***

     Размещённые в вентиляции «Хищника» газовые и дымовые гранаты взорвались по сигналу, заполняя помещения небесного корабля едким составом, от которого начинали слезиться и болеть глаза, возникал неудержимый кашель и нарушалась координация движений, а также белой пеленой, в которой ничего нельзя было увидеть даже при помощи видеокамер. Активированная противопожарная система, ударившая по ушам пони оглушительным звоном, заблокировала двери и стала поливать оказавшихся запертыми летунов смесью пены и воды.

     Офицеры, оказавшиеся заблокированными в капитанской рубке, как-то внезапно обнаружили, что грозная боевая машина из оружия Анклава превратилась в тюрьму для экипажа. Дополнительным же поводом для негодования стал отказ систем аварийного отключения противопожарных протоколов, за которым последовала потеря связи со всем внешним миром…

     В это же время, пользуясь организованным техниками прикрытием, по центральному коридору маршировал отряд принцессы Луны. Благодаря специальному скрывающему заклинанию, которое поддерживала Стар, снова надевшая корону принцессы Селестии, их не было видно на тактических картах, что позволяло беспрепятственно подходить к очередной переборке, чтобы при помощи телепортации отправить на ту сторону импульсную гранату, тем самым выводя из строя охранников, дожидающихся, пока с поломкой справятся ремонтники.

     Впрочем, несмотря на все предосторожности, к тому моменту, когда перед пони из стойла осталась всего одна дверь, командующий «Хищника» и его офицеры уже узнали о диверсантах. Пытаясь выиграть время для связистов, которые должны были запросить помощи у других небесных кораблей, бронированные пегасы заняли оборонительные позиции вокруг входа…

     «Они слишком привыкли вести прямое противостояние», — мысленно отметила тёмно-синяя аликорница, концентрируя магию на пяти сферах импульсных гранат, которые уже были активированы и вели отсчёт до срабатывания.

     С короткой вспышкой снаряды исчезли в очередной телепортации, чтобы появиться прямо над головами пони. Жеребцы и кобылы, которые были в этот момент на мостике, успели только поднять головы, как их окутали облака разрядов, выводящих из строя силовую броню и вооружение (к несчастью, и часть терминалов попала под удар).

     — Вперёд, — скомандовала принцесса ночи, тем самым давая техникам знать, что они могут приступить к разблокированию очередной двери.

     Первыми в рубку устремились бэтпони, тут же поспешившие обезвредить оставшихся более или менее боеспособными операторов, в отличие от командира, охраны и пилотов, силовой бронёй не скованных. Следом за ними в клубах белого дыма, скрываясь под магическим защитным полем, тускло сияющим жёлтым светом, из коридора вышли две аликорницы.

     — Спокойно, маленькие пони, — произнесла тёмно-синяя крылато-рогатая кобыла, холодным взглядом окидывая поверженных противников, так и не успевших вступить в бой, чтобы проявить как свои силу и ловкость… так и профессиональные навыки. — Не оказывайте сопротивления и никто не пострадает.

     — П-принцессы? — испуганно, но с нотками надежды и благоговения в голосе спросила жёлтая пегаска с красной гривой, уложенная на пол одним из перепончатокрылых летунов, который шустро скручивал её ноги и крылья леской. — Вы… Это правда вы?

     — Спи, — коротко приказала Луна, магическим импульсом «выключая» членов экипажа «Хищника». — Нужно взять управление кораблём под контроль. Какова обстановка?

     — Ваше высочество… — подойдя к бронированному стеклу рубки, растерянным голосом произнесла бэтпони, являющаяся помощницей смотрительницы стойла сорок пять. — Облачный покров… Вы должны это видеть.

     ***

     «Кто я? Вопрос, конечно, интересный… Можно даже сказать, что вопрос вовсе философский. Но вряд ли ты хочешь услышать от меня невнятные рассуждения на тему смысла жизни и нашего места в мире», — промелькнули в моём центральном процессоре размышления, на которые не ушло и одной секунды.

     — Вопрос некорректен, — отвечаю совершенно спокойно. — Поясни запрос, Селестия.

     — Кем ты был до загрузки в «Крестоносца»? — столь же спокойно переспросила белая аликорница, после чего уточнила: — Ты не похож на искусственный интеллект, который обрёл самосознание, да и для среднестатистического пони ведёшь себя необычно.

     — Понятно, — заставляю свою проекцию закрыть глаза, что совершенно не мешает мне видеть, но должно выглядеть, как колебания перед принятием решения. Иронично, учитывая нашу нынешнюю природу, но даже сейчас я играю на непроизвольных реакциях, характерных для полностью органических представителей понижизни, надеясь на некую инерцию мышления принцессы.

     — На настоящий момент я — Крусейдер, исполняющий обязанности смотрителя стойла двадцать девять, и основатель ЭСС. У меня имеется информация, что прежде я был владельцем некой сетевой фирмы среднего звена, который оказался неугоден крупным предпринимателям.

     — Ты разделяешь себя до загрузки в «Крестоносца», и после… Почему? — продолжила допрос моя собеседница, в то время как я почти физически ощутил, как приготовились к атаке её вычислительные ресурсы (каждая из башен ПОП, имея свой узел управления, в настоящий момент могла стать её оружием в виртуальной войне).

     «Какая чёрная неблагодарность… Одобряю полностью. Но всё же, сколь бы ты ни была сильна и какими вычислительными мощностями бы тебя ни обеспечивали, ты слишком долго была пони. Парадокс, но именно то, что я утратил многие аспекты своей человечности во многом благодаря слиянию с неполноценным ИИ, делает меня более эффективным», — все мои подпрограммы, в фоновом режиме продолжающие исполнять свои функции, приготовились к контратаке на Селестию, в случае если она проявит агрессию в мой адрес.

     — Я не могу объяснить способ, которым прежняя личность была перемещена в суперкомпьютер, однако же с уверенностью заявляю, что она не заместила ИИ, управлявший стойлом двадцать девять, а слилась с ним, в качестве основы мировоззрения получив протоколы, созданные «Стойл-Тек», — отвечаю с прежней невозмутимостью, никак не проявляя беспокойства… которого действительно не испытываю. — И должен заметить, что этот процесс произошёл весьма вовремя, так как неопытный искусственный интеллект, столкнувшись с неординарной проблемой, готовился решать её самым радикальным образом, избрав путь наименьшего сопротивления. Лишь получение опыта стратегического мышления позволило мне-Крусейдеру найти выход из сложной ситуации, при этом не причинив непоправимого вреда подотчётным представителям понижизни.