- Рон, он изменился! Гарри прав! Он не тот псих, каким вы его рисуете. Маньяк стал политиком.

- Для этого не обязательно прекращать быть маньяком, как вы выразились, – Дамблдор устало жмурился. – Молли, позволишь?

Миссис Уизли передала ему газету.

- Я хотела, чтобы вы убедились, – попыталась объяснить Джинни, но с первых секунд поняла: никто не собирался слушать ее аргументы, – что он нормальный. Он построил Университет…

- Чтобы вербовать Пожирателей Смерти!

- Заткнись, Рон! И я собираюсь там учиться. Хватит сидеть в норе, как мыши. Жизнь не закончилась. Когда я общалась с Темным Лордом, он дал понять – мы его никаким образом не волнуем, и можем спокойно жить дальше.

- Он уже Темный Лорд? – Рон замахнулся, но Гарри успел поймать его за руку.

- Не смей!

- Она ведь опять, Гарри! Она опять под его чарами! Что на этот раз нужно проткнуть клыком василиска, чтобы она очнулась?!

- Голову себе проткни! – Взметнулась Джинни. – Ты баран, Рон! Не видишь самых простых вещей!

- А ты предательница! Мы готовы были жизни отдать, чтобы свергнуть Волдеморта, а ты с ним беседуешь о политических взглядах?!

- А еще, – зло ухмыльнулась Джинни, – пью с ним кофе!

Рон отступил назад. Молли заскулила.

- Джинни, я запрещаю тебе выходить из дома! Это… это немыслимо! Мы с твоим отцом столько сил положили, Сама-Знаешь-Кто убил твоего дядю, и еще многих достойных волшебников, а ты пьешь с ним кофе?

- Да! – Джинни сжала кулаки. – И не только! – Блеснула глазами ведьма, проводя языком по верхней губе.

Гарри отвернулся, ему хотелось засмеяться в голос. Джинни вернулась от Тома, точно кошка, и, хотя Гарри казалось, что между его девушкой и Риддлом ничего не было, Джинн вполне могла бы так сделать. Да и Том тоже. От подобной мысли захотелось придушить обоих и немного затошнило. Гарри искренне надеялся, что Джинни лишь хотела убить Рона, мать и окружающих своей наглостью.

- Ах ты… – Рон был готов броситься на сестру.

- Рон! Джинни, что ты говоришь? Он совсем тебя заговорил… – Римус забрал у Дамблдора газету.

- Да не заговаривал он меня! Как вы мне надоели!

Девушка повернулась и направилась к себе.

- Мы не договорили! – Крикнула вслед миссис Уизли. – Джинни! Я запрещаю тебе…

Девушка развернулась, глаза у нее горели.

- Что? Что ты мне запрещаешь? Я совершеннолетняя и сама могу решать, у кого брать интервью, чего хотеть и с кем мне спать!

Шокированная Молли замерла.

- Ты мне не сестра! Иди, ублажай Волдеморта!

- Вот и пойду! – Засмеялась ведьма. – Ты даже не представляешь, какой он! – Она картинно зажмурилась.

- Ах ты…

- Гарри, сделай что-нибудь! – Взмолилась миссис Уизли, хватая его за рукав.

- Что сделать? – Гарри с трудом вырвался и побежал за девушкой.

Она была у себя в комнате, оставив дверь нараспашку, собирала вещи.

- Ты действительно с ним?..

- Нет! – Джинни вытирала капающие слезы. На вопрос Гарри она резко выпрямилась, и из ее палочки посыпались искры.

- Я просто спросил… куда ты пойдешь?

- Не знаю. Наверное, к Фреду и Джорджу. Их интервью у Темного Лорда не приводит в состояние паники. Гарри…

Девушка подошла к нему и обняла, мальчик ответил тем же, крепко прижимая Джинни к себе. Он будет по ней скучать.

- Без тебя они меня съедят.

- Теперь ты сможешь законно общаться с Томом, – улыбнулась она сквозь слезы.

- Если не решат, что я тоже стану так себя вести, и не забракуют идею.

- Будь паинькой, Гарри Поттер. – Джинни приподнялась на носки и осторожно коснулась его губ. – До свидания, заглядывай, если совсем замаешься.

- Хорошо.

- И Тома бери.

- Серьезно?

- А почему нет? – Засмеялась она, подхватила чемодан и побежала вниз.

Крики продолжались, Молли просила дочь одуматься и остаться дома, а Рон срывал голос, провожая Джинни чуть ли ни в Пожиратели Смерти. Когда дверь за девушкой захлопнулась, Молли заплакала, повиснув на шее у Люпина. Потом досталось Рону, зачем он выгонял Джинни? Но Рон и слышать больше не хотел о сестре. Раз та отдала свою душу и тело Волдеморту, значит в ней не осталось ничего хорошего. Гарри смотрел на происходящее огромными глазами. Даже на войне у них не было таких скандалов. А ведь все началось с какой-то газетенки…

====== Глава 49. Привкус крови ======

Драко специально достал себе маггловский фонендоскоп. Он бы в жизни не признался, что немагическое население может изобрести нечто стоящее. И вот будущий целитель склонялся над девушкой и прикладывал мембрану к ее груди, выслушивая слабое дыхание и редкое сердцебиение. Да уж…

Три дня прошло, а улучшений Малфой практически не видел. И это очень его расстраивало, даже злило. Слишком высока была вера в себя, и слишком быстро девушка погибала от истощения. Черты лица у нее заострились, румянец исчез совсем, а расширенные зрачки реагировали на свет фонарика лениво и неохотно. Драко первое время пользовался капельницами с глюкозой, а потом поставил зонд в желудок, и теперь кормил Ники так. Ему показалось, что она потеряла не меньше пяти килограммов за три дня. Мда… неутешительные данные. Вернувшись с учебы на четвертый день, выслушав сердце и легкие, Малфой сел на постели в одной из спален, оборудованной под палату, и с усталостью смотрел на девушку. Комы всегда казались ему чем-то ненужным. Природа словно издевалась над людьми, заставляя их висеть между жизнью и смертью. Если бы он еще знал, в чем причина… так ведь никто не объяснял! Возьми то, не зная что, лечи так, не зная как! Потрясающе! Драко коснулся холодной руки и посчитал пульс. Пятьдесят четыре удара в минуту. А она не безнадежна.

- Я говорил, – тихо произнес Драко, – служба Темному Лорду никому хорошего не принесла.

Глупая привычка разговаривать с Ники завелась сама собой. В больнице он сдерживался, а дома нет. Это помогало держать себя в руках, не начать метаться в панике, понимая, что человек перед тобой одной ногой в могиле. Врач всегда пытается защитить свою психику: отпускает циничные шуточки, стоя у постели тяжелых больных, смеется в панике, закрывает глаза на шок. Иначе никак. И не стоит винить людей за такое поведение, слишком велика боль от осознания своей беспомощности перед болезнью.

- Ты видела Беллу, она влюблена уже лет двадцать не меньше! Но Сам-Знаешь-Кто только развлекается. А каково поручать шестнадцатилетнему мальчишке убийство? Тормоза напрочь сбиты…

Ни одна мышца не дернулась на лице девушки. Спящая красавица. Может, она очнется от поцелуя? Малфой усмехнулся пришедшей мысли и закусил губу, решая, поцеловать или нет. А что он терял? Осторожно наклонившись, молодой целитель коснулся губами высохших губ своей пациентки, нарушая целительский кодекс и все правила поведения в обществе. Ники не среагировала. Вот этим сказка и отличалась от жизни – от поцелуя девушки не выходили из комы. А, может, дело в том, что Драко ее не любил. Ага, заняться ему нечем, только влюбляться в бэушных хозяйских девчонок. Темный Лорд даже не заметит, если она умрет прямо здесь и сейчас. В крайнем случае покачает головой, мол, как жаль, столько дел могла бы совершить. Но раз так произошло, придется смириться и жить дальше. Однако мириться будет не он, а ее семья. Должна же у нее быть семья. Знают ли они, где их дочь? В каком она сейчас состоянии.

Малфой проверил, капало ли питание через систему трубочек прямо в желудок девушке, и ушел. Ему необходимо было еще выучить несколько тонизирующих отваров от депрессий. Учеба шла с трудом, Малфой то и дело бросал книгу и поднимался в комнату для гостей, проверяя Ники. И чего он носится? Три дня лежала, почему должна очнуться на четвертый? Хотя… что там пишут про повышение тонуса нервной системы?.. Быстро пробежав взглядом несложный состав, Драко уже думал начать варить, а потом решил поступить хитрее. Младший Малфой кликнул Серву и попросил принести из Мунго пузырек с тонизирующим отваром. Эльфийка поклонилась и пропала. На учебе его бы за такое по головке не погладили, эксперименты поощрялись явно не на людях. С другой стороны, кто узнает? Судя по состоянию Ники, она должна была умереть еще в первый день, когда ее притащили с очередной гулянки Пожирателей Смерти и их заводилы. Серва вернулась быстро с фиолетовым пузырьком в маленьких ручках. Драко наскоро пробормотал очищающие заклятия, набрал зелье в шприц и воткнул его в вену девушки. Он пытался ей помочь, он целитель и имел на это право. А если не получится… что ж, главное – Драко старался. Удивительно, но убивать так было куда проще, чем наводить палочку и смотреть в глаза. Ты вроде как и не при чем: все сделает яд. Минуты вязли в сгустившемся воздухе. Малфой кусал губы, без отрыва смотря в лицо Ники. Его сердцебиения хватило бы на них обоих.