После последних указаний начальства оперативники разошлись по своим неотложным делам. Ищенко составил запрос во Владивосток, где запросил информацию по двум потенциальным фигурантам дела. Николай Мягков вместе со стажером стали собираться на место обнаружения трупа с целью более тщательного исследования территории на предмет обнаружения улик, связанных с транспортным средством: отпечатки покрышек, масляные пятна и проч., – а также возможных фрагментов покрова трупа или одежды преступника.

Старлей до сих пор испытывал смешанные чувства, наполнившие его, казалось бы, опытный за пять с гаком лет службы в данном отделе внутренний мир. Ведь он никогда не ставил свои личные интересы выше служебной необходимости, не подставлял товарищей по оружию и всегда был готов работать круглосуточно и без выходных на благо Отчизны. Но почему же тогда, возникают ситуации, в которых он вынужден чувствовать себя виноватым из-за нерадивости или, что еще хуже, по причине отсутствия желания бороться всеми средствами с преступностью в нашей стране.

«Может быть, я просто выбрал не ту профессию, и мне следует срочно переходить в частный сектор на юридическую практику?! Или это просто нервы, и ничего страшного сегодня не случилось?!» – мысленно отправив во вселенную свои риторические вопросы, Степан глубоко вдохнул богатырской грудью и вспомнил, что еще неделю назад обещал Людочке из бухгалтерии принести творожный торт к чаю.

Метнувшись крылатой ракетой в соседний гастроном за означенным кондитерским изделием, Ищенко с видом покорителя женских сердец отворил дверь в кабинет, где находилось рабочее место двадцатипятилетней брюнетки с роскошной фигурой и жизнерадостным характером, которая уже несколько месяцев всеми подручными средствами и возможностями, не выходящими за грани ведомственной этики, пыталась привлечь его внимание.

– Девушки! – четко поставленный голос офицера, с бравым видом крушащего преступность в стране, был, конечно же, обращен в сторону Людмилы Пороховниковой, однако все три пары глаз, уставших от бесконечных таблиц бухгалтерской отчетности, устремились на красавца-парня, не обремененного семьей, но слывшего во всем городском отделе полиции одним из самых завидных женихов в служебной форме, – Для вашего кипятка имеется самый вкусный на Дальнем Востоке творожник.

Глава 9

Возможно, чайная церемония в Шанхае и представляет для гурманов этого действа экстаз души и тела, но неискушенные представители отечественных стражей порядка привыкли по большей части совмещать пакетированный черный чай с кипятком в традиционных полулитровых кружках из китайской же керамики, а прилагающаяся незатейливая гастрономия в данном случае может только усилить желание приобщиться к традиции ведения душещипательных бесед. Кстати, ведровые тульские самовары были в свое время ориентированы именно на этот аспект жизни русского человека, готового не только много работать в поле на этапе произрастания растительной пищи, но и расслабиться за трапезой после сбора, конечно же, урожая.

– Степушка! – начальница этой части полицейского отдела моментально передвинула огромные очки в роговой оправе с переносицы на кончик носа легким движением головы (без участия рук, между прочим, что говорило о достаточно высоком уровне подготовки!), – давно ты к нам не заходил, гость дорогой!

– Марья Ивановна, у вас всегда столько дел, ведь бухгалтерия – это основа не только экономики страны, но даже и правоохранительной ее части, – Степан был несказанно рад поймать на себе очаровательный взгляд Людмилы, а потому в данный момент времени улыбнулся бы даже Кларе Цеткин, которая была для него настоящим воплощением женской анти-красоты.

Удивительно, но все присутствующие в кабинете женщины были очарованы бравым старлеем. Так, начальница бухгалтерии видела в нем идеальное будущее российской полиции, которая, наконец-то, наведет порядок в стране, искоренив преступность, что не удавалось в свое время далее Жиглову с Шараповым. Людмила Пороховникова влюбилась в него с первого взгляда и просто таяла, когда их глаза встречались где-нибудь в коридорах отдела. А Ниночка, которая работала в этом оплоте порядка и закона только в течение одного года, автоматически впитывала в себя традиции места и безоговорочно прониклась общей атмосферой благожелательного расположения к красавцу-парню со свободным сердцем и открытой душой.

Про красавца-парня, в-частности, и о мужской красоте, зачастую принимаемой за брутальность или мужественность, как указано в академических справочных источниках, в-общем, можно рассуждать долго. Причем народная мудрость на этот счет очень лаконично говорит: «На вкус и цвет товарищей нет!», что, однако, не помешало всем трем разновозрастным представительницам прекрасного пола, разум которых большую часть суток занят всевозможными подсчетами денежных средств, выделяемых государством и успешно растрачиваемых стражами порядка, в той или иной мере сформировать консолидированное позитивное мнение о Степане Ищенко.

Зная о таком подарке судьбы, полицейский поручик, между прочим, не злоупотреблял своим оглушительным успехом на работе и заходил в финансовую обитель родного заведения не так уж и часто. А потому каждый раз на этапе приветствия получал добрую выволочку за невнимательность, после чего уже окунался с головой в океан женского обожания.

– Ниночка, отвлекись, пожалуйста, от квартальной сметы и приготовь все для чаепития с дорогим гостем, – Марья Ивановна прекрасно знала цель визита Степана, а потому на свой манер пыталась растормошить Людмилу созданием некоего подобия конкуренции с молодостью в лице молодой сотрудницы, которая, как и ее подруга была не стеснена брачными узами.

– Конечно-конечно! – непослушные кучеряшки каштановых волос на висках очень гармонично сочетались с веснушками на носу и ямочками на щеках, вопиющих о том, что русская красота, оказавшаяся в дальневосточном краю раскосых людей, является здесь более экзотичной, чем среднестатистической, – Я мигом! Степан Харитонович, присядьте на этот стул.

Жест рукой в сторону тематического предмета мебели красноречиво указывал в направлении подруги, которая еще не подала ни единого звука, как бы наказывая оперативника за его повышенную занятость, несовместимую с визитами в бухгалтерию. Кстати, вокруг этого кабинета всегда кружит масса людей в эполетах, считая, что встреча с Ниночкой или Людмилой, например, в коридоре может стать счастливой приметой на весь день.

«И вот при таком-то отношении сослуживцев именно тот единственный желанный гость, который мог бы создать прекрасное настроение на весь день и даже тот коварный момент перед сном, когда девичьи грезы особенно требуют романтики, как раз и избегает моего внимания. А ведь прекрасно знает, зазнайка, что мое сердце начинает усиленно качать кровь по всему телу, включая те места, думая о которых лицо начинает приобретать пунцовый цвет» – мисс Пороховникова бессмысленным взглядом блуждала по экрану монитора, где таблица бухгалтерского отчета требовала максимальной концентрации – «До каких пор мне мучиться-то?! Сегодня я этого хама или скручу в бараний рог, или поставлю точку в этой части своей жизни, освободившись от груза взаимонепонимания!»

Картина маслом, как говорят у них в Одессе! Беседа еще не началась, патроны еще не нашли свое место в магазине автомата, стрелковое оружие продолжает благополучно стоять в оружейке на предохранителе, а боец уже в своих мечтах поразил сотни противников, причем не получив сам ни царапины.

– Людмила, ты еще долго с отчетностью ковыряться будешь?! – начальница делала понимающий вид, что молодая женщина крайне занята, тем самым, как бы, оправдывая ее не совсем адекватное поведение, – К нам Степан Харитонович пожаловали с наивкуснейшим творожником….

– Марья Ивановна, мне тут еще некоторый момент нужно уточнить… боюсь сбиться, – короткий выстрел метким взглядом на мужчину мечты и мгновенная реакция физиологии, которая откликнулась повышенным сердцебиением и глубокими и прерывистыми одновременно, что исключено в принципе при обычных условиях, вдохами и выдохами.