Сейчас Тимофей сидел рядом со мной в старинном кресле-качалке и потягивал горячее вино из высокого глиняного стакана. За окном в свете фонаря кружились хлопья снега, а в углу комнаты потрескивал камин. Меня разморило, стало тепло и уютно.
– Кристин, ты же останешься? – голос Тима вырвал меня из дремы, и я с удивлением поняла, что в комнате мы находятся одни.
– А где Ирис?
– Они с мамой пошли на кухню проверить жаркое, – Тим усмехнулся, – уже поздно, но, если хочешь, я отвезу тебя.
– И для того, чтобы завтра вся община не перемыла нам косточки, придется брать еще и Ирис, – улыбнулась.
– А она наверняка откажется, – Тим повернулся ко мне, отчего по лицу пробежали тени от огня, – ты права, мы не оставили тебе выбора.
– О, так это заговор, – я засмеялась, – тогда благодарю за гостеприимство.
– Только тонкий расчет, – принял правила игры парень, – просто завтра утром будет острая нехватка рук расчищать снег.
Я отсалютовала кружкой. В комнату заглянула Ирис сказать, что ужин готов и все уже собрались. Оказалось, что все – это хозяева, Ирис и две девчонки-близнецы в абсолютно одинаковых платьицах. Тим пододвинул мне стул справа от отца, а сам сел напротив.
– Добрый вечер, Кристин, – поздоровался хозяин дома, как только мы уселись.
– И вам, герр, – замешкалась на мгновение.
– Можно просто Николай, – улыбнулся мужчина и сразу стал похож на своего сына, – как вы вообще добрались в такой снег из города на байке?
– У меня хорошая резина, – ответила вежливо, – и хорошие учителя. Моя «Сава» прекрасно чувствует дорогу.
– А вы?
– А я прекрасно чувствую «Саву», – улыбнулась натянуто, внутренне подобравшись.
– Разве дело для девушки разъезжать в одиночестве? – герр Николай пошел в атаку не скрываясь.
–Отец, тебе не кажется, что это несколько неуместный разговор. Мы должны быть благодарны Кристин, что Ирис оказалась дома так рано. В темноте дорога была еще более опасной.
– Кристин, благодарю, – сухо отозвался хозяин дома, – надеюсь, вы станете частым гостем в нашем доме.
Но тогда я еще не поняла, что попалась в ловко расставленную ловушку.
Мои родители входили в состав попечительского Совета, главной задачей которого по сути было ограничение старейшин в их правах. Старейшин было пятеро, и каждый избирался единожды и до конца жизни имел право голоса при Магистрате. Состав Совета обновлялся регулярно путем открытого голосования, хотя большинство вошли в него очень давно и теперь постоянно переизбирались. Всего в Совете было одиннадцать мест, что обеспечивало перевес в какую-либо сторону. Мои родители оказались избранными внезапно для себя пару лет назад, и с тех пор успели доставить старейшинам определенные неудобства. Заполучив меня, герр Николай лишал старейшин рычага давления на семью и заручался поддержкой в Совете. Только я была помолвлена. Пока.
С того вечера я стала появляться в обществе Тима и Ирис довольно часто. Они подвозили меня в школу, когда снег окончательно завалил дороги. Они приглашали меня на ужин или же получали ответное предложение от моих родителей. Втроем мы выбирались в город и на пляж, когда снегопад стих, втроем сидели в Храме в день Перемены года. Втроем пили чай с ягодным пирогом в нашей гостиной в тот вечер.
После Перемены года прошла неделя. Погода стояла морозной, и мы сочли это поводом уклониться от обеда в общине. Мама ворвалась в комнату, на ходу стягивая вязаную шаль. Устроилась в кресле, окинув Тима и Ирис задумчивым взглядом. Отец вошел следом, кивком поздоровался с Тимом, который поднялся с пола при их появлении. Ласково улыбнулся Ирис. И сказал просто:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.