Хлоя кладет руку на грудь, обхватывая пальцами шею. Женщина приподнимается на носочках и целует Люцифера в щеку.

− Прощай, Люцифер, − слышит Хлоя ее последние слова.

И ее муж отвечает:

− Прощай, Изабель.

***

Хлоя оборачивается, облокачиваясь на раковину, когда он заходит в дом.

Она приветствует его улыбкой, обвивая по-прежнему мыльными руками за шею. Он наклоняется и принимается покрывать поцелуями ее лицо, начиная со щеки, вдоль по скуле и, наконец, накрывает ее губы своими.

− Люблю тебя, − бормочет он, и она хмыкает.

− Тоже тебя люблю.

− Вряд ли я когда-нибудь перестану это повторять.

− Пожалуйста, не переставай.

Он обхватывает ее за талию и поднимает с такой легкостью, словно она не тяжелее пушинки. Хлоя издает удивленный возглас. Развернувшись, он усаживает ее на стол рядом с недоеденной выпечкой и пустыми кофейными чашками.

Его ловкие пальцы тут же принимаются поигрывать с поясом ее халата, а губы ни на миг не отрываются от шеи. Она вздыхает, запрокидывая голову, и он начинает прокладывать дорожку из горячих влажных поцелуев вниз по ее телу. Между ее бедер вспыхивает жар, и ее охватывает нервное предвкушение. С момента их воссоединения они, по правде говоря, занимались сексом до нелепого часто. Они занимались им по утрам, днем и ночью. Они занимались им во всех комнатах дома и во всех позах, пока даже он совершенно не вымотался. Они просто не могут насытиться друг другом.

Но когда она запускает пальцы ему в волосы и свет отражается от ее кольца, Хлоя вспоминает кое-что.

Вернее, кое-кого.

− Рори, − выдыхает она. Не хотелось бы, чтобы она их застала. Хлоя совсем не желает наносить дочери травму, тем более что они только что воссоединились.

Люцифер отступает назад, по-прежнему стоя между ее раздвинутых бедер, и на миг замирает.

− Тогда наверху? − спрашивает он, выгнув бровь.

Хлоя берет его за руку и ведет за собой.

***

Три года спустя в другом мире другую Хлою Деккер отвлекает от книги звук прибывшего лифта в пентхаусе Люцифера Морнингстара.

Недоумевающе нахмурившись, она откладывает книгу на подлокотник дивана.

Она удивленно распахивает глаза, когда дверцы лифта распахиваются, потому что из кабины выходит… не Люцифер, а люди, которых она не видела уже несколько лет.

Ее губы сами собой растягиваются в столь широкой улыбке, что щеки начинают болеть.

− Рори, − радостно приветствует она, вставая и обнимая «дочь». Рори обнимает ее в ответ, и затем Хлоя пожимает руку сопровождающему ее Чарли.

− Что вы тут делаете? – спрашивает она, когда с приветствиями оказывается покончено, внимательно осматривая девушку. Она на несколько лет старше, разумеется, теперь уже почти достигнув двадцати лет. На ней желтая кожаная куртка, но в волосах больше нет розовых прядей. Она выглядит старше, расслабленнее, счастливее.

− Мне стало любопытно, − пожимает плечами Рори, улыбаясь. – Чарли теперь отлично контролирует свои силы… так что мы решили вас проведать.

Хлоя и так знает ответ, однако же все равно уточняет:

− А ваши родители знают, что вы тут?

Рори переводит взгляд на Чарли; у них обоих на лицах появляется одинаковое виноватое выражение.

− Не совсем, − протягивает Рори. – Это совершенно безопасно, но они все равно бы волновались.

− И правильно, − журит Хлоя, потому что отлично понимает беспокойство родителя за своего ребенка. – Но чисто с эгоистичной точки зрения я рада вас видеть.

Она снова обнимает Рори, вбирая произошедшие в ней изменения.

− Если ты могла навещать нас, почему сделала это только сейчас?

На этот раз отвечает Чарли.

− Мои силы давно уже под контролем, но мы хотели знать наверняка.

− При том я подозреваю, что вы с папой – извини, твоим Люцифером – долго ходили вокруг да около, − добавляет Рори, − и мне очень хотелось пропустить этот этап.

Хлоя прыскает и подходит к бару, чтобы налить им выпить. Она закатывает глаза, когда Рори просит виски, а Чарли – водку. Вместо заказанного она передает им две бутылки с колой, слегка удивившись тому, что она вообще у Люцифера есть.

Прежде чем она успевает сказать еще хоть слово, до них доносится тоненький голосок:

− Мамочка.

Они синхронно поворачивают голову в сторону входа в спальню, где по ступеням спускается темноволосая и темноглазая миниверсия Люцифера.

Рори широко распахивает глаза.

Гордость разливается по груди Хлои, словно тепло, когда она приседает на корточки и поднимает мальчика. Он прижимается к ней, положив голову ей на плечо и засунув большой палец в рот.

− А это кто? – с улыбкой спрашивает Рори и, подойдя ближе, щиплет малыша за щечку.

− Это, − Хлоя выше приподнимает ребенка, − Джон.

− В честь дедушки, − бормочет Рори, не отрывая взгляда от мальчика – ее брата в другой жизни.

− А вы вовсе и не ходили вокруг да около, да?

Хлоя пожимает плечами, но не пускается в объяснения. Им вовсе не нужно знать, что Джон был зачат на пианино в «Люксе» в тот самый день, когда они ушли из их жизней, предоставив им возможность написать собственную историю.

− Я так за вас рада, − со всей искренностью говорит Рори с сияющими от переполнявших ее эмоций глазами. У нее глаза ее отца – как и у малыша у Хлои на руках. В любой вселенной, сухо размышляет она, ангельские гены, похоже, побеждают человеческие.

Лифт оповещает их о прибытии кого-то еще, и они все разворачиваются на звук.

− Там не было твоего любимого дешевого красного вина, − бормочет Люцифер, еще даже не выйдя из лифта, − и кое-кто устроил истерику, не давая мне как следует поискать. Серьезно, должно быть, у него это от тебя.

Люцифер входит в пентхаус, одной рукой толкая перед собой дорогущую коляску, а второй удерживая их другого сына.

У Рори и Чарли челюсти отваливаются.

− О, − Люцифер выгибает бровь, оставляя коляску и пакеты с покупками в лифте, − привет. Давно не имел сомнительного удовольствия от вашего раздражающего присутствия.

− Рори с Чарли решили нас навестить, − поясняет Хлоя. – Они хотели узнать, как у нас дела.

Рори, наконец, приходит в себя от потрясения.

− У вас двое сыновей?

Хлоя подходит к Люциферу и приветствует его поцелуем. Он улыбается, как и всегда в таких случаях, и отвечает на поцелуй, после чего взъерошивает волосы малыша.

− Близнецы, − не без гордости поясняет Хлоя.

Рори с Чарли с несколько комичной синхронностью плюхаются на барные стулья.

− У вас близнецы, − их дочь из другой жизни указывает на Люцифера, − у тебя близнецы. Двое детей. Двое мальчиков.

− Поверь мне, − сухо замечает он, заходя за стойку бара, чтобы налить себе виски, по-прежнему держа одного из сыновей на руках, − никто не удивился сильнее меня. Ко времени твоего отбытия я еще привыкал к мысли об одном сорванце, а тут на меня свалилось два.

Хлоя улыбается. Он был в полнейшем потрясении, это уж точно. Она отлично помнит то УЗИ, когда они узнали о наличии двух детей, услышав не одно, а два сердцебиения. Он смертельно побледнел, но когда она взяла его за руку и пообещала, что они справятся, он тряхнул головой и пробормотал, что боится не этого.

«Что если они возненавидят друг друга? – прошептал он тогда. – Что если они будут как я?»

Он был в ужасе от перспективы того, что его сыновья могут повторить их с Майклом ошибки.

Хлое стало до боли жаль его. Она поцеловала тыльную сторону его ладони и пообещала, что этого никогда не произойдет. Они будут направлять и помогать им, делая все для того, чтобы дети росли добрыми, счастливыми и защищенными.

Пока Чарли и Рори явно по-прежнему приходят в себя от потрясения, Хлоя и сама пребывает в некотором недоумении. Джон обожает Люцифера, так что она не понимает, почему он не…

− Папочка, − внезапно восклицает малыш, ерзая у нее на руках и протягивая руки к отцу. Хлоя закатывает глаза, криво усмехаясь. «Как предсказуемо», − думает она.

Просияв и самодовольно усмехнувшись, Люцифер легко забирает его у Хлои и прижимает к себе свободной рукой.