Драко закрыл лицо руками. Друг казался ему полным идиотом.

- Тебя ведь по стенке размажут! Я не знаю, как наказывают тех, кто позволил себе подобные вольности, но уверен, им приходилось несладко. Невеста Сам-Знаешь-Кого!

- Он знает. – Усмехнулся Гарри.

- И ты все еще жив?!

- Как видишь. Драко, она не должна быть его женой. Той ночью мы очень сильно ошиблись, но потом, когда я пришел в себя, то понял: мне она очень нравится, возможно, я даже влюбился в нее. Я хочу, чтобы у нас все было по-настоящему. И плевали мы на Риддла! Хел была согласна, а потом я ушел в свои проблемы, и она надулась. Теперь делает вид, что в Лорде души не чает.

- Может, так и есть?

- Заткнись! Нет. Просто скажи, что мне делать?

- Завещание писать. Никого еще не спасало желание увести у Хозяина девушку. Он этого не оценит, жуткий собственник.

- Она ему не нужна.

- Это другой вопрос, – логично заметил Драко, – однако она пока в Отборе. И я не советую тебе даже близко к ней подходить, пока она в радиусе загребущих лап нашего Дражайшего.

- Мне все равно.

- У тебя, похоже, инстинкт самосохранения даже развиться не успел, – покачал головой Драко. – Что тебе сказать об аристократках?..

Рассказ Драко был полон витиеватых сравнений, разнообразных подробностей и примеров из собственной жизни. Гарри внимательно слушал. Вернувшаяся Ники замерла за спиной Драко, с интересом погружаясь в мужские тайны. Из выпендрежного монолога Малфоя Гарри вынес следующее: такие девушки любили этикет, ненавязчивые ухаживания, приемы и подарки. Да, трудное у него намечалось время. Хорошо хоть Малфой был рядом для консультации. Для начала Гарри просто решил почитать о правилах поведения и купить Хелене цветов. Главное, без шипов, если уж получать, то не острыми шипами роз. Малфой мысль оценил.

- Правильно, бери орхидеи.

- А подешевле чего нет?

- Ну и жмот же ты, Поттер…

- Ладно, орхидеи так орхидеи…

Драко самодовольно улыбался, а Гарри пытался понять, на сколько подобных знаков внимания хватит его наследства.

====== Глава 176. Наследни… ======

Беллатриса старалась забраться с ногами в кресло, при этом у нее ничего не получалось, и женщина несказанно злилась и шипела. Беременность сделала ее раздражительной, еще более чем обычно. И если на первых месяцах интересного положения мадам Лестрейндж Родольфус мог как-то сгладить шероховатости характера супруги любовными ласками, то со временем они превратились в коврик из гвоздей, причем таких, которые не сразу извлекались из раны. Белла разве что не плевалась ядом во всех и вся, жалуясь на отекшие ноги, опухшее лицо и полное отсутствия занятий в поместье. Женщина требовала крови, службы любимому Повелителю, к которому ее не пускали, а когда муж Белле отказывал, она еще более горячо ворчала, бросалась в него заклятиями (Родольфус отбивал их уже с закрытыми глазами) и обвиняла во всех своих тяготах. Мужчину радовало хотя бы то, что Темный Лорд сам не особенно стремился видеться с его женой, и это ее несколько остужало. Слизерин был занят в Министерстве, проводил время с невестами. Его совершенно не интересовала верная и преданная соратница, разве что в дежурном порядке. По крайней мере, он благодушно слушал новости о поведении Беллатрисы. Лорд воспринимал декрет Беллы каникулами для себя. Должна же она когда-нибудь утихомириться. Почему бы не сейчас, когда у нее на руках будет маленький ребенок. Младенцу нужны любовь и забота. Ага, из молока Беллатрисы он почерпнет скорее неперегараемую любовь к Хозяину и жадность до крови. Может, Родольфус поправит положение. Признаться, Лорд Лестрейндж периодами представлял, какой у него будет сын. Он с радостью отдаст его на службу к Темному Лорду, обучит магии и стрельбе из лука. Родольфус обожал охотиться, не только на магглов, больше на уток и оленей. Недалеко от поместья был подходящий лес. Там гуляли Джессика и Мэтт. На каникулах их можно было застать там чаще, чем дома. Лестрейнджу хотелось увидеть в сыне себя, сделать из него наследника, первоклассного мага. Он даже мысленно подыскивал ему невесту, и эти задумки заставляли его улыбаться. Однажды он очнулся над бумагами в своем кабинете: мужчина выключился из жизни минут на двадцать. Да, чем ближе заветное событие, тем больше его волнение. Срок подходил, и Родольфус переживал куда больше Беллы. Просто он, в отличие от жены, ощущал все внутри, а не выливал на окружающих грозой с кучей молний. Домой идти ужасно не хотелось, там Белла опять будет жаловаться на огромный живот и свое ужасное настроение. К тому же жена пристрастилась к арахисовой пасте, которую ела с джемом и тостами. Теперь запах орехов стойко витал по всему поместью. Но больше, чем Родольфусу, доставалось Джессике. Так как заниматься Беллатрисе в поместье было нечем (хозяйка из нее была не самая организованная, она бы телятину от баранины не отличила), женщина взялась за воспитание пока еще единственного отделенного от него ребенка – дочери Джессики. Джесс как раз вернулась на каникулы из Хогвартса. Оставался еще год в школе, затем поступление в Супербию. По крайней мере, девушка хотела именно туда. Ей нравилось магическое законодательство, и девушка планировала стать юристом. А для себя осваивала основы зелий и темной магии. Куда же без этого Пожирателю Смерти? Лорд в глазах Джесс заметно вырос, правда, почти сразу же потерял несколько уровней, когда выгнал Мелиссу. Они с рыжей ведьмой общались довольно часто. А потом Мел уехала в Копенгаген с Йенсом, оставив Джессику в полнейшем замешательстве. Позже Джесс оказалась единственной, кому Мелисса открыла свои истинные переживания относительно Миккельдсона.

- Я не чувствую с ним удовлетворения… удовольствие есть, а спокойствия потом нет. Словно ем вегетарианскую еду. У тебя такое было?

- У меня был только Мэтт, и другого мне не надо, – улыбнулась черноволосая ведьма, поблескивая глазами. – Может, тогда не стоит продолжать? Влипнешь, не разберешься…

- Ты права. – Кивнула Мел. – Но я привыкну.

- Что?!

- Привыкну. Он такой замечательный, мне с ним комфортно, значит, со временем и в постели все наладится, – убежденно сказала Мел.

Джесс тогда только пожала плечами и подумала, что у Мелиссы все наладится, когда она вновь окажется под Лордом. Ее же личная жизнь была как всегда нежной и страстной одновременно. Родители и Хозяин угадали: с Кэрроу Джессика чувствовала себя легко и непринужденно. Они словно были рождены друг для друга. На каникулах пара почти все время собиралась проводить вместе, может, даже уехать куда-нибудь отдохнуть… Планам не суждено было сбыться. Белла не давала дочери и ее жениху ни минуты свободного времени, читала нотации и требовала соблюдения установленных правил.

- Каких правил, мама?! Мне шестнадцать!

- Тебе всего шестнадцать. – Упрямо отвечала Беллатриса.

Джесс не верила своим анализаторам. Как? Что с ней сделала беременность. Их встречи с Мэттом переместились в лес. До чего приятно было лежать на мягкой траве и греться на солнышке у журчащего ручья. Девушка была уверена: сюда мать точно не пойдет, у нее слишком болели ноги и слишком тяжелый живот.

- Совершенно поехала. Если я буду так себя вести, найми мне психиатра.

- Может, начнем с психотерапевта? – Улыбнулся Мэтт. – Моя мать тоже не понимает, чего она беспокоится.

- Опоздала года на два-три нотации читать, видимо, нагнать решила. Главное, чтобы нового ребенка так не обхаживала…

- Кстати, мой папа собирался позвонить твоему и обсудить помолвку.

Джессика поднялась на локтях, солнце путалось в ее кудрях, между бровями появилась морщинка. Тема свадьбы даже с любимым человеком ее пугала.

- Не рано? – Мэтт глянул ей в лицо. – Я думала, может, сначала поучиться…

- Кольцо на пальце не будет тебе мешать.

- А если… ну, если я тоже уйду в декрет?

Джесс знала: ей вообще не обязательно учиться дальше. Ее задачей будет сидеть дома, следить за хозяйством, носить и воспитывать детей. Однако она не была к этому готова, хотя бы морально. Девушка боялась. Того, что не справится, что семейная жизнь окажется чем-то другим, а не тем, что у них сейчас с Мэттом было. Ее все устраивало и ничего не хотелось менять.