- Bonjour, mon cher!
- Здравствуйте, - сделала реверанс Принцесса.
Петух удивленно вздернул брови.
- О! Вы, наверное, аристократка!
Принцесса оглядела свое запылившееся платье и поправила растрепанные волосы.
- Как вы догадались?
- Манеры, сударыня, манеры! Ех ungue leonem!
- Не стоит, - смутилась польщенная Принцесса.
Петух слетел с жердочки и, важно вышагивая, обошел вокруг Принцессы.
- Такая красота! Такой ум! Такая эрудиция! И при этом такая скромность! Цены вы себе не знаете!
- Перестаньте...
Петух сделал ещё круг.
- Не перестану! Вы же особенная! Одна на миллион!
Принцесса улыбнулась, и наблюдательный Петух с жаром продолжил:
- Да, что там на миллион! Одна на миллиард! Вы не должны топтать ноги, вас на руках носить надо!
Он разгорячился и кружил вокруг Принцессы все быстрее и быстрее.
- Я не встречал такого богатого внутреннего мира! Такой тонкой душевной организации! Такой неземной красоты!
От мельтешения Петуха у Принцессы закружилась голова, и она перевела взгляд на пшеничное поле. Колосья зреющей пшеницы похожи друг на друга, как две капли воды, но всё же немного различаются. "Может быть, некоторые колосья тоже считают себя особенными?" - подумала Принцесса.
- Вы не такая как другие! - голос Петуха сорвался на крик.
- Я такая же как и все, - возразила она.
- Нет! - горячо возразил Петух. - Вы не такая! Вы не созданы для серых будней! Вы не чета обычным курицам. Вы достойны большего!
- Чего "большего"? - спросила Принцесса.
Петух остановился и посмотрел на неё сначала одним глазом, потом другим.
- Вы достойны вместе со мной покорить этот мир!
- С вами?
- Конечно! - гордо выпятил грудь Петух. - Я пою на лучших дворах страны! Мой голос знают и любят миллионы! Без меня не встает по утрам солнце!
На шум, поднятый Петухом, две полевые мышки вышли из колосьев и уселись на краю пшеничного поля.
Петух краем глаза заметил новых зрителей, и его грудь выпятилась до невообразимых размеров.
- Мы будем гастролировать по всем странам и континентам! Аншлаги! Восторг! Овации! - голос Петуха немного охрип, а красный гребешок поднялся от прилившей к голове крови. - Вы не будете скучать ни секунды! У нас будет не жизнь, а сплошной праздник!
Принцесса представила такую жизнь-праздник: всегда прекрасное настроение, яркие эмоции, подарки и цветы. И так день за днем, день за днем. С другой стороны, даже самые волнующие и необычные в мире вещи надоедают, если превращаются в обязанность или привычку.
- Я смогу давать несколько концертов в день! - Петух даже прикрыл глаза от развернувшихся пере ним перспектив. - Да! Я буду петь не только по утрам, но и днем! И даже по вечерам! Я заставлю солнце всегда светить!
- А я? - робко спросила Принцесса.
- Что? - Петух недовольно открыл один глаз. - Вы, mon amour, поможете нести мне бремя славы. Будете расчесывать хвост, чтобы он всегда держал форму, полировать шпоры, чистить перья. И, конечно, утешать меня в периоды творческого кризиса.
- Творческого кризиса? - недоуменно переспросила Принцесса.
- Я - личность незаурядная и нестандартная! Я - талант! Я - творец! И, значит, имею право на творческий кризис! - убежденно ответил Петух. - Но зато вы войдете в историю как моя Муза! Я буду посвящать вам стихи и песни! Вы сможете жить рядом с гением!
Принцесса решила, что интересной и яркой жизнь делают вовсе не мишура и разноцветные перья. А праздник - это, конечно, приятно и здорово, как игрушки на елке, но это не сама елка.
- Пожалуй, - сказала Принцесса. - Я пойду.
- Как? - вскричал Петух. - Вы не можете уйти! Вы не понимаете, от чего отказываетесь!
Но Принцесса подхватила свой узелок и пошла дальше по дороге в "Куда глаза глядят".
Петух рассерженно что-то кудахтал ей вослед, а потом повернулся к мышам:
- Она меня не достойна! Обычная серая мышь! У нас не может быть ничего общего!
Полевые мыши насмешливо пискнули и отправились дальше есть зерно, не различая особенные и неособенные колосья. А Петух взлетел обратно на жердочку.
Прошло много времени. Путь в "Куда глаза глядят" оказался тяжелым, и Принцесса сбила ноги, поднимаясь и спускаясь по каменистым холмам. Цепкие ветки придорожных кустарников разорвали подол её платья, а стремительная река унесла прочь узелок с последними припасами из Башни. Принцесса уже не напевала веселые песенки, а лишь шла вперед день за днем, сжав зубы и чеканя шаг. Если сгущались тучи, Принцесса пережидала дождь и двигалась дальше.
К вечеру очередного трудного дня Принцесса вышла к Лесу. Тропинка терялась в темноте чащи, деревья высились стеной, и в закатных лучах Лес казался мрачным и неприятным местом. Когда уставшая Принцесса присела на пенек у опушки, из Лесу вышел Волк.