Джош наклонился к Даниэлю:

— На пять метров закопал, на пять.

— Надо было ещё бетонной плитой привалить, — сжал губы Даниэль.

Джош вздохнул:

— Новая глава этой нескончаемой саги «Ральф и Опоссум».

Ральф бросил на Джоша осуждающий взгляд и принялся ещё интенсивнее трясти опоссумом, от чего у того опасно затрещал хвост. И всё это под завывания Лютера, которые к тому же, становились всё громче и громче с каждой новой строчкой.

— Да заткните Лютера! — завертелась Норт. — Он воет на весь квартал!

— Я заткну! — Даниэль швырнул в Лютера обломок кирпича. — Кто попадёт ему в глотку, того я год чмарить не буду.

Авангард зашевелился, подбирая кирпичи и прицеливаясь, и Маркус снова подумал, что ох как рано он определил состав авангарда. Лютер пел и пел, не обращая внимание на каменный дождь, пока…

…Один кирпич угодил Лютеру в лоб, рассыпавшись в щебень. Лютер страшно выпучил глаза и замолчал. Резко оборвал свою песню, погрузив зал в тишину. Алиса взвизгнула и спряталась за спину Маркуса, стряхивая остатки кирпича с ладошки.

— Маркуся, ты на меня кирпич уронил, — по-детски растерянно захлопал глазами грузчик.

— Я знаю, — сжал губы Маркус, сверля его недобрым взглядом. — Я старался.

— Маркуся, — Лютер вылез из груды кирпичей и потопал к бортику.

— Эх, — махнул рукой Даниэль, — в пасть никто не попал.

— Ну, ладно Маркуся, но вы все… — Лютер перелез через ограничение ринга. — Мы же одна команда. На вид, все такие порядочные. Раз, два, девять. Кто-то даже дважды бросил.

— Успокойся, Лютер, — погладил его по предплечью Джош.

— Нет, брат. Меня забивали камнями, как собаку.

— Как кого? — дёрнул его за второе предплечье Ральф. — Это какую собаку ты забивал?

— Это фигурально. Форма речи.

— Мне не нравится такая форма речи, — взмахнул опоссумом Ральф. — Дурацкая у тебя форма речи, мегаотвратительная форма речи.

Автоматная очередь прорезала воздух, оглушающим грохотом отозвались стены бункера. Пленник воспользовался ослабевшим к нему вниманием и вырвался. Парень отступал, угрожая андроидам автоматом, сорванным с плеча Норт. Сама же Норт лежала у его ног, расширенными от ужаса глазами уставившись на смертоносное мечущееся дуло, сбросив маску лихой воительницы и превратившись в слабую девушку, даму в беде. Маркус моментально, в два прыжка оказался возле автоматчика, по пути схватив Алису в охапку и зашвырнув её в укрытие, нишу под рингом. Андроид поднял тяжёлый взгляд на парня с автоматом, загородив от него по возможности всю команду, в том числе и лежавшую на полу Норт, которая, оказавшись за спиной лидера, осмелела и пятясь, отползала к рингу.

— Не подходи, грёбанный терминатор, — нервничал человек и в подтверждении своих слов наставил автомат на Маркуса.

— Откуда автомат, Норт? — зашептал Даниэль, опустившись на одно колено возле отползающей девушки и не сводя взгляда с Маркуса и нервного парня с автоматом.

— У него отобрала.

— Надо было мне отдать. Мартышка с гранатой, — презрительно-осуждающе подытожил парень.

Раздалась прерывистая автоматная очередь, от снарядов разлетелся угол бортика. Даниэль пригнулся, прикрывая голову руками. Куски пластикового бортика усыпали пол. Короткая и звучная автоматная очередь ударила в потолок.

— Погибнем из-за тупой шлюхи, — Даниэль дёрнул к себе Кэру, рухнув с ней на пол и прикрыв девушку своим телом.

— Не подходи, урод! — орал человек. — Руки! Помахай ими!

— Невежда, бездарь, помаши, — Джош стремительно прошёл, выступив из дымной завесы зловещим призраком первой школьной учительницы. — Помаши! Помаши руками! Чему вас в школе учили?! — он, отобрав автомат и отбросив его в сторону, наступал на близкого к обмороку парня, осуждающе глядя исподлобья. — По-ма-ши! — Джош ударом в скулу отправил пленника в нокаут.

Даниэль присвистнул во внезапно опустившейся тишине и поднялся, освобождая Кэру, которая не спешила выбираться из-под андроида, а продолжала лежать с романтичным лицом. Даниэль впервые за всю свою безбашенную жизнь струхнул и отскочив подальше, подал руку Норт, помогая подняться и опасливо поглядывая на сидящую в живописной позе Кэру. Кэра выставила вперёд ножку и кокетливо взмахнула ресницами, не сводя с Даниэля взгляда. Даниэль судорожно выдохнул.

— Ну, вот и ладненько, — сказал Маркус, подобрав автомат и легко толкнув в бок неподвижное тело парня. — А теперь идём к Златко. Алиса! — Маркус резко обернулся, выдернув полы плаща из детских рук. — Дизайнерский плащ. Ты им руки вытираешь?

— Нет, я просто прикоснулась к легенде, — растянулась в боголепной улыбке девочка.

— А почему следы, как будто ты руки вытерла? — наябедничал Лютер. — Причём на таком месте… кхм, пониже поясницы, где маленькие девочки не должны прикасаться к легенде.

Алиса скривила моську и показала Лютеру язык.

— К тому же, Алиса, я этого не люблю, — выпрямился Маркус, поправляя свою одежду.

— Мне было страшно, — отчитывалась Алиса, заложив руки за спину и перекатываясь с пятки на носок. — Вот я и забралась под плащ.

— Алиса, — Кэра прошла танцующей походкой, по пути улыбнувшись старательно игнорирующему её Даниэлю. — Я тебя понимаю, но хорошие девочки так себя не ведут. Вот вырастешь, тогда…

— Бл#ть, — Алиса засунула руки в карманы курточки и, печально понурившись, побрела из зала.

— Зачем ты так с ней? — грустно покачал головой Лютер.

— Алиса, — Даниэль догнал девочку и положил руку ей на плечо, — пользуйся преимуществом. Взрослые тётки не поместятся под плащом.

Алиса отмахнулась, не посчитав этот факт таким уж большим плюсом, но остановилась и благодарно взяла Даниэля за руку.

— Нет, ну, почему же не поместятся? Вот смотри, — Кэра прямо-таки наскочила на Маркуса, она пыталась пролезть под полу плаща, сопела и просовывала голову между Маркусом и его плащом.

Маркус запрокинул голову с видом «За что мне это?», нервно скинул плащ, оставив его на растерзание отчаянной домохозяйке, и отошёл в сторону, потирая лоб и обдумывая состав авангарда. Кэра же не сразу поняла, что сражается только с плащом и, когда полностью утрамбовалась, просунув руки, поняла, что Маркуса в нём уже нет.

Маркус медленно поднял взгляд:

— Я этого не люблю.

— Много же ты чего не любишь, — поправил шарфик Ральф, наблюдая как Кэра застёгивает на себе обновку.

— Запомните мои правила. Табу. Запреты, — Маркус обвёл тяжёлым взглядом андроидов. — Этого делать нельзя. Ни при каких обстоятельствах. Я не люблю, когда меня трогают, я не люблю секс и любое проникновение и первое место, я не люблю, когда меня называют Маркуся. Понял, Лютер?

— А когда тебя со шланги поливают, пока ты с тёлкой сосёшься? — склонил набок голову Ральф.

— Заткнись, глюкоход.

— С какой ещё тёлкой, Маркус? — поставила руки на бёдра Кэра.

— С рандомной, Кэра, с рандомной, — Ральф подмигнул Маркусу и добавил шёпотом. — Я тебя не выдал.

— А вот я догадываюсь, с какой, — подняла голову Норт и сложила на груди руки. — С человеком, да?

— Я не хочу об этом говорить, — Маркус направился к выходу.

— Имя на «Р» начинается, заканчивается на «эйчел»? — встала на его пути Норт.

— Жаль, что не на «Н» начинается и на «орт» заканчивается, да?! — крикнул Даниэль.

— Короче, мексиканский сериал, мы идём к Златко? — не выдержал Саймон.

— Да, Саймон, до сих пор я думал, что только у тебя такая херня творится, — отзеркалил Саймона Даниэль. — А наш лидер больше загнул со своими романтическими похождениями.

— Похождениями?! — возмутился Маркус.

— Так, Маркус, — быстро перевёл тему разговора Саймон, почуяв, что дело запахло жареным, и косточки могут начать перемывать уже ему, — сначала надо решить, куда деть пленных, пока они не очнулись.

— Первое разумное решение за долгое время, — Маркус грустно смотрел, как Кэра дефилировала в его эксклюзивном дизайнерском плаще, гордясь им как военным трофеем.

— Лейтенант, мне нужно проверить догадку, — Коннор скрылся за поворотом, оставив полицейского одного на развилке.