Завернув по пути к Израну, она мимолетно сообщила ему, что отправляется за Флорентием, и довольная пошла к выходу, пока вслед ей неслись ворчливые матюги главы Стражей. Изран снова был недоволен и строго-настрого запретил ей возвращаться - хоть с Флорентием, хоть без него.

*

- Что-то ты какой-то бледненький, - заботливо присмотрелась Арья, подвигая к Бриньольфу непочатую кружку. В кружке заманчиво пенилась “Бархатная удача”, фирменный напиток Тален-Джея, и уж что-что, а удача сейчас Брину пригодилась бы в любом виде - но несчастный вор упорно игнорировал щедрый дар.

- Ты была права, - ныл он, расползаясь по столу. - Все Фреи подлюги…

- Так, а ну сел ровно, - прикрикнула Арья, которой надоело слушать причитания. - Сел, выпил, рассказал, что случилось.

- Мерсер потащил меня к Снежной Завесе… это курган такой, - начал свою печальную историю Брин. - Наврал с три короба, Карлию грязью облил. А потом подстрелил меня почти насмерть, вот такая он паскуда.

- Говорила я тебе, - покачала головой Безликая и подозвала Тален-Джея, - принеси-ка нам, мил друг, еще по кружечке.

- А теперь надо еще и в Винтерхолд тащиться, к Энтиру за двемерским переводом, - продолжал страдать Бриньольф. - В эту холодень…

- Мне тоже в ту сторону, - прикинула Арья. - Поехали вместе.

Увидев Арьину лошадь, Брин заморгал и посмотрел на девицу по-новому.

- Не знал, что ты… Братство же…

- Уничтожили? - хмыкнула она. - Ну да, было дело. Кому это когда мешало.

Брин задумался. Арья прямо-таки видела, как над его головой зареяла, будто флаг на ветру, вполне очевидная мысль: а не заказать ли Мерсера Фрея?..

Они потрусили вперед по дороге, среди нежных березок и туманов. Путь их был приятен и почти безопасен, разве что Арья иногда посвистывала пращой, разгоняя обнаглевших пауков-переростков, ломившихся к ним из леса, как оголодавшие собаки. Получив камнем в ряху, пауки обиженно чавкали жвалами и уползали обратно, а Брин становился все веселее.

- Присоединилась бы ты к нам, - снова взялся он за старое. - Мы бы с тобой эх!.. мы бы ух!..

- У меня свой особый путь, - задрала нос Арья, а потом всмотрелась в туман: - И лежит он… кажется, туда.

- Да, Рунвальд в той стороне. Повыше на горушке. Никогда особо не любил курганы, - поежился Брин и потер колено. - А теперь совсем не люблю.

- Нежное ты дитя, городское, летнее, - насмешливо протянула Арья. - Ладно, не тоскуй. А то ты мне братца напоминаешь. Он тоже любит ударяться в меланхолию.

- А может, я тоже Довакин, - заворчал Брин. - Просто еще не знаю об этом.

- Размечтался. Вот, держи на дорожку.

И она перекинула ему котомку с пирожками от Киравы и флягой от Тален-Джея.

*

У входа в Рунвальд было тихо и безлюдно, что просто не могло быть хорошим знаком. Порывшись в заметенной горным снегом палатке, Арья нашла дневник Волька, одного из Дозорных Стендарра. Судя по записям, кривым и неграмотным, получалось, что некто Морик, руководивший экспедицией и докопавшийся наконец до главного зала, зазвал его внутрь - а заодно с ним и Флорентия.

- Агась, - довольно сказала Арья, откладывая дневник, и захрустела промерзлым яблочком, найденным тут же, в засаленных шкурах.

Сунувшись внутрь, она увидела уходящий вниз туннель и строительные леса в глубине; потом прислушалась к размеренному топоту по деревянным доскам и поняла, что курган охраняется. От бандитов? Или от любопытствующих, которых попросту нельзя пускать в опасное место? Или, насупилась она, там уже вовсю гуляет какая-нибудь нежить, а от Дозорных остались лишь рожки да ножки.

Ладно, решила Безликая, прильнув к стене, кто бы там ни был, немного скрытности не повредит.

Прокравшись в пещеру, она затаилась под лесами и присмотрелась к караульному. С виду вроде не нежить, но что может означать это красное марево вокруг его головы?..

- Жалкий смертный, - замогильным голосом позвала она, забравшись в глухую непроницаемую тень. Дозорный встрепенулся, заметался по мосткам, взяв булаву наперевес.

- Покажись! - взревел он наконец. - Во имя Минорн!

Во имя кого, простите? Перебрав в уме все, что она помнила о Стендарре (совсем немного), Арья не нашла в памяти ничего даже близко похожего на Минорн, и решила, что в кургане определенно происходит что-то нехорошее. О да, скрытность точно не повредит.

Пробираясь по туннелям и пещерам, она аккуратно обходила все новых и новых Дозорных, чьи головы плыли в красном мареве, а руки неустанно трудились, разбивая кирками породу. Флорентия - или кого-то еще, похожего на жреца Аркея, - пока не было видно, но Арья не унывала: раз Морик повелел ему спуститься в главный зал, значит, скорее всего именно там его и надо искать. А это явно не главный зал, подумала она, оглядев очередную перегороженную лесами и подпорками грязную пещеру.

Издалека донесся песий лай, и Арья метнулась обратно в темноту туннеля. Собаки! Собаки - это плохо. Их не обманешь прятками в тени…

Мохнатая ушастая голова сунулась в туннель и Арья чуть не застонала, так ей не хотелось связываться с бедной псинкой. Еще в форте она нагляделась на этих чудных собак, умниц и красавцев, которых Изран называл забавным словом “хаски”. По-старковски бело-серые, по-зимнему уютно пушистые… и как ей убивать такую прелесть?

Нет, не могу, подумала Арья, а между тем прелесть уже распахнула пасть и залаяла во все собачье горло, привлекая внимание к чужаку. Безликая поспешно призвала дремору:

- Хватай псину! - задушенно приказала она. - Неси наружу!.. Не обижай!..

Последние слова она уже выкрикивала вслед даэдра, который ухватил врага под мышку и побежал к выходу, собирая за собой целый караван Дозорных. Хаски лаял как оглашенный, а Арья еле успела вжаться в стену туннеля, когда мимо нее пронеслась толпа, махавшая кирками и булавами.

- Во имя Минорн! - вопили они.

О боги, подумала Арья, сползая по стене.

Прошло некоторое время, прежде чем она нашла в себе силы двигаться дальше. Что ж, по крайней мере, теперь в кургане стало поспокойнее, и, когда она нашла на ящике записки Морика Сидри, никто не помешал ей спокойно прочитать их прямо под факелом.

“Проклятые головные боли,” писал Морик. “Минорн, будь милосердна, никак от них не избавиться…” Дальше пошли жалобы на то, как он уронил свой статус, лично взявшись за лопату - внезапно и без всякой на то причины, - и как славно, что Дозорные Минорн ничего особенного на этот счет не сказали. Дозорные Минорн, удивилась Арья, а куда подевался Стендарр? Да что тут вообще происходит?

“Моя семья будет мной гордиться,” читала она дальше. “Особенно мой отец Минорн. И он и мама всегда поддерживали меня в моих начинаниях, даже если моя сестрица Минорн их не одобряла…”

Арья захлопнула дневник и недовольно посмотрела на вернувшегося дремору.

- Я их не обижал, - пробубнил тот, снимая с себя клочки собачьего пуха.

- Больше тут собак нет? - спросила она, заглядывая в следующую пещеру.

- Никого не чую, - покачал головой рогатый демон.

- Ладно, пошли. А ты случаем не знаешь, кто такая Минорн?

Дремора пожал плечами, раздраженно фыркая.

- Просто дай мне кого-нибудь убить. А то скучно становится.

- Да, вы же не любите, когда скучно…

Они миновали большую пещеру, увитую мостками, повернули по коридору и там высунулись из-за угла, осматривая большой и красивый зал. На вершине лестницы стояла самодовольная дама в черном, похоже, альтмерша, вокруг которой суетилась парочка Дозорных.

- Да вот она, - ткнул в даму когтистой латной перчаткой дремора, - Минорн.

- А, - незаинтересованно протянула Арья. - Ну, вали ее - и свободен.

Дремора радостно взревел, выхватывая из-за спины здоровенный меч, и кинулся в зал прямиком к эльфке. На очарованных Дозорных, пытавшихся защитить свою госпожу, он даже не обращал внимания, и все их удары безвредно отскакивали от рогатых обливионских доспехов. Оттяпав даме голову, дремора торжествующе потряс ею в воздухе, хвалясь трофеем, а потом исчез. Голова бухнулась наземь и покатилась, а Дозорные замерли на месте, пытаясь понять, что сейчас случилось и что вообще на них нашло.