— Не знаю. Но вдруг это поможет продолжить дело отца? Быть может, есть что-то, о чем я знаю, но из-за неё не могу вспомнить.

— Может быть, может быть, — задумчиво сказал Уиллис. — Вряд ли ты откажешься от этой идеи, но хотя бы пообещай, что будешь осторожна. Не изводи себя понапрасну. Нет никаких гарантий, что тебе действительно удастся вспомнить что-то важное.

— Но попытаться стоит, — Рисьяна слабо улыбнулась.

— Пора возвращаться. Уже поздно, — Уиллис огляделся по сторонам. Солнце уже зашло за горизонт, уступив свои владения Луне, которая медленно поднималась из-за гор. С каждым днем дни становились короче, а ночи длиннее и холоднее, отчего даже огнехвосту хотелось поскорее оказаться в помещении.

Рисьяна и Уиллис пошли обратно. Свет от рощ огнецветов освещал им путь до самого дома. Девушка молчала всю дорогу, обдумывая, как ей поступить, но ничего существенного ей в голову не пришло. Она слишком устала, чтобы о чем-то размышлять. Они добрались до дома и разошлись по своим покоям.

Рисьяна какое-то время провозилась с приготовлениями ко сну. Когда с ними было покончено, девушка села на кровать и задумчиво посмотрела на горящую свечу. Свет огня падал на склянки с зельем, которые принесла Дель. Рисьяна уже выпила лекарство сегодня вечером, но всё же взяла одну из склянок в руку и покрутила. Из-за огненного цветка содержимое внутри переливалось красно-оранжевым цветом. Зелье должно помочь ей восстановить силы. И чем сильнее становилась лисица, тем проще ей было сдерживать духа.

— Быть может, я смогу контролировать её. И увидеть то, что позабыла, — задумчиво пробормотала Рисьяна, откупоривая деревянную пробку. Из склянки в воздух поднялся серебристый дымок. Девушка не была уверена, что ей стоит это делать, но она хотела попробовать. Тем более, Дель говорила, что постепенно можно увеличивать количество зелья.

Рисьяна опустошила склянку за несколько глотков. У неё тут же поднялся жар. Стало дурно. Девушка положила пустую склянку на стол и посмотрела на свечу, мысленно попросив огненного духа помочь ей.

— Бафлери сорневчер, — произнесла Рисьяна, задувая свечу и ложась спать.

***

Ночь была тревожной. Рисьяна ворочалась во сне от нахлынувшего жара. Зелье оказалось сильнее, чем она ожидала. Девушка скинула одеяло, чтобы хоть немного охладить тело. Некоторое время она лежала в темноте, прислушиваясь к посторонним звукам, пока усталость не взяла своё. Но сон девушки оказался неспокойным. Ей вновь снился кошмар.

Шел дождь. Маленькая Рисьяна сидела на диване в гостиной, играя с огненной птичкой. Её родители стояли в стороне и о чем-то разговаривали. Дождь становился сильнее. Его звук заглушал все вокруг, отчего повзрослевшая Рисьяна прижала уши к голове. Девушка не хотела вновь видеть этот кошмар. Она отвернулась, надеясь поскорее проснуться. Ей становилось всё хуже с каждым стуком дождя. Вода уже стекала с подоконника.

— Нет, нет, пожалуйста, — застонала девушка.

— Тебе нужно сосредоточиться и найти дверь в подсознание, — произнес знакомый ей голос. Она обернулась и увидела сидящего в кресле Уиллиса. Лис держал в руках огненный цветок и привычно ухмылялся, глядя на племянницу. — Или ты будешь бояться всю свою жизнь?

Цветок упал на пол. Рисьяна хотела поднять его, но гостиную затопило. Она брезгливо отошла в сторону, стараясь не наступать на воду, заполонившую всю вокруг. Цветок распался на лепестки, которые стали уплывать прочь, образуя дорожку на воде.

— Только ты можешь это сделать, — напомнил Уиллис.

Рисьяна со страхом посмотрела на дядю, но тот уже превратился в дым, который пронесся мимо неё. Девушка тяжело дышала. Слезы наворачивались на глаза. Ей хотелось поскорее проснуться. Но сон не прекращался. Ноги замерзали. Огнехвост посмотрела на них и заметила плавающий рядом с ней лепесток. Даже находясь в воде, он продолжал гореть ярким огнем.

Рисьяне ничего не оставалось, кроме как последовать за лепестками. Шаг за шагом она приблизилась к стене, которая вспыхнула. Огонь прожег на ней дверь. Девушка нерешительно потянулась к ручке, глубоко вздохнула и всё же вошла внутрь.

Это был кабинет её отца. Сухой, уютный, с запахом старых книг и воска от свечей — такой, каким его запомнила девушка. Генри Айрленд сидел за столом и усердно работал. Перо его выводило что-то на бумаге. Рисьяна подошла ближе.

— Присаживайся, — внезапно сказал Генри, посмотрев на девушку и приветливо улыбнувшись.

Рисьяна опешила. Она не знала, что сказать.

— Не бойся, ты ведь за этим и пришла. Узнать, над чем я работал.

— Но… как?

Генри улыбнулся.

— Ты ведь попросила помощи у огня. Вот и ответ.

— Я… я так рада тебя видеть.

— Я знаю. Но сейчас важнее другое. Ты должна кое-что вспомнить.

— Вспомнить?

— В детстве ты всегда заглядывала ко мне в кабинет. И любила возиться с бумагами. Разве не помнишь этого? — он кивнул в сторону чертежей, лежавших у него на столе.

Рисьяна посмотрела на них. Изображение напомнило ей компас, но в отличие от него здесь не было сторон света — только небольшая засечка на корпусе и стрелка. А вокруг нарисованы руны. Девушка никогда не видела их раньше. Она перевела взгляд на отца, желая спросить, но он не смотрел на неё. Генри наклонился и почти скрылся за столом, только его лисьи уши торчали.

— Что это? — пролепетал чей-то детский голос.

Рисьяна удивилась. Она поднялась с кресла и заглянула за стол. Её отец наклонился к маленькой девочке, которая крутилась в его кабинете. Он подхватил её на руки и усадил на колени, позволяя увидеть всё то, что над чем он работал.

— Это поможет нам найти сердце духа, — ласково ответил Генри, щекоча свою дочь. — Ты ведь знаешь, что останки духа спрятаны глубоко под землей, отчего их не так просто обнаружить. Но заклинание из рун и частичка энергии самого духа укажут путь. Остается только создать такой компас. Такие инструменты использовали в давние времена, когда искали…

— Искали магическую породу, оставшуюся от духов, — продолжила за него взрослая Рисьяна.

— Вот видишь, ты такая умница, — сказал лис, продолжая играть с маленькой девочкой. Та радостно обнимала отца, который выглядел невероятно счастливым.

У Рисьяны при виде этой картины потекли слезы по щекам. Она скучала по родителям. И отдала бы всё, чтобы они были живы. Девушке хотелось поделиться своими успехами, рассказать про идеи, которые её родители наверняка бы поддержали. Но всё, что было у огнехвоста — это лишь яркие воспоминания из детства, и те были омрачены духом.

— Это мило. Жаль, только, что это лишь воспоминания.

Огнехвост обернулась и с ужасом уставилась на духа. Она не ожидала, что вновь увидит вортерию. Пусть даже и во сне.

— Мы ведь с тобой связаны. Или успела позабыть? — существо лукаво улыбнулось.

— Нет, нет, нет, уйди!

Дух прошел вперед. С человекоподобного тела стекала вода, затопляя кабинет. Рисьяна не могла пошевелиться от страха. Она стояла на одном месте, пока существо не подошло достаточно близко. Дух встал напротив лисицы и внимательно смотрел своими зелеными глазами на перепуганную лисицу.

— Думаешь, эти печати остановят меня? Они лишь временное препятствие. Скоро ты будешь моей.

Дух протянул к ней свою руку, но Рисьяна истошно закричала. Всё вокруг превратилось в смесь дыма и воды. Кабинет исчез, а вместе с ним и существо. Огнехвост слышала, как кто-то зовет её по имени. Она пыталась понять, откуда идет голос, но от напряжения заболела голова. Девушке казалось, будто всё вокруг сотрясается. Она вновь закричала.

— Рися! Рися, проснись, — Рей пытался разбудить девушку.

Рисьяна дернулась и открыла глаза. Она задыхалась, поэтому графу пришлось приложить усилия, чтобы успокоить её. Он обнял девушку, которая ещё некоторое время не могла прийти в себя.