Скитошерил поморщился.

   -- Я тут ни при чем. Она говорила очень странные вещи. Еретические вещи. Жрец Фестибариатид принял её за панновальского шпиона.

   -- Как это могло быть? -- удивился Лэйнтал. -- Она ехала на хоксни. Разве панновальцы ездят верхом? Я никогда не слышал такого. А ваши бандиты схватили эту старую женщину и продали её!

   Скитошерил нахмурился.

   -- Мы не бандиты. Мы просто хотим жить в мире и работать на земле.

   -- Да, прекрасный обычай -- покупать свою безопасность за жизнь женщин!

   Сиборналец нервно улыбнулся и сказал:

   -- Вы, варвары, не цените своих женщин.

   -- Мы высоко ценим их.

   -- Они правят вами?

   -- Женщины не правят.

   -- В Ускутошке, сердце Сиборнала, правят женщины. А мы очень заботимся о них. Даже у нас тут есть женщины-жрицы.

   -- Я не видел ни одной.

   -- Потому что мы прячем их.

   -- Вы прячете от себя свою подлость.

   Скитошерил вдруг наклонился вперед.

   -- Послушай, Лэйнтал, я вижу, ты неплохой парень. Не нужно искать со мной ссоры. Я знаю, ты лорд в своей стране и очень храбрый человек. Хорошо, что ты не ушел с гонцами. Я хочу довериться тебе. Ты сам знаешь состояние дел здесь. Я знаю, как много наших разведчиков уехало и не вернулось. Они умерли от болезни где-нибудь в лесу, и никто их даже не похоронил. Их мертвые тела давно сожрали звери. И здесь всё завершится так же. Я религиозный человек и верю в молитвы, -- но болезнь так сильна, что даже молитва не может совладать с нею. У меня есть жена, которую я очень люблю, и поэтому я хочу договориться с тобой.

   Лэйнтал молча слушал Скитошерила, стоя на низком холме и наблюдая за тропинкой, спускающейся вниз, к потоку. Там копошились рабы, копая могилы среди камней. Рядом лежало семь трупов, завернутых по обычаю сиборнальцев в простыни.

   Я могу понять, подумал Лэйнтал, почему этот трусливый толстяк хочет сбежать отсюда, -- но что он для меня? Он для меня не больше, чем Шэй Тал, Амин Лим и другие для него.

   -- Что же ты предлагаешь? -- всё же спросил он.

   Скитошерил нервно огляделся, не подслушивает ли их кто.

   -- Четыре йелка и хороший запас еды. Я, моя жена, её служанка и ты. Мы уйдем вместе. Со мной это будет просто. Мы поедем с тобой в Олдорандо. Ты знаешь дорогу, я буду защищать тебя и дам тебе хорошего йелка. Одному тебе ни за что не выбраться отсюда. Ты слишком ценен для нас. Ты согласен со мной?

   -- Когда ты думаешь бежать?

   Скитошерил нахмурился и подозрительно взглянул на Лэйнтала.

   -- Если ты скажешь кому-нибудь хоть слово, я убью тебя. Послушай, по сведениям наших разведчиков, армия кзанна Хрл-Брахл Ирпта будет здесь уже перед закатом Фреира. Мы четверо выйдем ей в тыл -- фагоры не нападают на тех, кто сзади, -- и сможем спокойно идти в Олдорандо.

   -- Неужели ты хочешь жить в таком варварском городе? -- язвительно спросил Лэйнтал.

   Скитошерил проигнорировал его выпад.

   -- Я должен сначала увидеть твой город, прежде чем ответить тебе. Не пытайся быть саркастичным. Ты согласен идти?

   Лэйнтал Эйн кивнул. Он понял, что Вутра преподнес ему новый, и на сей раз очень щедрый дар.

   -- Да. Но вместо йелка я возьму хоксни и выберу его сам. Я никогда не ездил на йелках. И кроме того, мне нужен меч. Не из бронзы, а из твердого железа. Белого железа сиборнальцев.

   Скитошерил улыбнулся.

   -- Отлично. Значит, ты согласен?

   -- Да. Надеюсь, ты сдержишь своё слово.

   -- Сдержу.

   Лэйнтал Эйн ухмыльнулся.

   -- Тогда пожмем друг другу руки, по обычаю.

   Скитошерил невольно попятился.

   -- Ты знаешь, я не прикасаюсь к рукам других людей. Достаточно слова. Я человек богобоязненный и не предам тебя. Проследи, чтобы эти трупы захоронили, а я пойду скажу жене, чтобы готовилась к отъезду. Мы должны убраться отсюда как можно быстрее.

   Как только сиборналец скрылся из виду, Лэйнтал приказал пленным прекратить работу.

   -- Я не ваш хозяин. Я здесь тоже пленник, как и вы. Я ненавижу сиборнальцев, это отвратительный народ -- высокомерный, подлый и коварный. Бросьте трупы в реку, а яму присыпьте камнями. А затем вымойте руки и убирайтесь подальше от этого места. Скоро оно превратится в настоящий ад.

   Мадис хмуро и с подозрением смотрели на него. Ведь он был одет как сиборнальцы и только что как равный разговаривал с самим капитаном! Он чувствовал их ненависть, но эта ненависть не трогала его.

   Наконец рабы двинулись с места, подняли одно тело и швырнули его в реку. Затем в неё полетели и все остальные. Вода равнодушно принимала их.

   Река эта омывала Новый Аскитош. На восточном её берегу простиралась обширная равнина. На ней тут и там стояли изъеденные временем каменные мегалиты, обозначавшие земные и воздушные октавы.

   Засыпав пустую могилу, мадис стали обсуждать перспективу бегства через реку. Некоторые из них были за такой план действий. Они стояли на самом берегу и убеждали остальных. Более осторожные указывали на невозможность переправиться вплавь через бурный поток и на неизвестные опасности, которые могут встретиться им в диких восточных лесах. И все они тревожно оглядывались на Лэйнтала, который оставался на месте, стоя со сложенными на груди руками. Мадис ожесточенно спорили, но так и не могли придти ни к какому решению: то ли им броситься в воду и переправиться на другой берег, то ли остаться тут и вернуться в тюрьму.