-Миша, - она крикнула из комнаты, - ты же останешься у нас на обед?
Тот молча глянул на Максима.
-Останется, - ответил за Михаила юноша, когда оба заходили в комнату.
У Максима с утра на столе горел светильник и стоял включённый ноутбук. Рядом стопкой лежали книги и тетради. Пакет с магнитофоном опирался на ножку деревянной кровати. Михаил достал аппарат и развернулся, чтобы выйти из комнаты. Максим сел за стол и проводил приятеля взглядом.
Длинная рука потянулась в ручке двери Светланы. Опять волна смятения прокатилась по телу.
-Миша?
-Да, это я, - жался в проёме Михаил.
-А куда вы уходили?
Юноша замялся, держа на весу магнитофон.
-Да так, поговорить об учёбе.
Он поставил на комод громоздкую вещицу. Стук о деревянную поверхность раздался по всей комнате. От неожиданности девушка подпрыгнула.
-Что случилось? - она тотчас подскочила на месте. - Ты ударился?
-Нет. Всё нормально, - начал успокаивать юноша и, стараясь говорить максимально аккуратно, продолжил. - Я подумал, что тебе будет интересно занять себя чем-то помимо рисования.
-Например? - девушка села.
-Например, музыкой.
Светлана придвинулась к листу и потянулась к пастели.
-Может, ещё и танцевать?
-Можно и так, - Михаил весь зарделся.
-Ты серьёзно? Танцевать? Ты понимаешь, что говоришь?
-Понимаю. Не понимаю, почему ты так реагируешь.
-И не поймёшь. Ты представляешь, как это будет выглядеть? Очень смешно. Я буду хромать и махать руками в разные стороны. Я начинаю представлять, как пытаюсь что-либо сделать, и вижу, как же убого это всё смотрится. Я не хочу...
Михаил вспыхнул и часто задышал.
-Хочешь, разбей магнитофон кувалдой, но я его всё равно оставлю здесь, - повысил тон он. - Хочешь, выброси из окна. Но перед этим подумай, кому ты бросаешь вызов. Себе? Мне? Думаешь, мне так легко и радостно? А тебе самой? Ты сама себя втаптываешь в землю, сама себя заводишь в могилу! И кому от этого лучше?
Светлана смахнула со стола все мелки, и они разлетелись по полу.
-А может, мне так легче! Какие мне танцы? - закричала она. - Забери это с собой!
На шум из разных концов дома прибежали Анна Сергеевна и Максим.
Разгорячённый Михаил протиснулся между ними, стрелой пролетел по коридору, наскоро оделся и вышел на улицу.
-Света, что такое? Что случилось? - озадаченно затараторила женщина.
Максим, завернувшись в куртку, проследовал за юношей.
-Остынь, приятель, - кричал вслед Максим, - знаешь, сколько раз так со мной было?
Михаил молча брёл по снегу.
-Ты же сам говорил, что будешь пробовать, пока не получится, - не останавливался тот. - Просто так сдашься?
-Не знаю, - вдруг буркнул он, - я сейчас не могу думать... Может, я позвоню позже, когда всё уляжется.
Михаил поплёлся к своему дому, натягивая на уши шапку и высоко запрокидывая ноги, чтобы не увязнуть в снегу. А в голове Максима ещё какое-то время прокручивалось такое скользкое и неуверенное слово "может".
Теперь обитель казалась Михаилу тёмной, почти чёрной. Как он ни хотел сделать её светлее, включал повсюду лампы и бра, атмосфера в доме так и оставалась мрачной, тяжёлой. Днём он решил пройтись по району, очищая сознание от тревожащих мыслей и беспокойных чувств. Ненадолго это помогло.
Однако вечер прошёл ужасно. Бессмысленные телешоу, пустые сериалы, отвратительная и мерзкая реклама... сплошная деградация на ТВ.
К ночи у юноши разболелась голова. Он принял обезболивающее и лёг в кровать. Слова Светланы жгли сердце. Он одновременно жалел и её, и себя. В горле не проходила горечь. От таблеток, от обиды. Одно накладывалось на другое и давило с ещё большей, двойной силой. Темнота сгущалась, безмолвие угнетало.
Юноша тупо смотрел на ковёр, висевший на стене, и трогал мохнатые ворсинки. Он было уже и успокоился, как внезапно тишину нарушил телефонный звонок. Михаил повернулся, нехотя поднялся и потянулся к смартфону, лежащему на письменном столе. Звонил неизвестный номер. Юноша с долей сомнения поднял трубку. На другом конце провода он различил до боли знакомые нотки голоса. Это была Светлана.
С: Миша?.. Ты не спишь?
Юноша сглотнул ком в горле и еле-еле выдавил.
М: Нет...
Последовал выдох.
С: Миша, прости меня. Прости, пожалуйста. Не знаю, что ты ответишь на этот раз. Просто, прости меня...
М: Света... Конечно, я тебя прощаю. Только не плачь, слышишь?
С: Да...
М: Как ты?
С: Теперь нормально, а ты?
М: Я теперь тоже.
