«Мне нужно место, чтобы спрятаться», - судорожно думал он, вспоминая подсказку призрака дома Когтевран. «Место, чтобы спрятать то, что должно быть спрятано».
Он снова и снова взывал к волшебной комнате, пока не услышал характерный звук, когда на гладкой стене выгравировывается узор, превращающийся в настоящие ворота. Возликовав, Гарри быстро обернулся по сторонам, опасаясь случайных свидетелей своего уже полуночного паломничества. На его удачу, мало кто бродил в этой части замка. За исключением, конечно, членов ОП, но только в оговоренное время, что Гарри и Гермиона сообщали товарищам в конце каждого занятия.
Ворота закончили проявляться и призывно распахнулись перед студентом, и тот не преминул поскорее прошмыгнуть внутрь. И ахнул, замерев на пороге, пока за ним закрывался проход, снова возвращая стене ее первоначальный вид. Огромное помещение, действительно, сейчас имело вид склада, под самый потолок заваленный самым разнообразным хламом. В этом беспорядке и хаосе, на самом деле легко было затеряться самому и спрятать все, что угодно без возможности отыскать эту вещь снова.
Медленно идя по образовавшимся из гор сломанной мебели, разбитой посуды, предметов антиквариата и всего, чего только можно придумать, проходам, Гарри внимательно присматривался к каждой вещи, что хоть отдаленно могла напоминать диадему. К сожалению, он не знал, как выглядит наследие Кандиды Когтевран, но почему-то был уверен, что обязательно ее узнает, если увидит. Он должен почувствовать исходящую от нее темную ауру, как чувствовал вблизи медальона и чаши.
Юноша не знал, сколько он уже бродит по этому огромному помещению. Мыслями он возвращался к Гермионе, ведь он так и не сказал ей, куда отправляется. Последний раз они виделись как раз до разговора с Кэти. Сейчас Избранному показалось, что прошла целая вечность, а не несколько часов, учитывая, сколько всего произошло за этот ничтожно малый промежуток времени. Рыская взглядом по огромным и высоким горам барахла, юноша горестно вздыхал, чувствуя себя виноватым перед возлюбленной, ведь она точно места себе не находит, волнуясь, куда он пропал, так и не вернувшись к отбою в гостиную.
- Зато я вернусь с трофеем, - тут же поспешил успокоить он свою совесть. – И останется у Волан-де-Морта всего два крестража. Надеюсь, что и о их принадлежности мы узнаем. Расспрошу дедушку. Должен же он понимать, что не вариант со своими секретами к предкам идти.
Сбившись со счета этих поворотов и даже отдельных закутков, Гарри вдруг увидел мраморный бюст какого-то волшебника в кудрявом парике. И прямо на его голове покоилась диадема с огромным сапфиром посередине. Вспомнив, что именно этими камнями наполняются факультетные песочные часы, отмеряя накопленные баллы «ворон», Поттер-Блэк взмахом руки выхватил палочку из крепления и направил кончик оружия на бюст.
- Акцио крестраж, - позвал он. Но диадема не отреагировала на манящие чары. – Ну, попытаться стоило, - разочарованно усмехнулся Гарри и убрал палочку обратно.
Отойдя на пару шагов назад, он чуть наклонил голову, оценивая, как ему забраться по столь шаткой конструкции из поломанного шкафа и прочей мебели, на вершине которой и стоит бюст. Медленно, стараясь максимально устойчиво и аккуратно ставить ноги и цепляться руками за вещи, Гарри пополз наверх. Только чуть позже он понял, что можно было призвать сам бюст, но теперь уже не имело значения ползти дальше или спускаться. К тому же неизвестно было, как поведет себя крестраж. Возможно, и на вещи, на которых он находится, так же распространяются антипризывные чары. К счастью, конструкция выдержала вес Избранного, и он благополучно добрался до верха. И, чем ближе он подбирался, тем явственнее он ощущал влияние крестража. Юноша не знал, почему Елена Когтевран желала уничтожить диадему матери еще до того, как ее проклял Том Реддл, но сейчас иной судьбы у реликвии Кандиды, кроме как быть сломанной, уже не могло быть.
Взявшись пальцами одной руки за основание бюста, Гарри еще более аккуратно стал спускаться. К самой диадеме он, понятное дело, прикасаться ни рискнул. Хотя Сириус и держал в руке чашу, не боясь, как Дамблдор, попасть под действие проклятья, но он загодя проверил ее на наличие оного и, только убедившись, что чаша, в отличие от кольца, безвредна при контакте, прикоснулся к ней. Юноша не спросил у крестного этого проверяющего заклинания, не зная, что оно ему так скоро понадобится. Все-таки это большая удача, что Волан-де-Морт оставил свой крестраж в школе. Да, это место когда-то было для него домом и оттого важным в жизни, но, все же, зная, что он никогда не вернется в замок, когда сначала один директор Диппет, а потом и Дамблдор отказали ему в возможности преподавать, это было несколько странным решением. И по-настоящему удачным для его заклятого врага, Гарри Поттера.
Снова оказавшись на твердой поверхности, юноша положил бюст на пол и присел рядом с ним, поджав под себя колени. Достав из внутреннего кармана мантии завернутый в тряпку клык Василиска, он резко замахнулся и проткнул камень острием. И в тот же миг его голову пронзила адская головная боль. Душераздирающий крик Волан-де-Морта, потерявшего очередной осколок своей души, был настолько громким, что Гарри, зажав уши и обхватив голову двумя руками, рухнул навзничь рядом с поверженным крестражем, из которого змейкой струилась темная дымка. Гарри заметил, что с каждым уничтоженным крестражем боль становилась все сильнее. Словно он вместе с Волан-де-Мортом терял часть души. И это пугало юношу. Эта связь посредством шрама еще никогда не была так ощутима. В этот раз боль была и вовсе невыносима. Не выдержав ее, Гарри даже отключился на некоторое время. Придя в себя, юноша с трудом поднялся с пола и уже бесстрашно взял в руку диадему. Больше никакой темной ауры от нее не исходило. Зато юноша должен был предоставить доказательство своей победы над врагом. Взяв клык, он размахнулся и забросил его куда-то в сторону на одно из гор рухляди. К сожалению, исполнив свою миссию, теперь это некогда грозное оружие было бесполезно. И предстояло найти новое оружие, чтобы расправиться с последними крестражами.
========== Случайный крестраж ==========
Комментарий к Случайный крестраж
Дисклеймер: это чтиво для развлечения, а не для анализов, философии и прочего. Просто легкое чтиво. Автор не несет ответственности за возможный вызванный в процессе прочтения негатив и “а у меня не так”, “я считаю иначе”, “а вот мне лучше виднее, что..” и т.д. Это сугубо субъективное авторское восприятие сюжета, характеров героев и истории, поэтому навязывание своих взглядов здесь - неприемлемо и наказуемо. Надеюсь, все друг друга поняли, а теперь приятного чтения!
Конечно, Гермиона устроила ему грандиозный скандал. Гарри пропал на весь вечер и даже полночи, а потому девушка места себе не находила, не знала, что и думать. Потому, когда он все-таки вернулся в гостиную, довольно улыбаясь, то наткнулся на разъяренную возлюбленную, что метала смертельные молнии из глаз, и даже ее волосы, распушившись больше обычного, были наэлектризованы от искр магии.
- Гаррольд Джеймс Поттер-Блэк, - сжимая кулаки и взглядом обещая избраннику все муки Ада, Грейнджер сходу набросилась на него посреди пустой гостиной. Судя по тому, что никто из уже отбывших спать студентов не выскочил на ее крик, Гарри правильно догадался, что шатенка предупредительно наложила полог тишины. – Где ты пропадал? Ты знаешь, сколько времени? Чем же, позволь узнать, ты был так занят, что не сообщил, куда отправляешься? Я тут с ума схожу в неведении, а он где-то шляется. Заявляется посреди ночи и улыбается.
- Я крестраж уничтожил, - дождавшись, когда девушка замолчит на мгновение, чтобы набрать воздуха в грудь и разразиться новой гневной тирадой, встрял с объяснениями Гарри.
- Что? – опешила Гермиона и пораженно опустилась на диван, благо он стоял неподалеку позади нее.
Обрадовавшись, что опасность миновала, юноша присел рядом с избранницей и достал из-под мантии диадему Когтевран с большим треснутым сапфиром посреди. Грейнджер взяла реликвию в руки и внимательно осмотрела. А Поттер-Блэк стал рассказывать о стычке с Малфоем, разговоре с Еленой - Серой Дамой - а после и о своем походе в Выручай-комнату, где и нашел крестраж, чтобы его благополучно уничтожить добытым в Тайной комнате последним клыком Василиска. Узнав о приключениях возлюбленного, девушка, конечно, уже не могла на него злиться. Зато убедилась, что волновалась не зря.
