— Касательно последнего могу предположить, что в будущем придерживаются политики наблюдения: возможно, они путешествуют сюда, а то и дальше, но не показываются, боясь нарушить естественный ход событий. Как тебе версия, что кто-то как-то прокосячился, забыл какую-то технологию или рассказал о ней, кому не следовало, и после этого путь из будущего был закрыт? Знаешь что, так можно размышлять до бесконечности, так что я предлагаю законспектировать всё, что придёт к нам в голову, и обстоятельно допросить Чанёля при встрече, чтобы не тратить время на пустую болтовню.
— Есть, сэр, — шутливо отдал честь Чимин, после чего тихо ойкнул, почувствовав, как его назидательно пнули под бок.
— А ещё, что немаловажно: объяснись с Юнги! Расскажи ему о том, что слышал и видел, убеди перейти на свою сторону. Я, конечно, понимаю, что целоваться с мистером Красавчиком очень приятно, но не время растекаться в лужу, ясно? Когда мы распутаем этот клубок, твоя жизнь окажется в опасности: Говард не потерпит настолько наглого вмешательства в свою политику.
— Есть, сэр, — уже более уныло повторил Чимин, на этот раз вместо тычка получая ободряющие объятия.
***
Мечта Чимина стала явью: после вылазки к Чанёлю хранители ощутимо струхнули, охотно предоставив омеге так понравившийся ему зелёный диван с Юнги впридачу. Тот ждал его в своих восхитительных штанах с миллионом заклёпок и, о, Господи, неком подобии водолазки, обтягивающем вообще всё. В смысле, вообще. Чимин почувствовал, как начал захлёбываться слюной, и, пожалуй, даже слишком громко закрыл рот, вытянувшийся в немом удивлении и восхищении.
— Что именно вызвало у тебя такую реакцию? — при широкой улыбке у уголков глаз Юнги образовывались забавные морщинки, и Чимин поймал себя на желании поцеловать каждую из них, в чём, собственно, не стал себе отказывать.
Чуть не снеся небольшой столик перед диваном, на котором возлежал альфа, омега с разбегу запрыгнул на него, удовлетворённо фыркнув в ответ на заливистый смех и руки, обвившиеся вокруг его талии. Склонившись над чужим лицом, он принялся тыкать губами в каждую складочку, образовавшуюся в результате хорошего настроения старшего, на что тот продолжил хихикать, попутно смахивая нависшие пряди омеги со своего лица.
К моменту, когда они закончили беситься и Юнги втянул его в полноценный поцелуй, прошло примерно минут двадцать от тех трёх часов, на которые его отправили в прошлое, а Чимин резко вспомнил, зачем так искал уединения с Юнги. Так же резво подскочив с чужих коленей, он ураганом пронёсся к сумке, которую бросил в противоположном углу комнаты, под недоуменный взгляд альфы извлекая на свет Божий блокнот с тщательно прописанным заботливым Джэхёном ходом беседы.
— Птенчик? Ты чего? — Юнги выглядел до того растерянным и беспомощным, что Чимин, не удержавшись, оставил на его губах ещё один быстрый поцелуй, после чего сел рядом, сдвинув чужие ноги и заставив старшего принять вертикальное положение.
— Послушай… Мм… Не то чтобы мне не хотелось целоваться с тобой нон-стопом три часа, но есть одна важная вещь, которую я должен рассказать тебе… Это касается нашего перемещения с Чанёлем.
До этого расслабленный Юнги резко напрягся, посерьёзнел и обеспокоенно кивнул, заглядывая Чимину в глаза и выражая полную готовность слушать.
— Я соврал хранителям тогда, в зале. Мы не оказались в «странной комнате с незнакомыми мне предметами», и это были не 90-ые, как я заставил вас думать своими описаниями. На самом деле мы прыгнули намного, намного дальше, а именно — в 1435-ый год. Я рассказываю тебе это потому, что доверяю, и потому, что мне нужно отправиться туда снова. Чанёль не просто «пропагандировал ненависть к ложе», он рассказал мне очень много интересного о самом Говарде, со свидетелями и приведёнными фактами, которые наглядно демонстрируют, что Хосоку нельзя доверять.
Юнги внимательно выслушал его, не перебивая и лишь изредка удивлённо вздёргивая бровь. Как только Чимин поведал ему обо всех личностях и событиях, что ему довелось встретить и пережить, альфа откашлялся, потирая участок кожи на шее, после чего внимательно посмотрел на омегу, взял его за плечи и хорошенько встряхнул.
— Чимин, это правда? Ты не представляешь, в какую задницу втянул нас этой историей, и в какую клоаку нам придётся влезть, чтобы докопаться до правды.
— Нас? — вскинулся омега. — Если ты не собираешься помогать, так и скажи, и мы просто забудем о том, что я сказал пару минут назад. Нравится тебе или нет, но я уже по уши в этом де… ле. Принуждать не буду, но хотя бы не мешай.
— Ну уж нет, — запротестовал Юнги. — Меня это тоже касается, а в очередной раз позволять тебе влипать в неприятности без моего участия я не намерен. Если и искать приключений на пятую точку, то вместе.
— Вместе? — с надеждой в голосе переспросил Чимин.
— Вместе, — твёрдо ответил Юнги.
- - -
* — Кимхэ — один из древнейших городов Южной Кореи.
Комментарий к Глава 14 - Розовый Кварц
Немного нежности перед трэшем! Варнинг, дальше события будут развиваться с космической скоростью, эта глава — небольшой флаффный перерыв для вас (и для моей юнминерской души!)
Ждите развязки!
Саранхэ, и всё такое ~
========== Глава 15 - Алебастр ==========
Отринув миссию, желанья, обещанья,
Он жертвой станет дикого страданья,
Потом же, только солнце рассветёт,
Рубин от своей горечи умрёт.
Одно из тайных пророчеств, найденных Джексоном Ваном в 2007-ом году в тайнике в библиотеке
***
— Итак, план таков: Джэхён отвлекает хранителей, в это время мы с Чимином пробираемся к хронографу и упаковываем его, после чего проносим в сумке в Зал Дракона. В это время Джэхён симулирует тошноту и обморок: это отвлечёт Джексона и Джиёна, Шиндон и Бэм, скорее всего, будут сопровождающими. Проходим в Зал Дракона через потайной ход, элапсируем и по возвращению разыгрываем комедию в стиле «несчастные влюблённые». Всё понятно?
Юнги сосредоточено мерил шагами комнату Чимина, в которой и заседали горемычные заговорщики. Хозяин пространства смотрел на него глазами-сердечками, в то время как Джэхён, наблюдая эту картину, пытался максимально раздражённо закатить глаза. У них тут, вообще-то, намечалась афера века, а эти двое корчили из себя Ромео и Джульетту, и несмотря на то, что Джэ честно радовался за кузена, наблюдать это, будучи одиноким и опрокинутым, было не то что невыносимо, но… утомительно, что ли?
— Ладно-ладно, мистер «у нас всё по плану», — Джэхён намерено очертил кавычки в воздухе. — Мы проговаривали это уже несколько раз. Я договорился с хранителями: по официальной версии я приеду с Чимином, чтобы помочь ему с танцами для предстоящего суаре.
Точно. Суаре. При одной мысли о предстоящем мероприятии у Чимина мгновенно испортилось настроение. Ну кто, скажите на милость, находясь в здравом уме и светлой памяти, будет швырять абсолютно ничего не знающего ни об эпохе, ни о людях, в ней живущих, омегу, которому, к тому же, нет и семнадцати лет, на суаре? Правильный ответ: хранители.
На закономерные возражения Бэкхёна о том, что Чимин слишком юн и неподготовлен для таких миссий, ложа так же закономерно дала ответ, что неподготовленность Чимина — целиком и полностью вина, в первую очередь, самого Бэкхёна, который один раз принял решение и теперь «должен иметь смелость и благоразумие считаться с его последствиями». Иными словами, от суарэ в другом веке отмазаться не удалось, равно как и от всех предыдущих миссий, назначаемых хранителями.
Это было своего рода платой за спокойную (настолько, насколько это возможно) жизнь. Мол, так и так, дорогой путешественник, изволь платить по счетам за исправные и безопасные элапсации. Иными словами, договорные отношения уместны даже в XVI-ом веке, если вас туда отправляют последователи Чон Сен на «енск». Чимин принципиально решил не запоминать полное имя.
— Кстати, — выдернул его из раздумий о предстоящем позоре Джэхён. — Как ты попал в прошлое в обход хранителей?
