— Просто заглянул? — спросил Уилл. — Зашёл, взял свои документы и ушёл?

Нико вздохнул.

— Я этим не горжусь, — признался он. — Не стоило мне устраивать там бардак и уничтожать бумаги. Наверняка там были ещё какие-то скрываемые ими документы, нужно было их просто оттуда забрать, кто-нибудь бы разобрался. Но я был вроде как зол… и увидел возможность отомстить хоть кому-то.

— И что, потом у вас не было с ними никаких неприятностей?

— Неа. Не знаю, что они подумали. Может, что она связана с мафией? Или просто не хотели заявлять, что у них украли документы, которые они незаконно утаивали. Реванш?

Уилл не сразу сообразил, что последний вопрос относится уже не к мести, а к партии, в которой он может попробовать отыграться.

— Да, давай, — сказал он. Больше в тот вечер о прошлом не говорили.

========== Уилл. 2-6 ==========

9

Когда стало известно, что в следующее воскресенье Нико выйдет на смену на приёме у Боргардов, Уилл сказал, что запишет его — под двумя разными именами — в медцентр неподалёку.

— Нужно только знать время, — сказал он и закусил губу: было бы понятно, если бы Нико не захотел ему об этом сообщать. — И… у тебя есть какие-то симптомы помимо усталости?

Нико заёрзал и обернулся на кухню; Фрэнку с Хейзел, как всегда, было не до них, но Уилл сильно устал постоянно оглядываться на их присутствие. Хотел бы он провести время только вдвоём с Нико. В смысле, просто спокойно поговорить.

— Не говори Хейзел, ладно? — попросил Нико, понизив голос даже больше обычного.

— Как я и сказал — медицинская тайна, — нахмурился Уилл. Насколько же всё было плохо?

Нико уставился на свои пальцы.

— Когда я… Ещё только начал… Когда хотел убить Люка и много перемещался… Мне один раз позвонил сосед по квартире и спросил, когда я заплачу свою часть. У меня вдруг закружилась голова, и я сказал, что перезвоню через пять минут. Через полчаса он снова мне позвонил и спросил, что это я не перезваниваю. Я удивился… Я вообще не помнил, что с ним разговаривал, и так ему и сказал… Он назвал пару вещей, которые мы упомянули в том разговоре, но я ничего не вспомнил… Он мог бы разозлиться, что я вожу его за нос и просто не хочу платить, но, уж не знаю почему, заволновался. Он звонил мне ещё пару раз, и я каждый раз ничего не помнил. Ни о наших предыдущих разговорах, ни об уговоре в пятницу уйти на весь день, чтобы он привёл девушку, ни о том, чья очередь делать уборку… Но я, положив трубку, сразу забывал о разговоре и не чувствовал себя так, будто что-то забыл… А потом вдруг вспомнил. Нет, не вдруг. Не знаю, в какой момент стал снова помнить. Он мне позвонил, стал спрашивать про предыдущие звонки, а я помнил. Это было… было… — Нико поднял голову и выдавил: — Ужасно. Осознать, что можешь вот так всё забыть. Я не знал, что и думать. Перемещения стирали мою память? Может, я уже забыл что-то из своей жизни и даже не знаю об этом? Я был в ужасе. Я… если честно, наверное, всё ещё в ужасе.

Его лицо выражало беспомощность, бессилие, и Уилл потянулся взять его за руку. Он тут же смутился этого жеста, но отнимать руку было бы глупо, и он просто тихо сказал:

— Такое бывает. И с обычными людьми. Если сильно поднимается давление. Вообще-то чаще, насколько я знаю, это происходит с пожилыми… С другой стороны, я, как ты и сказал, не настоящий врач. Могу всего не знать. Но это… ну, не нормально, но обычно. Правда, если от перемещений поднимается давление, немного странно, что тебе помогают кофе и энергетики… Я думал, у тебя давление, наоборот, падает…

Нико слушал его, широко распахнув глаза, и в итоге, отняв руку, закрыл лицо ладонями.

— Я идиот, — глухо пробормотал он.

— Нет, вовсе нет, это не то чтобы широко известный факт, даже не все врачи об этом знают, это редкая реакция…

— Я же учился на медицинском, — тихо, но яростно произнёс Нико. — Я должен был… должен был попытаться найти этому научное обоснование… А вместо этого, как идиот, боялся каких-то сверхъестественных ужасов… — Он резко поднялся и ушёл — к себе в комнату.

Уилл видел, как закрылась дверь. Он подождал. Вроде как смотрел телевизор, но, когда началась реклама, понял, что даже не помнит, что смотрит. Встал, покосившись на кухню; на его уход не обратили внимания. Подойдя к двери Нико, он хотел было постучать, но побоялся, что Фрэнк услышит, так что просто повернул ручку и толкнул дверь на сантиметр, давая Нико знать, что входит. Никакого ответа не последовало, и он открыл дверь и заглянул внутрь.

Нико лежал на кровати и смотрел в потолок.

— Извини, — сказал он, не глядя на Уилла. — Сейчас вернусь. Просто злюсь на себя.

— Ну и зря, — ответил Уилл, входя и закрывая дверь. Стул был завален одеждой, так что он присел на краешек кровати. — С тобой случилось нечто сверхъестественное, и вполне логично, что ты ожидал ещё чего-то подобного. Это же не какая-то стадия, через которую проходят все и поэтому все знают, чего ожидать. Ты ведь не знаешь никого другого с такими спосо… — Уилл осёкся. — Или знаешь?

— Хейзел, — едва слышно ответил Нико.

Уилл только потом понял, какое огромное доверие ему выразили этим ответом. Тогда он просто немного растерялся.

— Но она… она обычно очень бодрая? Я хочу сказать, у неё же нет проблем с самочувствием из-за этого?

— Она… делает… свою штуку… гораздо меньше меня. Я, оказавшись в доме, много перемещаюсь по нему, чтобы… разведать обстановку. — Нико сел и потёр лицо ладонями. — Потом, вернувшись домой, переношусь в нужное место вместе с ней. Потом обратно. Ей проще.

Значит, это Хейзел отвечала за взлом сейфов? Уилл не стал об этом говорить.

— Ну вот. Ты столкнулся с уникальной проблемой, и нечего винить себя в том, что искал к ней неправильный подход.

— Но ты же сразу нашёл правильный!

— Это другое!

Отмахнувшись, Нико поднялся с кровати.

— Пойдём, — сказал он. — Ещё заметят.

Но если Фрэнк или Хейзел что и заметили, то комментировать не стали.

10

Уилл боялся заговорить с Лу о расследовании краж.

Конечно, он хотел бы узнать что-то полезное. Не потому, что поддерживал желание Нико отомстить, а потому, что не хотел, чтобы Нико арестовали.

Но он понимал: Лу узнает, где они с Фрэнком проводят пятницы. И скорее рано, чем поздно. Если он будет спрашивать, она об этом вспомнит, и это может сыграть против Нико.

Но и не пытаться что-то узнать он не мог.

— А не хочешь съездить куда-нибудь на следующих выходных? — спросил он за неделю до приёма у Боргардов.

— Извини, — ответила Лу. Казалось, ей и правда жаль. Уилл мгновенно ощутил себя изменником — из-за того, что занял не её сторону… не буквально. Разумеется, он вовсе не собирался изменять ей по-настоящему, даже с… Да неважно с кем, не собирался, и всё тут. Но он подозревал, что настоящая измена причинила бы ей куда меньше боли, чем та, которую он сейчас совершал. — Я буду работать.

Уилл вздохнул.

— Что-то важное?

— Да, то дело о кражах.

— О. Полагаю, в этот раз я больше не приглашён на бал.

— Бал, — фыркнула Лу. — Нет, в этот раз никаких балов. Мы с Фрэнком будем в засаде у сейфа. В том же помещении. В прошлый раз камер и охраны снаружи оказалось недостаточно.

— Типа… всю ночь?

— Ага.

— А если ничего не случится?

— Тогда с утра нас подменят Янг и Родригес.

— Да нет, я имел в виду не общую стратегию, а тебя. Собираешься постоянно там дежурить?

— Надеюсь, всё закончится быстрее… Но в любом случае нет, не собираюсь. Туда выделят патрульных.

— Ну… тогда, может, на следующих выходных куда-нибудь выберемся?

Лу слабо улыбнулась.

— Давай решим ближе к делу, ладно?

И Уилл снова ощутил прилив стыда — за то, что почувствовал облегчение от того, что она не согласилась.

11

Когда Уилл рассказал Нико о планах полиции — в пятницу, за два дня до приёма, — тот мрачно кивнул.

— Чего и следовало ожидать, — сказал он. — Что же теперь делать?