Он выкидывает сигарету и, натянув капюшон пониже на лицо, быстро вышагивает в сторону дома, идёт быстро, стараясь не сворачивать с людных улиц, потому что последнее, что ему нужно - это остаться с каким-то психом один на один в переулке.

Роджер почти уверен, что затерялся в толпе, но, когда до дома остаётся всего несколько метров, Роджер снова видит его и буквально приходит в бешенство. Что же, если этот извращенец так хочет на него посмотреть, Роджер прямо сейчас устроит ему очную ставку. Кулаки просто просятся поскорее проехаться по чужому лицу, больше всего на свете Роджер ненавидит, когда кто-то лезет в его личное пространство, а этот мудазвон вообще все границы нарушил. Роджер решительно шагает на встречу, а мудак этот так и стоит, только пялится в ответ, чем раздражает ещё больше.

— Сейчас тебе глаза на задницу натяну и смотреть будет нечем! — угрожающе бросает Роджер, когда до ублюдка остаётся не больше десяти шагов.

Роджер полон решимости задать преследующему его мудиле хорошую трёпку, но в этот самый момент в него неожиданно влетает какой-то козлина с Брайана ростом и буквально валит Роджера с ног прямо в лужу.

— Сука, твою мать! — разгневанно орёт Роджер, готовый сорвать весь свой гнев на этого слепого рукожопа.

Правда, сказать ничего не успевает: тот спешно разливается в извинениях, помогает подняться и убегает так быстро, что Роджер только и видит, как сверкают его пятки. Тейлор раздраженно смотрит на свою перепачканную одежду и отряхивается от грязи, думая, что, к счастью, до дома не так далеко. Тем не менее, несмотря на казус его энтузиазм не стихает: отметелить ублюдка - теперь дело чести, но когда Роджер осматривается вокруг, то понимает, что извращенца снова след простыл.

— Да что ж за блядство! — рычит Роджер, привлекая к себе недоуменные взгляды людей.

Он словно потерпевший налетает на девушку, что сидит на лавочке чуть поодаль со стаканом кофе в руках.

— Вы не видели, куда ушёл мужчина, вон там стоял, в сером таком пальто, похож на полного психа?

Впрочем, на полного психа сейчас скорее всего сам Роджер похож куда больше. Девушка бегло осматривает его перепачканную одежду и лохматые волосы и испуганно хлопает длинными ресницами.

— Простите, но я не видела никого, — в своё оправдание говорит она.

— Как это не видели? Он стоял прямо там, почти что перед вашим носом! — кричит Роджер, но, слава Богу, разум возвращается к нему быстрее, чем кто-то из прохожих решается вызвать полицию.

Девушка испуганно жмётся к спинке скамейки, не сводя с него настороженного взгляда. Роджер выдыхает и натягивает на лицо кривоватую улыбку.

— Извините, — выдавливает он из себя и снова надвигает капюшон пониже на лицо, побыстрее вышагивая к дому.

Впервые в жизни Роджеру становится по-настоящему страшно, даже когда на них едва не напали скины в тёмной подворотне, он не чувствовал себя настолько беззащитным. Роджер не верит во всякие страшные сказки и мистические истории, но если человек, появляющийся из ниоткуда и пропадающий в никуда, следит за тобой, то это явно не к добру.

Роджер буквально врывается в квартиру, плотно прикрывая за собой дверь. Он падает прямо в коридоре, пытаясь отдышаться и унять бешено колотящееся сердце. Сигареты явно не идут на пользу его лёгким, но это сейчас меньшая из проблем. Роджера трясёт, а ведь, по сути, даже не произошло ничего, но что-то нехорошее - то, что люди обычно называют предчувствием, - то и дело стучит по вискам, он даже не слышит, как подходит Бен, обеспокоенно разглядывая его с ног до головы.

— Роджер, что произошло? — встревоженно спрашивает он, присаживаясь рядом на корточки и крепко сжимая своими тёплыми ладонями его холодные руки.

— Там снова этот псих, — с трудом выдавливает из себя Тейлор, — он ходил за мной, а потом растворился, как будто и не было его нигде.

Бен выдыхает с облегчением: он успел себе надумать такого, что сам Тарантино позавидовал бы сюжетам.

— Тебя это беспокоит? — спрашивает он, отчего Роджер буквально взрывается.

— Да, блять, конечно же меня это беспокоит! Какой-то призрачный мудила преследует меня второй день подряд, и это нихрена не круто, Бен!

Бен сходу понимает, что был не прав. Да, за годы своей актёрской деятельности он привык к повышенному вниманию журналистов, поклонников, и даже фанатичных психов. Просто перестал обращать на это внимание: если у кого-то есть лишнее время, чтобы ходить за ним по пятам - что ж, Бену не жалко, у него-то как раз этого времени нет. Это всё привычно для него, но для Роджера - нет. Роджер ещё не взлетел так высоко, чтобы знать об обратной стороне славы и признания. Нормальному человеку свойственно опасаться всяких идиотов, решивших сколотить на тебе сенсацию. Бену следует это понимать.

— Прости, я идиот, — говорит Бен и помогает Роджеру подняться на ноги, подталкивая его к кухне. Он понимает, что Роджеру бы не помешало привести себя в порядок, но это может подождать, гораздо важнее сейчас для начала успокоить его. — Я понимаю, это всё очень стрёмно и всё такое, но Роджер, этот придурок никакой не призрак, а обычный журналюга из “жёлтой” газетёнки, которому нужно отрабатывать свой оклад.

Харди ставит чайник и насыпает в заварник какую-то травяную смесь, которая вроде как должна успокаивать.

— В этом районе не я один личность знаменитая, тут много таких, вот всякие придурки и бродят тут, фоткают наши рожи после очередной попойки. В прессе много трепались о внебрачном ребёнке Тейлора, вот он и прицепился к тебе. Сделает пару снимков и отвалит, не накручивай себя почём зря.

Бен заваривает чай и ставит чашку прямо перед Роджером, тот крепко вцепляется в нее всё ещё продрогшими руками. Словам Бена хочется верить, и, казалось бы, он всё по полочкам разложил, но внутри всё равно тянет чем-то неприятным, пугающим.

— Роджер? — вопросительно тянет Харди, взглядом спрашивая, всё ли в порядке. Молчание Роджера беспокоит его.

Роджер неискренне улыбается и кивает просто потому, что не хочет грузить Бена ещё больше своими бреднями. Бен возвращает улыбку, но, конечно же, более искреннюю, и мягко прикасается к его плечу, пытаясь поймать взгляд.

— Я в душ тогда забегу. Я быстро.

— Не торопись, — отвечает Роджер, утыкаясь взглядом в свою чашку.

Он старается послушать совета и не накручивать себя почём зря, но сделать это довольно тяжело, когда ты уже и так накручен до предела. Роджер не чувствует себя в безопасности, ему не спокойно и, откровенно говоря, страшно, хотя трусом Роджер себя никогда не считал.

Роджер долго не думает, скорее, поддаётся инстинктам - единственное место, где он всегда чувствует себя в безопасности, это рядом с Брайаном, именно поэтому он звонит ему, сбивчиво рассказывая свою поистине идиотскую историю. Брайан, в отличие от Бена, не просит на это забить и о журналистах не говорит ни слова, а буквально приказывает сидеть дома и ждать его, и Роджера на самом деле это полностью устраивает.

***

За всю ночь Брайану удаётся вздремнуть от силы пару часов. Немолодой организм, давно отвыкший от таких нагрузок, высказывает своё возмущение головной болью и полностью разбитым состоянием. Кофе не помогает взбодриться, а желание распутать ситуацию лишь запутало её ещё больше.

Брайан перечитывает отчёты и вычисления Моррисона, наверное, раз по сто, до того, что может без труда пересказать всё наизусть. Ему приходится вспомнить всевозможные формулы, чтобы в итоге прийти к довольно странным выводам: то, что перенесло Роджера сюда, напоминает такую гипотетическую особенность пространства-времени, что в народе именуется “кротовой норой” или просто “червоточиной”.

Как учёный, Брайан знает, что факт существования “червоточин” весьма сомнительный, с другой стороны, за долгие годы своей жизни он понял, что недоказанное наукой вовсе не означает отсутствие этого явления как такового. В конце концов, было время, когда люди называли звёзды дырками в небе, так что, вполне возможно, что существование “червоточин” не доказано лишь потому, что люди ещё недостаточно продвинулись в изучении космоса, чтобы их отыскать.