Сарина. Вот ты какая…
Ничего особенного, как я уже успела себе напридумывать, в ней не было: худая, чересчур высоковатая для девушки, плюс голову ее украшала прическа из волос мышиного цвета. Но и ничего безобразного тоже. Она выглядела так, как может выглядеть только девушка-выпускница на балу. Широкая улыбка была, определенно, очень ей к лицу. Она висела на мускулистой руке Аза и смотрела на него с озорным огоньком в глазах.
Я прекрасно понимала, что она чувствует. Понимала и то, что ненавижу ее за это.
Вспышки фотоаппаратов наконец прекратились. Аз повел ее по коридору, и их окружило огромное множество старшеклассников: одни хлопали его по спине и пожимали ему руки, другие чмокали Сарину в щечки и хвалили ее наряд.
— А платьице-то хорошее… — ткнула меня локтем в бок Терпия.
— Еще бы бюст побольше был, — сказала я с ядовитой улыбкой.
— Могу одолжить ей свой, — кокетливо предложила первая красавица школы, положив согнутую руку под обозначенную часть тела, чтобы затем весело рассмеяться: — Ну, ладно, вернемся к нашим мальчикам; пусть Аз и Сарина сами нас ищут.
Искали они недолго: все начали здороваться, обниматься, целоваться и обмениваться прочими комплиментами. Я отставила стакан и искренне попробовала быть милой.
— Прекрасно выглядишь, — сказала я, приобняв Сарину, и чувствуя, как каждая острая косточка ее плоской груди прижимается к моей. Это было не слишком приятно, но я не проронила ни слова.
— Спасибо большое, — сказала она, взяв меня за руки. — Ты тоже!
Произнесено это было без тени иронии и таким добрым голосом, что мне стало стыдно. Ну почему эта Сарина, доставшаяся моему брату, была настолько приятнее меня?
— Спасибо, что уступила мне Аза, — вдруг прошептала она, слегка наклонившись над моим ухом.
— Ты о чем? — шепнула я в ответ, чувствуя, как внутри меня все натягивается.
— Ой, ну, как бы это сказать… — захихикала Сарина. — Вы с ним не разлей вода… я не хочу, чтобы ты волновалась: я о нем позабочусь!
Я о н е м п о з а б о ч у с ь !
— Аз привык заботиться о себе сам, — фыркнула я. — Да и потом, чего мне волноваться? Я же его сестра! Пусть и сводная…
— Ой, ну, это все знают… — неловко забормотала Сарина.
Аз подоспел к ней как раз вовремя: прежде, чем ревнивая сучка, спящая в моей душе, продрала свои глаза.
— Так-так-так, — сказал он, осматривая всех нас. — Чем занимаетесь? Скоро подадут закуски!
О закусках я не скажу вам ни слова: не помню, ни чем нас кормили, ни вкусно ли это было. А все потому, что не взяла в рот даже маковой росинки. Вместо еды я массировала свои гудящие виски и изо всех сил старалась не смотреть на Аза и Сарину.
Длинный стол, за который мы сидели, был целиком предоставлен во владение всем нашим друзьям и их партнерам: Липпи сидела с парнем, которого я не знала, и который, как и она, был членом школьного комитета, а Терпия привела своего последнего на тот момент почитателя: капитана школьной регбийной команды по имени Люк. Джаред и Элли пришли вдвоем, «как друзья», а Джастина сопровождал (или все-таки сопровождала?) Том-Тэмми. Судя по тому, что на монстре было симпатичное красное платьице, а не смокинг, все-таки «сопровождала». Хотя уверенной на сто процентов я не была: не забывайте, что пол Тэмми — загадка для них самих. Но не подумайте, что я была бы менее счастлива за них с Джастином, если бы Том оказался мальчиком. Они были милейшей парой! Правда, Джастин был выше своей пассии в два раза, даже когда последняя вставала на задние лапки, но, когда они оба сидели за столом в нарядной одежде, в глаза эта разница совсем не бросалась. Ну, а я была с Алексом.
Мой провожатый вел себя непринужденно. Впрочем, как и всегда: он травил байки из жизни, и все за столом время от времени покатывались со смеху. Наверное, он чувствовал нависшее надо мной напряжение, и делал все возможное, чтобы оно не овладело всеми. Ко мне он был очень внимателен и следил, чтобы я тоже была вовлечена в общую беседу.
Но от его внимания напряжение медленно превращалось в чувство вины.
Очередная скучная речь члена педсовета подошла к концу. Терпия, видимо, решив, что за столом становится скучновато, решила развлечь нас.
— Эй, ребят, смотрите, чего покажу, — воскликнула она, схватив Люка за руку и положив ее на стол.
— Началось… — протянул Люк, — Терп, может, не надо?..
— Люк, ну не капризничай, — сладким голосом ответила ему Терпия. — Я сегодня не пила, и рука у меня твердая…
После этого она схватила свой нож и игриво облизнула его шею:
— Потерпи немного, котенок. Не дернись, как в прошлый раз…
Острие ножа запрыгало между пальцами, довольно глубоко вонзаясь в стол. Все ахнули. С каждой секундой Терпия ускоряла темп. Все замерли и с открытыми ртами уставились на стол. Люк постепенно бледнел и в итоге сорвался, когда нож воткнулся в промежуток между его указательным и средним пальцами:
— Терп, аккуратнее! Я не смогу хватать мяч!
— Да потерпи же ты наконец!.. — только и бросила дочь циркового артиста своему «котенку», ни на йоту не сбавляя скорость.
Лезвие превратилось в мутную дымку. Все были так ошарашены, что просто смотрели на происходящее широко распахнутыми глазами и боялись лишний раз моргнуть. А нож в руках Терпии все подпрыгивал и подпрыгивал, вонзался и вонзался, искусно минуя широко растопыренные пальцы уже давно готового хлопнуться в обморок регбиста.
— Ладно, мы поняли, — неожиданно сказал Аз, хватая будущую легенду трюков с ножами за руку. — Пожалей Люка. На сегодня хватит.
— На самом интересном месте! Я даже во вкус войти не успела… — обиженно протянула она.
Невольный ассистент Терпии тут же убрал трясущуюся руку и схватился ей за сердце. Рот Том-Тэмми лежал у нее на тарелке — про свойства тел этих монстров, я думаю, напоминать не нужно. Это был идеальный момент для Алекса — обстановку нужно было разрядить:
— Том, — неожиданно обратился он к провоажатой Джастина. — Всегда хотел спросить: Тэмми умеют танцевать?
Глаза Тэмми загорелись, когда она поняла, что все взгляды теперь прикованы к ней. Ее рот тут же встал на положенное место, и она радостно сообщила:
— ДаДа!1 Тэм ЛюБт ТАНТсЫ1! ОЙ! — вдруг закрыла она рот лапкой. — Тэм говорит ПО-ТЭММИЙСКИ, потому что ПЕРЕЕЛА шоколада!..
Все так и покатились со смеху. Все, кроме меня. Увидев, как вытянулось мое лицо, Аз помрачнел, но сказать ничего не успел: со сцены грянула музыка.
Сарина взяла Аза за руку, и они поднялись со своих мест. Я увидела, с каким выражением лица он посмотрел но меня, но Алекс уже отодвигал свой стул, чтобы пригласить меня на танцпол-Ядро.
— Отожжем? — спросил он.
Я кивнула и подала ему руку.
Танцплощадка озарилась лазерным светом. Музыка очень заводила, да и Алекс оказался прекрасным танцором. Становилось все жарче. Играть в солдатскую вдову я больше и не думала, а поэтому, когда из колонок хлынули звуки песен Меттатона, я решила продемонстрировать самые свои лучшие движения. Одобрительные возгласы завели меня окончательно, и я начала отрываться по полной. Жизнь наконец-то повернулась ко мне светлой полосой, и я была рада стать ее частью.
Но музыка вдруг смолкла — так же внезапно, как и началась.
— Настало время представить вам короля и королеву бала! — произнес спутник Липпи в микрофон. Тот «дал петуха», и ему пришлось стремительно отвести его в сторону, морщась от нестерпимого звона, похожего на дельфиний писк. В толпе раздалось болезненное ойканье. Положение пришлось спасать самой Липпи. Она взяла микрофон из рук своего приятеля, и под барабанную дробь принялась говорить:
— Мы долго подсчитывали ваши голоса, и выбрали двух счастливчиков! Двое наших одноклассников неплохо обогнали своих конкурентов! Встречайте нашего короля! А именно… Азриэля Дримурра!
Всеобщий рев и аплодисменты. Аза вытолкнули на центр танцпола, и он стоял там, огромный и смущенный.
Естественно, мой брат стал королем. А вы как думали? Он был хорош буквально во всем, и все его любили.
