Очередной дворик не впечатлял. Достаточно пробыв в Петербурге, Вирен пригляделся к таким, привык к зеленым деревьям, которые на пустынном Первом встретить ой как непросто, не изумлялся странным, старинным фасадам с лепниной — в Столице многоэтажки больше напоминали коробки, но не эти здания с большими парадными, по-своему величественные, хоть и явно доживающие свой век. Он устал восхищаться миру людей, заморенный работой и страхом за весь свой мир.
Пока он оглядывался, немногие прохожие и гуляющие стремительно испарялись: никто не хотел иметь дело с компанией вооруженных до зубов демонов в черной одежде. Возможно, это было умно: не стоит быть рядом с боевым магом, когда тот сражается. Это Вирен тоже выучил давно и крепко, раз сунувшись под руки колдующему Владу. Тогда его всего-то отнесло к стенке отдачей от заклинания и крепко сдавило ребра, что он как-то стыдно взвизгнул, а перепуганный Влад орал так, что чуть не сорвал горло. История заканчивалась печально: Вирен неделю вкалывал на кухне мальчиком на побегушках, завистливо наблюдая за тренирующейся и выезжающей по велению командора Ротой…
Рядом возникла Ринка, сотворилась из ниоткуда; зависть брала, что она умела так красться, тихо, неслышно, как призрачное видение. Самоуверенно усмехаясь, она обогнула Вирена и направилась сразу к Волку — походкой от бедра. Стиснув зубы и низко зарычав, он бросился догонять, однако услышал огрызок разговора.
— Охраны не вижу, следов нет, — докладывала Ринка по-военному четко, словно когда-то уже служила. — Но когда есть Высшая магия, не особо она и нужна, верно? Все-таки следы заклинаний просвечиваются, он где-то здесь. В подвале.
Вернулись и их разведчики — с теми же словами, точно повторенными. Они переговаривались негромко, пользуясь больше жестами, чем словами, понятными им одним; Ринка отошла в сторону, чтобы не мешаться под ногами, и безмятежно наблюдала за движением тяжелых темных туч по небу.
— Дождь будет, — флегматично сказала Ринка. — Точно — ливень. Жалко, я не подумала захватить зонт… Почему-то не посмотрела прогноз погоды.
— Слушай, мы, конечно, благодарны за помощь и все такое, но давай работать вместе, — сердито напомнил Вирен, которому страшно глаза мозолила эта ее манера все делать по-своему, как Ринка привыкла. — Сообща, понимаешь? Так работает Гвардия.
— А ты не командуй! — возмутилась Ринка. — Ты кто тут такой, чтобы мне приказывать? Делаю так, как удобнее.
— Приказываю тут пока я, — сурово напомнил Волк, появляясь перед ними. — Вздумаете мешать — оставлю тут обоих. Найдите общий язык или все это грозится стать очередным нашим провалом — этого хотите?
— Никак нет, — отрезал Вирен, отдал честь, чувствуя насмешливый, ехидный взгляд Ринки; сквозь зубы процедил: — Виноват, непременно исправлюсь!
В подвал они спускались парами; Ринку и Вирена Волк поставил вместе, должно быть, по глубокой наивности, полагая, что это поможет им сработаться. На деле Вирен медленно и беззвучно кипел от ярости, бок о бок с ней протискиваясь вниз. Они шагали вторыми, впереди была двойка из одного из новобранцев и Зарита — жутко непривычно было видеть его без брата.
— Вы так-то уверены, что туда безопасно спускаться? — мимоходом спросила Ринка.
— Ты чем слушала? Сказали же, амулеты не реагируют на боевую магию, значит, огненный столб в рыло нас не ждет точно, — снисходительно объяснил Вирен. — Насчет остального… А у нас нет выбора.
И впрямь — пусть один, вперед идти. Он не боялся, чувствуя сзади и спереди товарищей по оружию, тех, на кого Вирен готов был положиться; потому и Ринка так раздражала, влезшая в уютный и удобный мирок. Нервно поведя плечами, Вирен продолжил осторожно спускаться в подвал, но теперь и его начинали грызть сомнения — и кто просил эту Ринку раскрывать рот и пугать его сейчас?.. В свете фонариков и осветительных заклинаний, зависших над ними, точно жирные, раскормленные светлячки, крутая лестница в подвал уводила все ниже и ниже… Слыша дыхание других гвардейцев, Вирен сосредоточился на спуске, чтобы не оступиться случайно.
Время растянулось. Он не смог бы сказать, как давно они начали спускаться в полумраке. Стоило бы считать секунды, но что-то Вирену подсказывало, он бы сотню раз сбился. Больше всего это напоминало изощренное проклятие, и уж точно не ему одному это пришло в голову. По амулетной связи пробежала искра, беспокойный голос Волка приказал держаться ближе и сомкнуть ряды; в бок Вирену вонзился острый локоток Ринки. Чувствуя подступающую панику, он оглянулся, закрутил головой и увидел прямоугольник света где-то вдалеке. Грозный крик Волка заставил их всех прийти в себя и собраться. Вирен крепче перехватил приятно тяжелый автомат…
Вдруг камень мелко затрясся под их ногами, а сердце Вирена камнем ухнуло вниз, голова закружилась, и он с трудом удержался, чтобы не упасть на колени. Тряска все нарастала, вокруг слышались окрики и команды, но он никак не мог прийти в себя. Светлое пятно фонарика плясало в густой темноте.
— Что за херня?! — истерически вскрикнул Вирен. Лестница кренилась, он хватался за стены, за вопящую Ринку, пытаясь не свалиться в темное ничто. Неостановимо дрожащей рукой сумел вырвать из кармана амулет, который пылал тревожным красным светом.
— Какие-то игры с пространством! Не боевая! — проорала Ринка, и ее голос, хотя она стояла рядом, с трудом держась на ногах, звучал откуда-то издалека, шумел эхом, громыхал, точно обвал в горах. — Держись! Всплески магии все сильнее! Я не…
Она выругалась, а потом стала пропадать — стала тише голосом, а потом и видение Ринки стало все бледнеть и тускнеть… Гвардия знала, что внизу их ждет ловушка, но на такую, похоже, никто не рассчитывал. Амулеты реагировали на боевое колдовство, но на такие фокусы…
Вокруг Вирена была темнота. Глухая Бездна… Нет, не она — он был уверен, что Ян дал бы знак, помог, выручил, а вот здесь он не мог нашарить ничего. Небольшая клетка-тюрьма, в середине которой он завис в невесомости, не способный высвободиться. Он не знал, сколько еще гвардейцев попалось.
Следующий амулет, который Вирен вытянул, оказался амулетом связи, и он вдруг воспрянул, радуясь, что есть шанс позвать на помощь, но потом огляделся тоскливо, успокаиваясь и пытаясь думать логично… Кто сказал, что из этого темного мешка он сможет достучаться до любого из миров? Но рискнул, стиснув пальцы на теплом камушке.
Не способному поверить своему счастью Вирену ответили мгновенно. Где-то на фоне шумела вода, напевало радио и доносились отрывки фраз, произнесенных знакомыми голосами Белки и того странного мальчишки-инквизитора. Тявкнул Джек. У Вирена же перехватило дыхание, и он не мог выдавить ни слова.
— Ты, наверное, удивлен, но я позволил себе немного поколдовать с амулетом, так что с уверенностью могу сказать, что ты достучишься до нас с того света. И я имею в виду не Ад.
— Влад! — вскрикнул Вирен. — Ты не поверишь…
— Все под контролем, малой, не бойся, мы едем! — рявкнул, прерываясь, знакомый голос, и Вирену стало чуточку спокойнее. — Не отключайся, слышишь? Что ты видишь? Это была ловушка Мархосиаса, он заключил вас в подпространство, в котором прячется. Он… очень глубоко на изнанке, скажем так. Твой амулет мы используем как маячок, сможем пробиться…
— Тут темно. Совсем ничего не слышно, но мне, пожалуй, прохладно. Не знаю, прости. — Вирен почувствовал, как от бессилия начинает жечь глаза, взмахнул рукой и почувствовал, как его повело. — Я никак не могу понять, где я и что происходит. Я не чувствую тела. То есть… Оно слишком легкое. И пола тут, кажется, тоже нет.
— Верь нам. Все идет по плану. Не отключайся, говори, хорошо?.. — влез Ян, сосредоточенный — и потому обнадеживающий. — Как прошел день?
Вирен истерически рассмеялся, но послушно начал рассказ.
========== Глава XIV ==========
«Майский вальс» — так они это назвали. С фантазией у демонов всегда было не слишком-то хорошо; в конце концов, за столько тысячелетий они не выдумали имен для столицы, самого большого и богатого города Ада, и для резиденции Сатаны, — чего от них ожидать… Стоя на узком балкончике над бальной залой, Кара наблюдала за движением пар внизу, лениво прикидывала, как сама бы двигалась под четко выверенный такт. Знакомое, в историю вписанное раз — два — три, но звучит надрывнее, горько, потому что играл не человеческий оркестр, а выводили мелодию на древних инструментах родом с нижних кругов. В большие окна лился солнечный свет, от дождевых туч не осталось и следа, лишь в сердцах суеверных демонов…
