— Кто? — Северус не поверил своим ушам.

— Ну… он сам велел его так называть!

— И давно вы общаетесь с мистером Риддлом?

— Ну… с позавчера.

— Да, вы многое успели, совершенно случайно, как я понимаю. Вас, наверное, очень ждут дома.

Гермиона замотала головой, проглотила и отрапортовала, что родители уехали в отпуск. Во Францию. И она не уверена, на котором из трех любимых курортов они находятся. Снейп задумался, как бы обратить энергию мисс на мирные цели, и собрался сделать еще одно внушение, но раздумал: уже сегодня все изменится.

А еще он задумался о том, что почти наслаждается завтраком, приготовленным Поттером «для своих друзей», как заявил мальчишка, и покраснел, мазнув по нему взглядом. Но поправляться не стал. То есть в том числе для него. В этой жизни все уже настолько наперекосяк…

Но накосячить с ритуалом нельзя. Ни сам себе не простит, ни… много кто еще.

— Северус, рада видеть, мальчики, Гермиона! — Флер Делакур впорхнула в малую столовую, что рядом с кухней, когда завтрак еще не закончился, и Снейп, да и оба Крауча, что явились чуть позже, доложив, что помещение выбрано, и уселись за общий стол, едва не поперхнулись, когда та чмокнула не успевшего увернуться Снейпа в щеку и в губы.

А красавица-вейла как ни в чем не бывало раскладывала гостинцы — и отнюдь не морепродукты — со словами «вам надо подкрепиться, на ритуал потребуется очень-очень много сил».

Выяснилось все просто: вейлы тоже прекрасно умеют считать. А про ритуал и планы сам просветил. Ну… в принципе, довольно сильная молодая волшебница лишней не будет. Может, заменить Грейнджер? Хотя проще будет поставить вместе.

— Барти, срочно перерасчитайте…

— Здравия всем присутствующим, — широко улыбнулся Виктор Крам, которого, правда, уже ждали. — Разрешите представить вам моего деда, Димитара Крама.

Пока шло представление — от старших к младшим, все как полагается, ученики во все глаза смотрели на приезжего мага.

— Это, что ли, и есть настоящий некромант? — прошептал Гарри на ухо лучшей подруге, но Виктор уже говорил ее имя, и та соскочила радостно приветствовать своего…

— Так вот, значит, какая невеста у моего внука? — от суровых и куда более ледяных, чем у Малфоя-старшего, глаз лучиками разбежались морщинки, и кряжистый старик стал напоминать настоящего доброго дедушку. Гермиона прерывисто выдохнула. Однако добрым дедушка казался недолго.

— Ладно, это мы потом обсудим-поглядим, — деловито осмотрелся Крам-самый, видимо, старший. — Что у вас готово?

И вроде бы — что такого? — просто вежливо спросил, но все дружно встали и отправились в выбранную для ритуала комнату, и даже Фреду с Джорджем не пришло в голову взять с собой еще по булочке. Да что там, даже дожевать не у всех получилось.

Вскоре прибыл и Люциус Малфой, на которого тоже была завязана часть ритуальных действий. А вот Гарри мистер старший Крам забраковал. И сразу выяснилось, что вместо планируемой сложнейшей девятиконечной звезды чертить придется две пятиконечные. Пентаграммы то есть. И в одну из них укладывать Гарри.

— Это еще зачем? — Гарри хотел возмутиться, но было страшновато, а потому вопрос прозвучал довольно робко и очень вежливо.

— А червячка твоего, — не касаясь, ткнул пальцем в его лоб старик, — на место отведем. Нечего ему у тебя прохлаждаться. Не по возрасту тебе такое таскать.

Попутно выяснилось, что никакого смертельного проклятия Гарри Поттер своим знаменитым лбом не отбивал, как и другими местами, а шрам так и вовсе от ритуала, «вовсе дурацкого». Который мог быть и случайным, да.

«Я подозревал что-то такое», — одновременно подумали Гарри, Северус и, конечно, Гермиона, но причины у каждого были свои, и о таком единодушии они так и не узнали.

Потому что завертелось все необыкновенно быстро — надо было успеть все переделать до «ноль ноль пятнадцати».

«Это я наивно думал, что загружен работой? — ядовито вопрошал сам себя Северус, следя одновременно за десятью котлами, девять из которых стояли под специальными заклинаниями ускорения — гость поделился. — Полезное заклинание, слов нет. Но как же хорошо, что стандартные Укрепляющее и Восстанавливающее уже сварены!»

Рядом старательно сопели все остальные, кто перетирая, кто нарезая, а кто и давя ингредиенты, частично привезенные из солнечной Болгарии, даже Краучу-старшему дело нашлось — отмерять и взвешивать. Улизнул только Малфой — мол, «супругу уговорить будет непросто». Димитар Крам с младшим Краучем готовили «ритуальный зал» в бывшей оранжерее. Сбоку от дома — если что на воздух взлетит, хотя бы дом уцелеет. По крайней мере, Крам-старший что-то такое пробормотал, а к его бормотанию прислушивались все. Всеми фибрами. Снейп даже не завидовал — не до того было. Но запомнил.

Так что старались все и за страх, и за совесть — жить хотелось, ну а Малфоям, так еще и не явившимся, никто ничего рассказывать не собирался. Зачем пугать?

И вот после полуночи собрались все. В одной пентаграмме лежал Гарри Поттер. В другой — «лордо-гомункуловая смесь», как окрестил это некромант, и Волдеморт даже вякнуть ничего не успел, как тоже оказался в центре. А там хоть заорись — ничего не слышно, оказывается.

Стоя на своем луче звезды, Северус нервно оглядывался на полузнакомые письмена — приезжий маг изменил немало, но Барти-младший вроде был воодушевлен и знал, что к чему — хотя бы в знаках. Малфои, стоявшие на лучах поттеровской пентаграммы, тоже явно нервничали, не говоря уже о самом Гарри и Гермионе, которая попала в пентаграмму Лорда прямо напротив Крауча-старшего.

Она сразу хотела поменяться местами с Флер, но оказалось, что та стоит на соседнем луче.

Но вот мистер Крам-старший оглядел их, как собственные владения, и неожиданно довольно улыбнулся:

— Красота-то какая, — обвел он взглядом все еще раз, встопорщив усы, как у довольного моржа. — А и хорошо получится!

И все неожиданно для самих себя успокоились.

А вот что завертелось потом, никто толком ни понять не мог, ни вспомнить. Сперва со свистом влетело шесть черных теней, причем одна — прямиком из Поттера, который, кажется, ничего почти не почувствовал, только дернулся разок. А вокруг Лорда началась пляска теней, изгибающихся под самыми невероятными углами, отчего они стали изменяться — словно таять, светлеть, потом их окружило радужное мерцание, распавшееся на блики, то складывающиеся в странные письмена, то в понятные и кое-кому известные символы жизни и смерти, то танцующие так, что голова шла кругом и мысли разбегались совершенно — даже у ментально дисциплинированного Снейпа, который в конце концов окончательно потерял счет времени, а потом и совсем дезориентировался. Где верх? Где низ? Где хоть что-нибудь? К счастью, до «кто я?» все же не дошло. Но это у него.

— Где я? — осел прямо на пол Джордж, после того как обе пентаграммы вспыхнули, ослепляя, и исчезли.

— Ты кто? — спросил его Фред, беспомощно моргая и протянул к брату руку. — А-а-а…

— Мы где? — едва не крикнули Гермиона и Флер, оказавшись почему-то в объятиях друг дружки.

— Мамочки!

— Всем отдыхать, — заявил мистер Крам-старший. — Виктор, Успокоительное и Восстанавливающее.

Протестов, к счастью, не последовало, необходимые зелья стояли тут же, но транспортировать всех пришлось самому некроманту с помощью внука, точнее наоборот, работал в основном Виктор — все же он был достаточно закален, видимо, домашней практикой. Но первой отнес, естественно, Гермиону… А уже потом — Гарри, с ровным, разгладившимся лбом, но в остальном точно такого, каким тот был до ритуала.

Что получилось во второй пентаграмме, никто не увидел, кроме Крамов — на ногах удержался Снейп и, как ни удивительно, Нарцисса Малфой, но у них все плыло перед глазами так, что идти без посторонней помощи едва получалось.

А что за тело и в каком состоянии его отнес из второй пентаграммы Димитар Крам, никто не заметил, даже его внук — был очень, очень занят. Он просто верил деду — все прошло как надо. Ну и правильно делал, дед не подвел. Никого. Даже магическую Британию…