— В порядке ли я? Я всегда в порядке, я король порядка, если хотите знать. Но ваше участие очень трогательно.

Доктор тяжелой походкой шел по коридору впереди своих спутников. Он имел вид человека, неделю не встававшего с постели — то ли по болезни, то ли по другой веской причине. Непричесанный, в мятой одежде и с угрюмым выражением лица, таймлорд неприветливо молчал.

— Он как будто в запое, — шепнул темнокожий парень на ухо Яс.

— Райан! — в негодовании прошипела девушка.

— А что? Всякое бывает, после встречи с Солитрактом Грэм тоже долго в себя приходил.

— Кто-то упомянул Солитракт? — Доктор внезапно замер на месте и разразился тирадой. — Прошу вас, больше ни слова об этом мерзком мирке. И еще, больше никогда не просите меня отвезти вас в Норвегию! Я согласен на любую точку пространства и времени, кроме Норвегии, хватит уже с меня этого… кошмара.

Грэм понимающе покачал головой:

— Полностью согласен, Док! Может, снова слетаем все вчетвером куда-нибудь, проветримся? Ты, помнится, обещал нам как-то концерт Элвиса.

Доктор, наконец, изобразил что-то похожее на дружелюбную улыбку.

— А давайте! — вдохновился он. — Кстати, мы можем посмотреть не только Элвиса, но и «Битлов», и… А почему только концерты? Давайте побываем на премьере «Унесенных ветром» или сходим в театр, посмотрим Шекспира живьем! Хм, нет, Шекспира лучше не надо. А как вам идея познакомиться с Мэри Шелли?

— Доктор, давай не все и не всех сразу, — попыталась умерить его энтузиазм Яс. — Я голосую за «Битлов», кто со мной?

— И я за «Битлов», — поднял руку Райан.

— Эх, я в меньшинстве, — вздохнул Грэм. — Ну, будь по-вашему, «Битлы» так «Битлы».

Доктор, казалось, повеселел, и он на самом деле был рад встрече с друзьями. Красуясь перед спутниками, он виртуозно щелкал переключателями на немного запылившейся консоли. Что-то заставило его остановиться, и он с досадой проговорил:

— Вот тебе и раз! Стабилизатор все-таки неисправен! Надо бы заменить. Романа?..

На последнем слове повелитель времени осекся, и улыбка мигом слетела с лица. Он хмуро полез за испорченной деталью, в очередной раз замкнувшись в себе и своих мыслях. Ясмин внимательнее остальных наблюдала за переменой в настроении таймлорда.

— Он сказал «Романа»? — тихонько спросила она. — Это имя?

— Ну да, скорее всего, — пожал плечами Райан. — Может, это его жена, которую он увидел, ну, там, в том странном доме?

— Какая жена? У него, вроде бы, нет жены.

— Может, нет, а может, есть или была. В любом случае, он скис после того, как Солитракт ему что-то показал.

— Я все слышу, Райан Синклер! — подал Доктор голос из-под консоли. — Я, кажется, просил вас не называть это слово вслух.

— Док, извини! — попросил прощения парень. — Я умолкаю.

Спустя шесть долгих часов ремонта ТАРДИС все же приземлилась в 1966 году в Англии прямиком возле места, где проходил концерт «Битлз». Спутники Доктора, по случаю одевшиеся согласно моде шестидесятых, оживленно болтали о чем-то своем. Сам же повелитель времени, как ни старался привести себя в чувство, по-прежнему ощущал гнетущую тоску. Он почему-то вспомнил Йена и Барбару. В каком же году они покинули его? Случайно, это был не 1966? В таком случае, он мог бы найти их здесь и сейчас, как знать, вдруг они тоже пришли на концерт?

На стадионе столпилось много народа. Все в нетерпении ждали появления своих музыкальных кумиров, и вот знаменитая Ливерпульская четверка, одетые с иголочки, под неистовые овации вышли на сцену.

— Джон Леннон, я не могу поверить, это сам Джон Леннон! Обожаю его! — восхищенно хлопала в ладоши Яс.

— Обалдеть! — только и смог сказать Райан.

— А ведь где-то неподалеку бегаю шестилетний я… — мечтательно предался воспоминаниям Грэм. — Что ж, я так и знал, что никому не интересно.

— Что, прости? — переспросила Яс, оглушенная звуками гитары и ревом поклонников «Битлз».

— Ай, ничего, — отмахнулся Грэм. — Я говорю, классный концерт! Кстати, а куда Док опять подевался?

Доктор рассеянно бродил среди сотен и тысяч зрителей, тщетно силясь найти знакомые лица. Зачем ему понадобилось искать Йена с Барбарой, он и сам не знал. Что бы он мог сказать им сейчас? Они, конечно, удивились бы этой встрече и, возможно, не поверили бы, что молодой атлетически сложенный мужчина — это и есть тот самый Доктор. Вдруг повелитель времени увидел поодаль знакомую девичью фигурку с короткими темными волосами, в свитере и легинсах.

— Сьюзен! — для чего-то окрикнул он ее. — Сьюзен!

Девушка повернулась в профиль: это была не Сьюзен. «Старый идиот, она ведь осталась совсем в другом времени», — расстроился Доктор. Он ощутил чувствительный укол совести за то, что столько времени не старался разыскать внучку. Со сцены проникновенно звучали голоса Леннона и Маккартни:

Oh dear, what can I do?

Baby’s in black and I’m feeling blue

Tell me, oh what can I do?

Доктор потоптался немного на месте: в толпе восторженных фанатов он ощущал себя чужим на празднике жизни. Не найдя себе места, таймлорд вышел прочь.

— Тут что, даже присесть негде? — посетовал Грэм, когда заиграла энергичная «I feel fine».

— А зачем тебе садиться, танцуй вместе с нами! — задорно прокричала Яс.

— Я уже не в том возрасте, дорогие. Эх, раньше мне надо было на концерты ходить — столько потерял.

— Грэм, все же еще только началось! — уговаривал приемного деда Райан.

— Нет-нет, вы развлекайтесь, а я пойду, найду Дока, — настоял на своем мужчина.

Ему срочно понадобилось отдохнуть, а на стадионе это не представлялось возможным. Грэм увидел Доктора, сидящего в парке с самым унылым видом, который только можно было вообразить на его лице.

— Что, Док, концерт не впечатлил? — аккуратно поинтересовался он.

— А? — встрепенулся повелитель времени. — Да нет, концерт хороший, только я старый уже для всего этого.

— А по тебе не скажешь.

— По мне много чего не скажешь.

— Док, я не хочу показаться навязчивым, — издалека начал Грэм, — но не стоит так себя изводить, что бы ты не увидел… в том мире.

— Я просто был дураком, старина, — горевал Доктор. — Мне с самого начала надо было догадаться, что вся та реальность — просто иллюзия.

— Это была слишком заманчивая реальность. Я сам едва не остался в ней, мне плевать было на все, главное, что Грейс рядом. Ты ведь тоже, да?..

— Что я? — покосился на приятеля таймлорд.

— Ты увидел там кого-то, кто тебе был дорог, любимую женщину?

— Что-о? — взвился Доктор, словно Грэм уличил его в чем-то недостойном и неприличном. — Да как ты мог подумать? Чтобы я и Романа… ну нет уж! Дудки! Мы, повелители времени, такой ерундой не занимаемся!

— Прости, Док, — виновато поднял руки мужчина. — Я ведь только предположил.

— Это ты меня прости, дружище, — остывая, похлопал его по плечу Доктор. — Романа действительно моя близкая подруга, точнее, когда-то была ей. А потом наши пути разошлись и разошлись настолько, что теперь уже вряд ли когда-нибудь сойдутся опять.

— Почему ты так уверен?

— Я даже не знаю, жива ли она. Если жива, то слишком далеко. И даже если бы Романа была близко, она бы нашла кучу других дел вместо того, чтобы летать со смешным Доктором в его синей будке. Это уже пройденный этап, короткие штанишки, из которых Романа давным-давно выросла. Но нет же — динозавры в двадцатом веке! Черная дыра над южным полюсом! И как я только мог на это купиться?..

Грэм сочувственно молчал, пока Доктор, яростно жестикулируя, в красках расписывал свои недавние приключения с Романой. Или не было никаких приключений? Драму в трех актах нечаянно прервали Райан и Яс, только что вернувшиеся с концерта с массой впечатлений.

— Вы что, все время тут просидели? — удивилась девушка. — Как можно сидеть на лавочке в парке, когда там выступают настоящие «Битлз»?

— Доживи до возраста Дока и поймешь, — неудачно пошутил Райан, но Доктор даже ухом не повел.