- Не приписывай другим собственные идиотские опасения, Каланча, - привычно парировал гном. - Ведь всем известно, какой ты несусветный обжора. К тому же эгоист!
- Да, я люблю немножко покушать, - признал великан, - но в сравнении с тобой, мой низкорослый друг, это не грех. Вот ты ешь, так ешь!
- Ха! Вы слышали? Во прикол! «Люблю немножко покушать»! Джонни, не строй из себя скромного, воспитанного пай-мальчика. Кому лапшу вешать вознамерился? Тем, кто знает тебя, будто облупленного? У, проглотище!
- Ну надо же! Ходячий ненасытный желудок имеет наглость критиковать. Впрочем, чему удивляться? Наглость - второе счастье, а у тебя ее немерено.
- Мальчики, да прекратите вы, наконец, - попросила обоих словесных дуэлянтов Фанни, - лучше давайте все сообща придумаем маленькой кошечке имя.
- А зачем оно ей в Лесу? - осторожно поинтересовался Рыжик. - Че, блин, с него за польза, не пойму?
- В лесу оно, возможно, и впрямь ни к чему, - мягко согласилась сестренка, - но дело в том, что я беру малышку с собой. А в таком случае сам подумай, необходимо имя или нет.
- А-а-а, - с кислым видом протянул гном, - вот, значит, как Гм-м-м, тогда, конечно, надо пошевелить мозгами.
- Ночь, - немного подумав, первым внес предложение Карл.
- Не подходит, - сразу забраковала Фанни, - слишком претенциозно на мой взгляд.
- Ребятушки дорогие, чего тут голову-то ломать? - крайне удивился Джон. - Предлагаю назвать Муркой, и проблема решена.
- Действительно, че здеся, блин, зазря мудрить? Кликуха для киски в самый раз. В натуре! - «пошевелив мозгами», поддакнул Рыжик.
- Мальчики! - Фанни окинула нас взглядом, полным сожаления.- Неужто у вас нет ни грамма фантазии?
- Есть, - даже обиделся гном, - че-че, а энтого добра навалом.
- Гм, что-то пока не видно, - качая головой, усомнилась Фанни. - Хотя ... По правде говоря, мне и самой в голову ничего путного не лезет.
В разрешении столь животрепещуще важного вопроса не участвовал один лишь Сен. Усевшись в сторонке, он с жадностью фанатика углубился в изучение подаренной книги.
- Пусть будет Ласка, - несмело предложил я, некоторое время понаблюдав за трогательным изъявлением кошачьей приязни. Подкрепившийся звереныш нежно терся о женские руки, порой облизывая их розовым шершавым язычком и непрестанно при этом мурлыча.
- А что? Пожалуй, в самый раз, - совершенно неожиданно одобрила Фанни. - Ласка ... Красиво и по сути. Молодец, Алекс!
- По-одумаешь, - ревниво протянул Рыжик, - еще чуток, и я мог придумать имечко даже лучше.
- Сомневаюсь, - не поверил Джон, - твои способности, увы, в иной плоскости. Ну, например: измыслить гнусное прозвище, изобрести новое цветистое выражение либо же просто наплести небылиц с три короба. Тут ты мастер, спору нет.
- Увянь, Каланча, - вмиг разъярился Рыжик, запуская в ухмыляющегося великана крупной шишкой. - Сам-то хорош! Ума только на Мурку и хватило. Деревенщина примитивная!
- Ха! Ты и ДО этого не додумался, - дал отповедь Джон, уклоняясь от второй шишки, нацеленной в лоб, - так что лучше молчи в тряпочку.
- Да будет вам, друзья, - примирительно сказал я, - нашли из-за чего ссориться. Угомонитесь.
- А кто ссорится? - пожав широкими плечами, изумился Джон. - Мы просто беседуем. Всего лишь.
- Угу, - угрюмо набычившись, согласился гном, - вернее, дискутируем о наличии серого вещества в башке. То есть интеллекта.
- Ого, какие мы ученые словечки знаем, - хохотнул Джон, - надо же.
- Милостивые господа, дело к вечеру, - напомнил остальной компании Карл, кинув взгляд на светило, устало опускающееся на запад. - И если мы не собираемся здесь оставаться на ночлег, самое времечко трогать дальше.
- До темноты еще можно ехать и ехать, а там авось отыщем какую-нибудь укромную полянку, - охотно поддержал я его.
- Гораздо прельстительней вообще выбраться отсюда до наступления ночи, - вслух помечтала Фанни, на секунду оторвавшись от своей кошечки.
- Почему бы и нет, сестренка? - не стал разочаровывать ее Джон.- Ведь кто знает, возможно, проклятые чащобы вот-вот кончатся, а нам осталось сделать последний небольшой рывок?
- Как же, Джонни, держи карман шире, - Рыжик иронически хмыкнул. - Че-то не припомню, чтоб нам легко давались каверзные препятствия. М-да ... не рассчитывай и тут на лафу, ибо пока этот самый лес не прогонит компанию через все круги Ада, то вряд ли успокоится.
- Фин-Дари Огненный - отпетый пессимист, - изрек Джон тоном судьи, объявляющего смертный приговор.
- А ты оптимист безмозглый, то есть по-простому - круглый кретин, - немедленно поставил свой диагноз Рыжик, - все хи-хи да ха-ха. Эх, Джонни, бедняга, тебе б лечиться, да поздно теперь поди. Запущена болезнь ... К тому же буйный ты, блин, запросто покусать можешь. Где доктора-то такого храброго отыскать? Гм, а и найдешь, готовь мешок золотишка. Меньше тот вряд ли запросит. А жалко ... Хоть и на хорошее дело. Но тут, мыслю я, не все может получиться гладко. Ведь ежели тебе, Каланча, просветлить башку, то это будешь уже и не ты. Придется опасаться неожиданных фортелей. А так ты хоть тупенький, зато, блин, предсказуемый.
- Философ хренов, заткнись, - поднимаясь и потягиваясь, посоветовал Джон. - Впрочем, должен кое-что признать: с нас за глаза хватит одного остренького да непредсказуемого.
- Господин Сен, - я отвлек монаха от перевода легким прикосновением к плечу, - пора закругляться. Скоро выступаем.
