Брукс подскочила со своего места от пронзительного крика. Не думая о безопасности, она искала его на ощупь, а когда нашла, то прижала изо всех сил. Одежда была мокрой насквозь.

— Баки, это я, тише-тише. Всё хорошо. Ты в безопасности. Что случилось? Снова кошмары? Это ничего, я сейчас сделаю чуть светлее. Ты не против? Я включу свет, - Кэр сама спросила, сама дала ответы на свои вопросы, не давая ему шанса признаться. Она с трудом отпустила его напряжённое тело, быстро включила свет и вернулась. Баки сидел точно так же, как она его оставила, не двигался и больше не кричал. Брукс опустилась рядом с ним на колени и взяла лицо в свои ладони.

— Всё хорошо, видишь? Здесь никого, кроме нас двоих, нет. Я не причиню тебе вреда.

— Почему ты не боишься меня?- голос хриплый, создавалось впечатление, что ему больно произносить слова.

— Потому что у тебя нет приказа. Я ведь говорила. Ты хороший человек, - её добрые слова делали только больнее, после того, что он делал ещё пару минут назад.

— Кэрри, - он был в шаге, чтобы признаться. Никакой он не хороший и ничего хорошего в нем нет, но девушка подвинулась ближе и прижала тревожную голову к своей груди.

— Я рядом. Давай сменим твою одежду, ладно? Нельзя спать в мокром.

Кэролайн смогла уснуть только после того, как услышала ровное глубокое дыхание над ухом. Конечно, в тот момент можно было отпустить его, не прижимать к себе так сильно, чуть отодвинуться, но она не стала. Я рядом, Баки. Ты не один.

========== Останови меня, если захочешь ==========

Утром Барнс был молчалив, как никогда. Он не задавал вопросов, не реагировал на передвижения, вообще старался не смотреть. Кэролайн не знала как реагировать на такое поведение, но сильно его не мучила. Во время завтрака она задала несколько банальных вопросов, типа «Вкусно?», «Будешь ещё?», но он лишь кивал головой положительно или отрицательно.

— Я должна уйти. Тебе стоит вернуться в камеру. За тобой присмотрят солдаты, - Кэр собрала посуду на разнос. Он снова кивнул и молча уселся за стеклом.

— Баки, я обидела тебя? Почему ты не хочешь со мной разговаривать?

В ответ тишина и опущенный взгляд. Ему было стыдно за то, что произошло ночью. Эти действия нельзя назвать адекватными.

— Если тебе больше не приятна моя компания, я могу не приходить. Только скажи.

Он тяжело вздохнул и зажмурил глаза до фейерверков. Ей было бы лучше не приходить. Так безопаснее. Солдат не хотел сделать Кэролайн больно, не хотел испугать. Но как сознаться? Она так старалась облегчить ему жизнь, подстраивалась под его странный уклад и правила, а он…

— Я боюсь причинить тебе боль, - он откинул голову вверх, не открывая глаз. Такой ответ удивил её, ведь ничего страшного не произошло…или? Что заставило его кричать среди ночи? Почему он вспотел так сильно? Брукс сперва застыла, приросла к полу на пару секунд, а потом подошла ближе и опустилась на колени рядом.

— Я благодарна, что ты не сделал мне больно, - мягкие губы коснулись его гладкой щеки. Баки распахнул глаза, в них было столько сожалений.

— Кэрри, я…- он некрасиво изогнул губы, как перед истерикой, но девушка его остановила. Она догадывалась что произошло ночью, но не знала насколько далеко это зашло. Даже не хотела знать в тот момент.

— Ты ничего не сделал. Я не знаю о чем ты думал или что представлял, где касался, но ты остановился. Это самое главное. У меня нет новых синяков и психологических травм. Спасибо, Баки.

— Ты останешься?

— Нет. Но я заберу тебя с собой. Увидимся ближе к обеду.

— Спасибо.

Брукс чувствовала себя не в своей тарелке. Как только её выпустили, она постаралась прогнать мысли и догадки. Нужно было сосредоточиться на разговоре с командой. А как сосредоточиться после его слов? Да, одна часть её не хотела знать никаких подробностей, а другая жаждала их, хотела знать всё. Что он сделал, куда касались его руки и губы. Она лишь надеялась, что он оставался в штанах во время этой потери контроля. Брукс злилась на себя за лёгкое возбуждение, которое появилось от представления образов. Когда всё закончится, нужно показаться специалисту. Это ненормально. Не подпускать к себе никого на протяжении четырёх с лишним лет, чтобы потом возбуждаться из-за человека, который стал причиной травмы. Это явно ужасающие последствия. Ей определённо нужен был хороший психолог и качественная терапия.

На верхних уровнях всё ощущалось иначе. Солнечный свет радовал глаз, ветер колыхал зелёные листочки, птицы пели свои песни, которые были слышны из-за открытых окон. Чудо, не иначе. Жаль, что замечать это начинаешь, когда просидела день под землёй, среди серых стен. Сложно представить как чувствует себя солдат. Хотя ему не привыкать. Он не помнит последние месяцы, которые провел на свободе, а в Гидре было не принято наслаждаться погодой.

— Ты сошла с ума? - первое что услышала Брукс, когда вошла на кухню. Тони принял разнос с её рук и поставил у посудомойки.

— Доброе утро. Не ожидала услышать ничего другого.

— Там толстое закалённое стекло, две бронированные двери, и ещё одна на выходе. Даже зная что он там, я не могу гарантировать безопасность людей, которые живут здесь или работают.

— Тони, это зверство. Чем мы лучше Гидры?

— У Гидры не было тебя, - Романофф пожала плечами.

— Ну спасибо.

— Как прошла ночь?

— Нормально. Ближе к утру ему приснился кошмар, но он смог успокоиться. Джеймс не может вспомнить свою жизнь. Я не знаю сколько времени на это уйдёт. Что если он вообще не вспомнит?

— Вспомнит.

— Я не хочу сидеть там до этого момента. Это тяжело. Как будто вся жизнь протекает мимо.

— Под твою ответственность. Любая агрессия, любой срыв, любое нарушение правил и он возвращается в камеру. С тобой или без тебя, - Старк говорил это через силу, понимая насколько это опасно. Ему было не жаль Барнса, а вот Кэролайн очень. Она так молода, так добра, так сильна. Если бы Мстители отказали, она несомненно переехала бы в бункер окончательно.

— Спасибо! - она обняла его за шею и радостно поцеловала в щеку. Все же понимали, что от его слова зависит решение всей команды, —Тогда нужно прояснить кое-какие детали. Он может передвигаться из своих апартаментов в мои и обратно?

— Под твоим присмотром. Не знаю почему, но тебя он слушает. Романофф рассказала, как ты смогла успокоить его, лишь обняв.

— На улицу можно?

— Много пространства. Если что-то переклинит, мы ничего не успеем сделать. Лучше во внутренний двор или на крышу.

— На кухню? - Брукс прикусила язык и зажмурилась.

— Не наглей. Может ещё во все комнаты ему доступ дать?

— Пожалуйста. Тогда я буду готовить сама.

— Только если нас не будет, - закатывать глаза Старк умел лучше, всех остальных. Он просто не мог по-другому сдержать лёгкую улыбку, которая хотела оказаться на лице из-за её довольного вида.

— Я вас люблю, знаете?- Кэр обняла всех по очереди. Она не просто чувствовала себя тут дома, она чувствовала себя в семье. Ей так хотелось, чтобы Баки когда-то почувствовал тоже самое. В таком приподнятом настроении, она поплыла к дверям.

— Куда ты?

— Хочу прибраться у себя. Хотя у него, наверное, тоже надо бы. Я там все перевернула вчера. А потом хочу принять ванную. Без лишних пытливых глаз, - делая особый нажим на последние слова, она грозно посмотрела на друзей, а они лишь улыбнулись.

— Там нет двери из соображений безопасности.

— Вы когда-нибудь мочились, пока на вас пристально смотрят?

— Детка, мужики странные. В любом ресторане можно столкнуться с тем, что кто-то пялится на тебя во время этого процесса, - Тони увернулся от летящей упаковки салфеток и всё-таки рассмеялся. А потом и все остальные. Брукс смогла изменить их настроение просто своим появлением.

— Я скучал по этому. Скучал по тебе, - Роджерс слегка приобнял подругу за плечи.

— Вот при нём лучше так не делать. Не обнимай меня, не целуй. Он ревнует.

— Это он сам сказал? - Нат удивлённо вскинула брови. Неожиданно было у лишать, что он умеет что-то чувствовать. Пусть даже ревность.