Некоторые посетители согласно заворчали, вторя старпому.
– Так вам всем хочется, чтобы орков здесь не было? – Солдат ударил кулаком по стойке. – Вот только без них нас бы уже давно пожрали демоны.
– Этого никто не отрицает, – возразил Маргоз, отхлебывая виски из кружки. – Но мне кажется, что забирать себе все лучшие ресурсы – это как-то нечестно.
– Знаете, а ведь когда-то орки были рабами, – со своего места Эрик не видел, кто это сказал. – Они прислуживали нам, а до этого, если помните, их поработил Пылающий Легион. Так разве можно винить их за то, что теперь они хотят забрать себе все, до чего руки дотянутся?
– Можно, если они забирают это у нас, – ответил капитан.
Торговец кивнул.
– А ещё, они ведь даже не отсюда. Они явились из какого-то другого мира, а сюда их привел Пылающий Легион.
Старпом пробормотал:
– Вот и пусть валят туда, откуда пришли.
– Да уж, и о чем только леди Праудмур думала? – вздохнул Маргоз.
Эрик нахмурился. После слов рыбака в таверне вдруг повисла тишина. До этого многие негромко бормотали, либо соглашаясь с тем, что говорили спорщики, либо возражая им.
Но стоило Маргозу упомянуть Джайну Праудмур, да и ещё, что хуже, так пренебрежительно о ней высказаться, как в помещении стало тихо.
Даже слишком тихо. Эрик был хозяином таверны уже три года, и за это время он уяснил, что драки обычно начинались в двух случаях: либо когда в таверне становилось слишком шумно, либо когда в ней повисала вот такая гнетущая тишина. И во втором случае драки обычно оказывались нешуточными.
К первому солдату подошел второй. Этот широкоплечий детина обычно помалкивал, но сейчас, когда он все-таки заговорил, висевший на стене череп демона задрожал от его громового голоса:
– Если хочешь сказать что-то плохое о леди Праудмур, то будь готов уйти отсюда без зубов.
Громко сглотнув, Маргоз быстро ответил:
– Сударь, клянусь вам, я отношусь к нашей повелительнице лишь с самым искренним трепетом и уважением.
Он отхлебнул чуть больше кукурузного виски, чем стоило, и тут же замотал головой, выпучив глаза.
– Леди Праудмур к нам очень добра, – проговорил торговец. – После того, как мы победили Пылающий Легион, она сплотила нас и превратила в единый народ. Твои жалобы справедливы, Маргоз, но леди Праудмур никак нельзя упрекнуть в наших бедах. В свое время я знавал многих чародеев, и большинство из них ей даже в подметки не годятся. Леди Праудмур – хороший человек, и если ты хочешь оскорбить её, то здесь тебя никто не поддержит.
– Я вовсе не хотел принизить её достоинства, сударь, – поспешно проговорил Маргоз. Его голос все ещё дрожал из-за того опрометчивого глотка кукурузного виски. – Но волей-неволей задумываешься, почему никто не заключил с орками торговое соглашение и не раздобыл ту хорошую древесину, о которой говорили эти господа, – казалось, рыбак на секунду призадумался. – Возможно, леди Праудмур пыталась, но орки на это не согласились.
Капитан отхлебнул эля, а затем протянул:
– Наверное, это орки сказали ей оставить крепость Северной стражи.
– Так мы и должны её оставить, – ответил торговец. – Мы с самого начала договорились, что Степи станут нейтральными землями.
Солдат напрягся.
– Да ты рехнулся, если думаешь, что мы оттуда уйдём.
Маргоз припомнил:
– Все-таки именно там орки сражались с адмиралом Праудмуром.
– Да, тот ещё позор. Леди Праудмур – замечательный правитель, но вот папашка её оказался полным глупцом, – торговец покачал головой. – Нужно поскорее забыть о той отвратительной истории. Но у нас ничего не получится, пока…
Капитан прервал его:
– А я вот считаю, что нам вообще нужно отодвинуть границу подальше, за крепость Северной стражи.
Что именно возмутило торговца – то, что его прервали, или слова капитана – Эрик не знал. Да и не хотел знать. Однако торговец, не скрывая своего раздражения, ответил:
– Ты совсем спятил?
– А ты нет? Орки же нас теснят! Они расселились по всему континенту, а нам достался один лишь Терамор. С тех пор, как мы изгнали Пылающий Легион, прошло три года. И все это время на нашей собственной земле к нам относятся как к отбросам, запертым в этом городе-клоаке. Разве мы не заслужили чего-то большего?
– Терамор ничуть не хуже других человеческих городов, – с чувством оскорбленной гордости произнес солдат, а затем, чуть поникнув, добавил: – Но земли у орков больше, это правда. Поэтому крепость Северной стражи так важна, она дает нам дополнительный рубеж обороны за стенами Терамора.
– И потом, – не унимался старпом, посмеиваясь в свою кружку, – оркам не нравится, что у нас там крепость. По-моему, этой причины достаточно, чтобы её оставить.
– Тебя никто не спрашивал, – ехидно ответил торговец.
Другой сидевший у бара человек – Эрик подошел чуть ближе и теперь узнал в нем работавшего в порту счетовода – добавил:
– А, может, и надо было спросить. Орки ведут себя так, словно Калимдор принадлежит им, а мы тут просто гости. Но это и наш дом тоже, и пора нам наконец это доказать. Орки – не люди, они всего лишь пришельцы в этом мире. Кто дал им право указывать нам, как жить?
– Но право жить своей жизнью-то у них есть, верно? – уточнил торговец.
Кивнув, солдат ответил:
– Я считаю, что они это заслужили, когда сразились с Пылающим Легионом. Если бы не они… – Солдат допил остатки своего грога, а затем подтолкнул кружку к Эрику. – Налей-ка мне эля.
Эрик замер. Он уже потянулся к бутылке с грогом. Солдат приходил в «Погибель демона» с тех пор, как Эрик открыл таверну, и он никогда не пил ничего кроме грога.
Но все эти три года солдат был его постоянным посетителем, и поэтому Эрик не стал ничего спрашивать. В конце концов, пока солдат платил, он мог пить хоть мыльную воду, Эрику было все равно.
– Но вообще-то, – задумался капитан, – этот мир наш по праву рождения. А орки – гости на нашей земле, и пора бы нам уже напомнить им об этом!
Дальше разговор пошел сам по себе. Эрик подал новую порцию выпивки, бросил грязные кружки в таз, чтобы потом помыть, протянул торговцу ещё одну порцию эля и лишь после этого заметил, что Маргоз, начавший весь этот разговор, ушел.
Он даже не оставил трактирщику монетку сверх платы. Эрик с отвращением покачал головой, попутно выбрасывая из головы имя рыбака.
Но его лицо он запомнит. И, наверное, когда этот подонок придет сюда в следующий раз, Эрик плюнет ему в кружку за то, что он заказал лишь один виски и поднял такой шум. Эрик терпеть не мог таких проблемных посетителей. Даже больше – он их просто ненавидел.
Вскоре к нытью об орках присоединились и другие. Один из спорщиков – сидевший рядом с солдатом верзила – стукнул кружкой по стойке с такой силой, что эль расплескался и забрызгал череп демона. Вздохнув, Эрик взял тряпку и снова вытер его.
Было время, когда Маргоз боялся ходить по ночным улицам Терамора в одиночку.
Конечно, народу в Тераморе жило не очень много, и преступникам негде было разгуляться. Все местные знали друг друга либо лично, либо через знакомых, так что преступления совершались редко. А те, что все-таки совершались, чаще всего быстро и жестоко наказывались солдатами леди Праудмур.
Но Маргоз всегда был маленьким и слабым, а большие и сильные, как правило, охотились на таких, как он. Поэтому Маргоз старался не ходить по ночам один. Никогда не знаешь, какой большой и сильный верзила захочет показать другим, насколько он большой и сильный, и изобьет кого-нибудь поменьше. Увы, этим «кем-нибудь» часто оказывался Маргоз. Он очень быстро понял: лучше делать то, что ему говорят, и, если бугаи будут довольны, они не причинят ему вреда.
Но Маргоз больше этого не боялся. Теперь он вообще ничего не боялся. Ведь у него появился покровитель. Конечно, Маргозу все равно приходилось выполнять его приказы, но на этот раз наградой за это были власть и богатство. А раньше его награждали лишь тем, что не избивали до полусмерти. Возможно, он всего лишь променял один страх на другой, но Маргоз все равно считал, что ему страшно повезло.