдор, опираясь на перила. Он с трудом держался на ногах, но все еще пытался скрыть свою немощность, что почти достигла пика. – Что ты делаешь?

- Отойди, - потребовал Снейп, обращаясь к Гарри.

Поттер-Блэк безропотно кивнул и ушел с огневой траектории, встав сбоку от зельевара. Директор увидел в его выборе символизм и как-то грустно усмехнулся. Драко, не уставая удивляться событиям сегодняшнего вечера, сменяющиеся вокруг него сумасшедшим калейдоскопом, только за волосы схватился. У него никак не хотелось укладываться в голове, что Поттер, который должен боготворить директора и попытаться хоть как-то защитить своего благодетеля, спокойно отходит в сторону.

- Понятно, - вымолвил Дамблдор, решив тянуть время, чтобы незаметно вынуть свою палочку. Хотя он и сам практически приказал Северусу убить его, но сейчас все изменилось. И его мессия, который должен продолжить его битву, судя по всему, поменял приоритеты, а значит и самому Верховному Чародею рано отправляться к предкам. – Ты ошибаешься, Гарри. Ты выбрал не ту сторону. Не знаю, что Северус тебе наговорил, и как ему удалось настроить тебя против меня, но, уверяю тебя, он тебе не друг. Это он и рассказал о Пророчестве Волан-де-Морту и тем навел того на дом, в котором жили твои родители. Можно сказать, что именно он и способствовал их убийству.

- Вы, видимо, забыли еще добавить, что это вы заставили Питера Петтигрю открыть тайну Хранителя Волан-де-Морту? – парировал Гарри, с ненавистью смотря на старца.

- Это неправда, - замотал головой Дамблдор и с грустью выдохнул, всем своим видом показывая, как ему жаль, что юноша такого плохого о нем мнения. – Северус обманул тебя.

- О, директор, я ничего ему не говорил, - усмехнулся зельевар. – Нам все рассказал сам Питер. Точнее Сириус смог его расспросить.

В глазах директора отразилось замешательство, но он быстро взял себя в руки и снова покачал головой, незаметно выдвигая кончик своей палочки из рукава.

- Мне бесконечно жаль бедного Питера, - пробормотал он. – Мерлин, как Сириус мог так с ним поступить? Потому, Гарри, я и не хотел, чтобы ты жил со своим крестным. Понимаю, ты любишь его, и он напоминает тебе о твоем отце, но Сириус не тот храбрый и самоотверженный друг твоего отца, коим был раньше. Он убийца, и мне прискорбно осознавать, что Азкабан окончательно погрузил его в пучину Тьмы, которая и так доминировала в нем.

- Заткнитесь, - выкрикнул Поттер-Блэк, выхватив свою палочку и направив ее на старца. – Не смейте врать. Я устал слышать ваше вранье. Из-за вас умерли мои родители. Из-за вас Сириус отсидел ни за что в Азкабане двенадцать чертовых лет. Из-за вас я ненавидел каждый день из своего детства, что провел под одной крышей с чертовыми Дурслями, которые презирали меня и постоянно мне это показывали. Вы подослали ко мне семью Уизли, Хагрида, что только и делали, что восхваляли вас, чтобы я проникся к вам благоговением. Всё это время все только и делали, что мне врали.

- Я не врал тебе, Гарри, - продолжал играть сожаление директор, убирая здоровую руку в сторону и вытаскивая уже наполовину свою волшебную палочку. – И, уверяю тебя, я не причастен к гибели твоих родителей и заключению твоего крестного. И уж точно я не знал, как Дурсли относились к тебе. Я был уверен, что Петуния…

- Да хватит, - взревел Гарри, и палочка в его руке так и плясала, а ее кончик зажегся красным огоньком, что говорило о том, что юный волшебник находится в крайней степени гнева, и любое, даже самое страшное заклятье, может сорваться без словесного сопровождения. Снейп только зубами скрипел, но боялся пошевелиться, зная, что это может мотивировать гриффиндорца на атаку. А ему совсем не нужно было, чтобы Поттер-Блэк стал следующим обладателем Старшей палочки. – Я все знаю, - продолжал кричать Избранный, едва сохраняя самообладание. - Я все видел.

- В смысле? – вскинул брови Дамблдор, так удивившись, что перестал играть сожаление.

- Я видел воспоминания, - ответил Гарри и как-то криво улыбнулся. Он был рад высказать все, что накипело в его душе именно тому, кто был виноват во всех его бедах. А мысль, что скоро этот человек умрет, радовала его вдвойне. – Воспоминания матери, что она прислала мне с дневником. Нет, это не было ее крестражем, - возразил он в ответ на немой вопрос в глазах старца. – Просто некоторые ее воспоминания, показывающие самые значимые события в ее жизни, которые стали началом моего осмысления. Началом стало раскрытие вашего первого вранья, директор. Мама наложила Кровную защиту на дом своей тети не потому, что была уверена, что я буду там жить. О, нет, она хотела, чтобы я жил с Сириусом. Крестный дал клятву моим родителям, что вырастит меня, как своего сына. Но это же никак не укладывалось в ваши планы, так, Дамблдор? Вы не для того лишили меня родителей, чтобы спокойно наблюдать, как меня воспитывает любящий меня родственник. Потому вы сделали все, чтобы Сириус сел в Азкабан. Он показал мне воспоминание о том слушании, где вы предали его, поддержав пожизненное заключение. Я видел воспоминание, что достал Сириус из Питера о том, как вы заставили его с помощью легилименции предать моих родителей. Вы знали, что Питер никогда не предаст отца добровольно, как бы ему ни хотелось подставить Сириуса. Кстати, он жив и прекрасно себя чувствует. И больше ни вы, ни Волан-де-Морт до него не доберетесь. А что на счет того, что вы не знали об отношении Дурсль ко мне… а как же миссис Фигг, которая докладывала вам о каждом моем шаге? Уверен, все складывалось именно так, как вам нужно было. Я стал сиротой, крестный убран с дороги, заключенный пожизненно в Азкабан, а родственники превратили мою жизнь в ад, используя меня, как домашнего эльфа и боксерскую грушу для отработки ударов кузена и его шайки отморозков. А потом заявляется добрый великан, спасающий меня от гнета. Прибывший именно по поручению великого светлого мага, и с этого момента моя жизнь кардинально меняется. Я становлюсь великим Избранным, которого все любят, и я тут же получаю все, о чем мечтал. Сироту сразу приняли в семью Уизли, которые любили меня, как мне казалось, безвозмездно, но ведь они знали выгоду от близкого знакомства со мной. Слава, деньги. Хорошо, что следующее осознание пришло у меня именно о таком случайном, но тщательно подстроенном знакомстве. Ведь Уизли тоже тут же стали распыляться о вас, как о благодетеле. Да я только и слышал от всех вокруг, какой вы великий, действующий для блага всех нас.