Он бросает полный надежды взгляд на Роджера, что выжидательно пялится в ответ.
Брайан хотел бы запомнить его таким навечно: молодым, красивым, с неудержимой энергией и упрямством в больших глазах, с его невыносимым взрывным характером и вечно лохматой копной светлых волос. По крайней мере, прежде чем потерять его снова, в прямом или же метафорическом смысле, Брайан получил от жизни лучший подарок - время вместе, о котором он уже и не мечтал.
Брайан готов к разговору, готов раскрыть все карты, и будь что будет, может быть, Роджер сможет его понять, раньше он был единственным, кто мог. Вот только у судьбы, кажется, другие планы, потому что звонок из офиса Брайан проигнорировать не может, так же как и просьбу-требование прийти. Кажется, Моррисон снова был прав, и дела у них хуже, чем казалось изначально.
— Мне нужно отъехать, — говорит он, на что Роджер буквально пышет сарказмом.
— Я почему-то не удивлён.
Брайан понимает, что со стороны это и правда выглядит как попытка сбежать.
— Слушай, Роджи, это правда важно, мы продолжим, когда я вернусь.
— Тут ты угадал, не думай, что сможешь съехать с темы, — отвечает тот и резко поддаётся ближе, буравя его взглядом.
У Брайана сердце срывается в presto, ладошки потеют как у школьника - слишком давно Роджер не был так близко, до того, что на губах чувствуется его дыхание, оседая где-то под сердцем привкусом табака. Боже, это было, кажется, в прошлой жизни, а Брайан до сих пор помнит вкус его губ.
Брайан за свою долгую жизнь научился цеплять маски, заталкивая все свои чувства в задницу, да и не сложно это было, учитывая, что Тейлор по праву мог занять первое место в состязании самых невнимательных людей, но на секунду в глазах Роджера мелькает что-то словно прозрение или ещё какая хрень, но виденье исчезает слишком быстро, Роджер отстраняется и уходит, оставляя после себя привычный шлейф табака. А Брайан всё дорогу до офиса не может успокоить своё чёртово сердце и заставить себя думать о чём-то кроме голубых глаз.
Тем не менее встреча с представителями из главного офиса быстро возвращает его в реальность. В своё время Брайан искал людей, способных руководить и анализировать. Тех, кто смог бы скрыть лабораторию от лишнего внимания и создать из неё видимость чего-то обыденного, не выделяющегося среди массы других частных предприятий. Фонд помощи животным был именно тем, что идеально вписалось в жизненные ориентиры Мэя, он смог объединить две важные цели в одну и, скинув с себя большую часть ответственности, Брайан совсем не заметил, как главный офис получал всё больше влияния, в итоге контролируя уже почти всё.
Эбигейл Фицджеральд такая же безликая, как и все работающие там, когда-то давно Брайан лично доверил ей управление документацией и безопасность конторы, а сегодня она сообщает ему, что, вероятней всего, все разработки придётся приостановить.
— Мы считаем, что есть все основания предположить нестабильность минерала. С самого начала его работа давала множество причин сомневаться в безопасности таких перемещений, но последний случай лишь подогрел эти подозрения, - чопорно заявляет женщина.
— Вы даже не разобрались, что произошло, к чему останавливать разработки, если толком даже не ясно ничего? — конечно, в какой-то степени Брайан даже рад, что главный офис не пытался копать в нужном направлении.
— В том то и дело, что не разобрались. Вы ведь понимаете, что агенты могли навечно остаться в прошлом? — с явным неодобрением бросает женщина.
Конечно же, Брайан всё это прекрасно понимает, и если бы не Роджер, застрявший здесь по его вине, возможно, он даже не стал бы спорить с приостановкой. В последнее время минерал и правда ведёт себя непредсказуемо. С другой стороны, он всё ещё считает, что Исида с Арктуром во многом сами виноваты в случившемся, так как не решались связаться с ним с самого начала и попросить о помощи.
— Я всё замечательно понимаю, но нестабильность минерала пока что лишь ваши предположения.
— Именно поэтому я настаиваю на временной заморозке всех разработок, в конце концов, если минерал на самом деле окажется нестабильной энергией, мы должны помнить, что с ним работают люди, и каждый раз, заправляя браслеты и отправляя их в никуда, мы рискуем их жизнями. В этот раз минерал самостоятельно истощил свои ресурсы и грозил агентам вечным заключением в чужом мире, но что если в следующий раз последствия станут более плачевными? Что если кто-то погибнет?
Эти слова заставляют Брайана задуматься. Они с Моррисоном слишком хорошо изучили все возможные действия минерала и его побочку, и он с уверенностью может сказать, что о летальном исходе речи нет, но навредить эта энергия может. В этот момент он не думает об агентах, только о Роджере и о том, что нестабильность энергии может навредить конкретно ему. Может быть, им и правда не стоит спешить.
— Хорошо, я услышал вас, - соглашается Мэй, — то есть, вы настаиваете на приостановке работы?
— Пока наши учёные не убедятся в безопасности минерала, использовать его дальше - безрассудно и даже преступно.
— Учёные? Вы собираетесь отстранить Моррисона? — спрашивает Брайан.
— Вы имеете своё право вето, Брайан, но мы будем настаивать на его отстранении. Будет не слишком объективно включать в состав комиссии того, кто даже косвенно замешан в случившемся.
“Моррисон будет в бешенстве”, - проносится мысль в голове Брайана.
— Сколько времени займёт расследование?
— Вы должны понимать, что точных сроков Вам никто не назовёт, если мы убедимся в безопасности материала, то сможем возобновить работу в этот же момент, — отвечает женщина.
— Если? — Брайана цепляет это слово сразу.
Эбигейл тяжело вздыхает и смотрит в ответ так, будто Брайан - непутёвый первоклашка.
— Конечно, во время проверки мы обнаружили ещё несколько сбоев в работе.
— Но эти сбои были другого характера, — Брайан знает, с Роджером они не имеют ничего общего.
— В том то и беда, минерал непредсказуем, и если во время расследования выявится его полная нестабильность, от него придётся отказаться. Совсем.
Это не то, что Брайан ожидал услышать. Своей здравой частью он понимает, что она права и рисковать судьбой людей он бы никогда не стал даже ради своих собственных целей, но проблема остаётся в другом: Роджер всё ещё здесь, и Брайан не имеет права оставить его в этом мире.
— Мы постараемся разобраться с этим как можно скорее, а пока что Ваши люди могут отдохнуть.
— Моим людям есть чем заняться, — отвечает Брайан, — а от вас я жду взвешенных и объективных решений.
— В этом Вы можете не сомневаться, — отвечает Эбигейл с неискренней улыбкой на губах.
Брайан понимает, что она не горит этим так, как Моррисон или другие учёные, для которых минерал стал смыслом жизни. Люди, работающие непосредственно с перемещениями, видели в этом научный прорыв, способный изменить в будущем жизнь человечества к лучшему. Каждый учёный вложил в эти разработки частичку себя, но винить главный офис Брайан не вправе, они лишь выполняют свою работу и стараются избежать любых жертв.
Брайан выходит из лаборатории с тяжёлым сердцем и горьким предвкушением предстоящего разговора. Теперь, учитывая всё происходящее, скрывать от Роджера правду больше нельзя, ведь, если минерал нестабилен, если разработки закроют, неизвестно, как скоро он сможет вернуться домой.
Он настолько погружён в себя, что не с первого раза замечает темноволосого мальчишку лет девяти около своей машины.
— Ты потерялся? Где твои родители? — спрашивает Мэй, оглядываясь по сторонам в поисках взрослых.
— Потерялся не я. Кажется, ещё вчера ты верил в прекрасное будущее, но уже сегодня живёшь лишь прошлым и постоянно задаёшь себе вопрос, зачем тебе настоящее. Я прав? - нагло отвечает ребенок.
Брайан теряется, он мог бы поверить в то, что ребёнок развит не по годам, но всего на секунду взглянув в чёрные глаза, он видит в них как будто бесконечность космоса и совершенно не детскую осознанность.
