- Будь по-твоему, дуралей, - не скрывая досады, поддался я, - только прекрати выпендриваться. Или вспомнились сладкие времена младенчества? Поворачивай Уголька, поехали.
Погоняя коней, мы довольно быстро добрались к холмам. Место расположения лагеря выдавала тонкая струйка светлого дыма, растворяющаяся в прозрачном воздухе подступающего вечера. Рыжик настороженно принюхался, затем, одобрительно причмокнув, сообщил с видом заговорщика:
- Рыбу жарят, барбосы. Не иначе Джон, умаявшись от безделья, наловил. Хе-хе, они там сейчас, небось, руки потирают, рассчитывая все слопать и за себя, и за опоздавших. А мы тут как тут. Здра-асте!
- Фин-Дари, негодник, что ты несешь, - возмутился я. - Когда подобное было в нашей компании?
- Шуток не понимаешь? - небрежно отмахнулся гном. - Чевой-то с юмором у тебя, братишка, туго стало. Э! Да ты ж влюбленный, я и забыл.
Друзья сидели у костра, увлеченно занимаясь нанизанной на прутики свежей рыбой. На расстеленном куске кожи уже лежала солидная гора жареных карпов, окуней, сазанов и даже один приличных размеров сом.
- Ужин до отвала за хорошую весть, - вместо приветствия потребовал облизывающийся, словно кот, Рыжик.
- Неужели действительно нашли мост? - удивился поднявшийся навстречу Джон. - Вот молодцы!
- Ох, и догадлив ты, каланча, - огибая сбоку великана, высказал сомнительный комплимент гном и рысью затрусил к источающей сладкий аромат рыбе. - Ну, конечно же, нашли.
Несмотря на проворство в таких делах, цапнуть он ничего не успел. Фанни, ловкая будто кошка, в самый последний момент стукнула его по рукам.
- Куда лезешь? - грозно гаркнула она, сдвинув брови. - Или считаешь себя лучше других? Терпение, мой рыжий друг, терпение. Вот приготовим все до конца, тогда и воздадим должное ужину.
Гном не посмел возразить своей кумирше, зато рожу скорчил такую несчастную, что сестренка, разжалобившись, дала ему заморить червячка. Уже за едой Карл с разочарованием поведал об их бесплодных поисках. Фанни, внимательно слушавшая его вместе со всеми, согласно кивала, вставляя редкие, но по сути дополнения. Из всего сказанного выходило, что делать в той стороне действительно нечего. Берег там постепенно заболачивался, зарастал камышом, в котором таились крокодилы и большие, похожие на крабов пауки. На острове в часе езды от лагеря они заметили развалины древнего замка. И нигде никакого намека на мост.
Ввиду того, что рот у Рыжика был постоянно набит рыбой, отчитываться пришлось мне. Стараясь быть предельно кратким, я успешно справился с этой задачей.
Покончив с ужином, мы, не засиживаясь, отправились на боковую. Ночь прошла без каких-либо происшествий, и наевшаяся рыбы компания неплохо отдохнула. Сборы в дальнейший путь начались в серой мгле предрассветных сумерек, а рождение злато-алой зари мы наблюдали, уже сидя в седлах. Спустя пару часов знакомой дороги впереди показался мост. Сейчас, в лучах восходящего солнца, он предстал еще более величественным. Предки действительно умели строить.
Преодолев возвышенность, мы въехали на сам мост, глухо отозвавшийся на стук подкованных копыт. С обеих сторон тянулось полуметровое ограждение из небольших тесаных блоков, покрытых сверху гладко отполированными плитами розового гранита. Что ж, похвальная забота о безопасности двигающихся по мосту. На всякий случай, спешившись, мы, не торопясь, достигли середины. И тут нам преградила дорогу закутанная в черный балахон фигура, тенью отделившаяся от кирпичной будочки смотрителя, некогда взимавшего плату за проезд.
- Это еще что за пугало огородное? - гневно заорал гном, хватаясь за секиру. - А ну, прочь к чертям собачьим!
«Пугало» откинуло назад тяжелый капюшон, открывший на всеобщее обозрение глумливо скалящийся череп. Затем оно отстегнуло костяшками пальцев прикрепленную к спине косу, изготовило ее, словно для работы в поле, а после громко, со зловещими нотками, потребовало:
- Пропуск!
Перед нами стояла сама Смерть:
- Ей, ей, ей - застенал не готовый к подобному зрелищу Рыжик,- тьфу, тьфу на тебя, карга. Катись к старым дедам да бабам. К нам-то че привязалась? Нам жить пока не надоело, пить тоже. Женщины нас любят. Вот лет эдак через семьдесят приходи. А сейчас изыди, чудище! Сгинь!
- Пропуск! - еще настойчивей повторила Смерть. Теперь в темнеющих провалах глаз затлели, разгораясь, жаркие завораживающие угольки.
- Ик, ик! - «храбро» ответил гном, цокая зубами.
Смерть не сочла «ик» за правильный ответ. Широко размахнувшись косой, она шагнула вперед. Янит мгновенно отреагировал молнией, угодив чудищу в грудь. Но это не возымело совершенно никаких ожидаемых последствий. Смерть даже не отшатнулась.
- В кольцо ее! - отрывисто приказал янит. - Смелей, друзья, перед нами всего лишь магический страж.
Уже теперь, вынужденная обороняться, Смерть закрутилась волчком, вовсю размахивая косой. Рыжик, дерзко попытавшийся парировать со свистом летящий металл своей секирой, отлетел в сторону, словно пушинка. Все же это на какой-то миг приостановило ритм движения страшного существа. Чем немедленно воспользовалась Фанни, коварно рубанувшая сзади череп по его затылочной части. Удар, нанесенный с завидной силой, лишь слегка ошеломил Смерть. Джон поступил иначе: со всего маху опустив свою увесистую булаву на жуткое оружие нашей противницы. Вследствие чего коса вылетела из цепко держащих ее рук-костей и, высекая искры, зазвенела, соприкасаясь с каменными плитами моста. Страшное существо остолбенело от неожиданности. На него тут же обрушился целый шквал сверкающей стали. Янит тем временем позаботился о косе, к которой упорно старалась доползти издыхающая Смерть. Он схватил оружие, широко размахнулся и швырнул в воды неспешно текущей реки. Булькнув напоследок, оно исчезло без следа. А Смерть, невзирая на наш натиск и оставляя позади осколки раздробленных костей, повернула в направлении потерянной косы.
- Все, довольно, - решил янит, жестом останавливая нас, - ей и так конец.
