Три года назад, когда и Терамор, и города Дуротара ещё только строились, Джайна дала Траллу магический талисман – маленький камушек, вырезанный в виде одной из старых Тирисфальских рун. Ещё один точно такой же талисман остался у Джайны. Траллу нужно было лишь взяться за камушек, подумать о чародейке, и её талисман сразу же начинал светиться. Точно так же и Джайна могла связаться с Траллом. Так что, вождь и чародейка при желании всегда могли тайно встретиться, обсудить вопросы, касавшиеся их народов, или даже просто поговорить как старые друзья и товарищи, не будучи при этом скованны тонкостями политики, которая всегда преследовала правителей. Для этого им всего лишь следовало активировать талисман, и тогда Джайна сразу же телепортировалась на возвышенность, а Тралл прилетал на дирижабле – другими способами туда было не попасть.
– Я рада тебя видеть, друг мой, – с теплой улыбкой произнесла Джайна. Чародейка говорила искренне. За всю свою жизнь она не встречала более благородного и надежного существа, чем этот орк. Когда-то Джайна могла сказать то же самое об Артасе и о своем отце. Но несколько лет назад адмирал Праудмур напал на орков Калимдора. Тогда Джайна попыталась объяснить ему, что орки – не враги людям, а такие же жертвы Пылающего Легиона, как и они сами, но отец чародейки не поверил ей. Как и многие другие люди, адмирал Праудмур не смог принять того, что мир сильно изменился со времен его молодости. Он решил бороться с этими изменениями и поэтому стал бороться с орками. Джайна была вынуждена пойти на ужасный шаг: в надежде прекратить кровопролитие она предала своего отца и позволила войскам Тралла убить его.
Ну, а Артас… Он превратился в одно из величайших воплощений зла этого мира. И получилось так, что теперь Джайна доверяла предводителю орочьих кланов больше, чем некогда любимому человеку и собственному отцу.
Тралл видел боль в глазах чародейки, когда она поведала ему, как победить адмирала Праудмура. И, когда тот все-таки напал, орк сдержал данное ей слово. Тралл никогда не принимал мир таким, каким он был. В младенчестве он оказался во власти человека по имени Эделас Блэкмур, который вырастил его и сделал идеальным рабом, даже дав орку подходящее имя. Но Тралл разбил свои оковы, объединил орков и сначала вернул своему народу свободу, а затем и традиции, которые были почти утрачены благодаря демонам, приведшим орков в этот мир.
А теперь Джайна увидела в необычных голубых глазах Тралла кое-что ещё. Её дорогой друг был в гневе.
– Мы с тобой не подписывали никаких соглашений, – сразу же начал Тралл, даже не ответив на приветствие Джайны. – Мы ничем не подкрепляли наш союз. Мы просто поверили, что наша дружба была рождена в крови, и мы никогда друг друга не предадим.
– Я не предавала тебя, Тралл, – Джайна на миг напряглась, но затем, благодаря многолетнему опыту, с легкостью подавила свои эмоции. Ей не понравилось, что Тралл набросился на неё с обвинениями, даже не стараясь при этом соблюсти минимальные приличия. Возмутило её и то, что он заговорил об их дружбе лишь для того, чтобы подчеркнуть её «предательство». Но, ещё будучи ученицей, чародейка с первых дней уяснила, что магия и сильные эмоции не очень хорошо сочетаются друг с другом. Она крепче стиснула свой изысканно украшенный деревянный посох, доставшийся ей в наследство от учителя – верховного мага Антонидаса.
– Я и не говорю, что это сделала ты, – Орк все ещё был настроен воинственно. В отличие от своих собратьев, Тралл далеко не всегда вел себя так неприветливо – в этом, несомненно, была заслуга его человеческого воспитания. – Однако, похоже, твой народ чтит нашу дружбу гораздо меньше, чем ты сама.
Джайна сдержанно поинтересовалась:
– Тралл, о чем ты говоришь?
– Пираты напали на один из наших торговых кораблей, «Оргат’ар».
Джайна нахмурилась. Как бы они ни старались предотвращать нападения на море, пиратство все равно оставалось большой проблемой.
– Мы как могли увеличили число патрулей, но…
– Патрули бесполезны, если они будут просто стоять в стороне и смотреть! «Оргат’ар» видел поблизости один из твоих кораблей! Они подошли настолько близко, что матрос смог разглядеть их даже в густом тумане, но люди ничего не сделали, чтобы помочь капитану Болику и его команде! Болик даже протрубил в рог, а твои моряки просто ушли.
Оставаясь совершенно спокойной – в отличие от Тралла, который просто кипел от злости, – Джайна возразила:
– Ты говоришь, что ваш вперёдсмотрящий видел моих людей. Но это не значит, что они видели «Оргат’ар».
Тралл тут же замолчал.
Джайна продолжила:
– Орки видят гораздо лучше и дальше, чем люди. И, когда моряки услышали сигнал, они скорее всего подумали, что их просят уйти в сторону.
– Если люди были так близко, что команда «Оргат’ара» их видела, значит, они наверняка слышали, как наш корабль брали на абордаж! Ты права, мой народ видит лучше твоего, но сражаемся мы отнюдь не бесшумно. Я не верю, что твой патруль не слышал, что там происходило.
– Тралл…
Орк развернулся и всплеснул руками.
– Я думал, что здесь все будет по-другому! Я думал, что твой народ наконец сможет принять орков как равных себе. Я должен был догадаться, что люди бросят нас, если ради помощи оркам им придется взяться за оружие и сразиться с себе подобными.
Теперь уже Джайна с трудом сдерживала свой гнев.
– Да как ты смеешь? Я думала, что после всего, через что мы прошли, ты не станешь вот так бросаться неоправданными обвинениями в адрес моего народа.
– Доказательства…
– Какие доказательства? Ты говорил хоть с кем-нибудь, кроме капитана Болика и его команды?
Тралл промолчал и тем самым ответил на её вопрос.
– Я узна́ю, какой корабль патрулировал те воды. Где пираты напали на «Оргат’ар»?
– Неподалеку от Кабестана, пол-лиги от берега, в часе от порта.
Джайна кивнула.
– Один из моих офицеров проведёт расследование. Эти патрули докладывают в крепость Северной стражи.
Тралл напрягся.
– Что такое?
Орк снова повернулся и встал к ней лицом.
– Сейчас многие пытаются убедить меня, что мы должны захватить крепость Северной стражи силой.
– А меня многие пытаются убедить её удержать.
Тралл и Джайна уставились друг на друга. Теперь, когда он снова повернулся к ней, Джайна заметила в голубых глазах орка кое-что ещё: не гнев, а недоумение.
– Как такое могло случиться? – понизив голос, негромко спросил Тралл. Похоже, вся его злость уже успела выкипеть. – Когда мы с тобой стали препираться из-за таких глупостей?
Джайна не сдержалась и рассмеялась.
– Мы же правители, Тралл.
– Правители должны вести своих воинов в бой.
– Во время войны, да, – кивнула чародейка. – Но в мирное время перед нами стоят другие задачи. Война – это масштабное предприятие, которое день ото дня занимает все наше время и внимание, но, когда она заканчивается, жизнь продолжается, – Джайна подошла к старому товарищу и положила свою маленькую ладонь на его могучую руку. – Тралл, я проведу расследование и узнаю правду. Если мои солдаты не исполнили свой долг и поставили наш союз под угрозу, то, клянусь тебе, они будут наказаны.
Тралл кивнул.
– Благодарю тебя, Джайна. И прости меня за обвинения. Но мы, орки, столько пережили. Да и мне тоже многое пришлось вынести, поэтому я не потерплю, если с моим народом будут снова скверно обращаться.
– Я тоже этого не потерплю, – негромко пообещала Джайна. – И может быть… – Она замолчала.
– Что?
– Возможно, нам и правда стоит заключить формальный договор. Потому что кое в чем ты прав: мы с тобой можем доверять друг другу, но не все люди и орки чувствуют то же самое. И, как бы нам ни хотелось обратного, мы с тобой не вечны.
Тралл кивнул.
– Мне нередко приходится напоминать своему народу, что люди больше не наши поработители. Им трудно это принять. Многие хотят продолжить восстание, хотя время рабства для орков уже давно в прошлом. Иногда я тоже поддаюсь их пылу, ведь я вырос в неволе и был воспитан существом, по своей порочности не уступавшим демонам Пылающего Легиона. Иногда, как и мой народ, я верю в худшее, и, когда меня не станет, никто не скажет им, что они ошибаются. Так что, наверное, ты права.