Сиерра безвольно поставила размашистую подпись там, где это было необходимо, а затем подняла стеклянный взгляд на мужчину.

— Когда будут похороны?

— О! — спохватился нотариус. — Церемония прощания будет проходить завтра, я сейчас запишу данные…

Пока тот суетился, Сиерра подняла вопросительный взгляд на своего декана. Та, тяжело вздохнув, одобрительно кивнула, позволяя отсутствовать на занятиях. Девушка на ватных ногах добрела до еще пустого Большого зала. Колокол должен был прозвенеть еще через несколько минут, после чего ученики сползутся на обед. Вопреки всему рядом кто-то сел. Сиерра подняла голову и увидела Эвана: юноша без стеснения уселся на скамью за гриффиндорским столом.

— Вальбурга умерла.

— Да. — Девушка кивнула. — Как ты узнал?

— Видел Кликберна. К тому же, пару недель назад мать писала мне, что та стала совсем плоха, а тут еще и ее нотариус в школе, вот я сразу и смекнул.

— А почему ты не на занятии?

Розье усмехнулся.

— Макгонагалл-то была с тобой. Я написал конспект и свалил.

Сиерра смешливо фыркнула, но глаза ее оставались печальными.

— Ты расстроена?

— Мы почти не были знакомы. — Блэк пожала плечами.

— Однако ты носишь фамильный перстень, и все сбережения и недвижимость, я полагаю, достались тебе. Это означает, что Вальбурга любила тебя, насколько позволял ее извращенный разум. К тому же, все знали, что Сириус был ее любимчиком, а ты его единственная дочь — все, что от него осталось.

Сиерра прерывисто вздохнула.

— А про наследство ты откуда знаешь?

— Блэк, поверь мне, ваши дальние родственники уже год делят ее имущество, моя мать тоже рассчитывала отхватить кусок, но Вальбурга четко дала понять, что отдаст все только кровному родственнику. Раз это не Сириус, то остаешься только ты.

— Мерзкие в вашем обществе порядки. — Девушка поморщилась. — Делить чужие деньги еще живого человека — это отвратительно.

— А что ты хотела от змеиного клубка аристократии? — снисходительно улыбнулся юноша, а затем заметил первых учеников, спешащих на обед. — Увидимся, Блэк.

Он ей подмигнул и, как ни в чем не бывало прогулочным шагом побрел к столу своего факультета, а Сиерра еще весь остаток дня объяснялась перед друзьями и слушала о том, как же ей повезло получить из воздуха такое шикарное наследство.

— Ведь Блэки всегда были богаты! — не унимался Фред. — Рассказывай, куда потратишь бабулины деньжата?

— А тебе какое дело до чужих денег? — возмутилась Кира. — Свои заработай!

— А вот и заработаю, — авторитетно заявил тот.

— Я как раз не знала, откуда взять деньги на обучение в академии колдомедицины, так что теперь стало на одну проблему меньше, — ответила она.

— А тебе обязательно тащиться на похороны? Ей же всю жизнь было плевать на тебя. — Джордж изогнул бровь, но, поймав раздраженный взгляд подруги, поднял руки вверх.

— Это не означает, что я тоже должна себя вести, как свинья. И давайте закроем эту тему?

На следующее утро, облачившись в черное платье, как того требовали традиции, Сиерра с помощью каминной сети через кабинет Альбуса Дамблдора переместилась в место близ кладбища. На улице было прохладно, хоть март и настойчиво взял бразды правления. Порывистый колючий ветер неприятно задувал за шиворот и путал длинные волосы между собой. Сиерра обняла себя обеими руками и, опустив голову, прибавила шаг. На кладбище было тихо, лишь вороны скрипуче переругивались между собой и провожали одинокую черную фигурку любопытными взглядами. Деревьев здесь было мало, в основном — пустошь с каменными надгробиями. Подойдя к нужному месту, девушка остановилась, разглядывая старинный склеп, вход в который сторожили каменные горгульи, обнажив свои острые зубы. Казалось, что ночью эти статуи расправляют крылья и своим раскатистым криком разносят по округе страх. Это и был родовой склеп рода Блэк. Людей внутри было немного: в основном это знакомые из немногочисленного узкого круга аристократов — представители всех священных фамилий магической Британии. Они ненадолго замолкли, разглядывая неожиданную гостью: женщины с любопытством и пренебрежением, а мужчины с едва скрываемым интересом. Сиерра поежилась и встала в стороне от всех, тем самым ограждая себя от их общества, а, когда все закончилось, она первой покинула склеп и, кутаясь в теплый шарф, наперерез ветру побрела прочь.

А уже вечером по предварительной договоренности Сиерра пришла в библиотеку, чтобы заняться совместным проектом по трансфигурации. Эван удивился, не ожидая ее сегодня, но, впрочем, ничего не сказал и просто отодвинул стул рядом с собой. К его чести, он ничего не спрашивал об этом дне, и вскоре девушка немного расслабилась, увлекшись в пучину проекта. Эван то и дело, как будто случайно, касался своей рукой ее руки и, казалось, придвигался все ближе. Сиерра каждой клеточкой кожи даже сквозь одежду чувствовала жар его тела рядом, и почему-то это не пугало. Пугало именно отсутствие желания одернуть руку или отсесть на расстояние вытянутой руки. Ей нравилось, когда его чуть сладковатый парфюм нежно обволакивал обоняние, а негромкий бархат голоса раздавался совсем рядом с ухом: его дыхание приятно щекотало кожу. Она знала, что для Розье не бывает случайностей, и все, что он делает, происходит с неким умыслом, но даже осознание этого факта не заставляло ее выстроить между ними преграду.

— Помнишь, год назад наш поцелуй в чулане? — вдруг спросила она. Эван вскинул брови. — Что ты тогда искал, когда разбил амортенцию?

— Кое-что для Эмилии. Не могу сказать, это не моя тайна. — Он нахмурился. — И разбил я тогда не амортенцию. Это была какая-то сыворотка то ли от прыщей, то ли наоборот для них.

— Но… как же… — пробормотала Сиерра. — Так значит ты поцеловал меня без посторонних магических воздействий?

— Да. — Юноша лениво развалился на стуле. — Давно хотел это сделать. И, опережая тебя, скажу: вот такой вот я говнюк.

— Значит ты из тех, кто всегда получает то, чего хочет? — Блэк иронично приподняла бровь. Он придвинул свое лицо практически вплотную к ее и ухмыльнулся.

— Да, это так.

Сиерра инстинктивно попятилась назад и толкнула своим стулом шаткий стеллаж с книгами. Протяжно скрипнув, тот стал заваливаться вперед, но упал не до конца. Грохота от падающих на пол тяжелых фолиантов хватило для того, чтобы разъяренная мадам Пинс выгнала их обоих, бросая вслед совсем не библиотекарские ругательства.

— С тобой не соскучишься, — смеялся Розье, перекинув сумку с учебниками через плечо. — Мы можем пойти и продолжить в моей комнате, все равно Руквуд до ночи будет в спальне Дафны.

Сиерра насмешливо изогнула бровь.

— Ну да, эффектно же я с гриффиндорским галстуком пройду в гостиную слизерина.

— Я знаю тайный ход, так что тебя вряд ли кто-то увидит, — вполне серьезно ответил он.

— Думаю, мы не настолько близки для этого, но спасибо за доверие, — язвительно ответила девушка.

— Ты просто боишься оставаться со мной наедине, — ухмыльнулся он. — Боишься, что не сдержишься, ведь я такой крутой.

— О, я тебя умоляю, не смеши меня! — засмеялась она.

— В таком случае мы можем завершать нашу работу на холоде или у всех на виду.

Эван равнодушно пожал плечами и медленным шагом пошел вперед. Сиерра закатила глаза и поравнялась с ним.

— Ладно, Розье, только, если распустишь руки, я тебе их переломаю.

Слизеринец только тихонько посмеялся, в очередной раз получая желаемое, но сдавалось ему, что эта девчонка совсем не против продолжать игру по таким правилам. Для того, чтобы пройти в подземелья, им пришлось выйти на улицу, а там лезть в узкое отверстие прямо возле кромки воды. Сиерра едва не оступилась, но парень осторожно придержал ее за руку. И действительно, петляя по узким коридорам с низкими потолками, они вскоре прошли через тайную дверь прямо в помещение для спален. И сколько бы Сиерра не вспоминала этот путь на карте мародеров, не могла вспомнить, чтобы он там был.