И пряча взгляд, Римус двинулся в конец кабинета, как вдруг перед самым выходом его осенило. Дело дрянь — тут без вопросов. Но из любой ситуации ведь можно выжать хоть что-то хорошее.

— Профессор Макгонагалл, — обернулся Римус, — а кто теперь станет вторым префектом Гриффиндора?

— А у вас имеются рекомендации? — Ведьма перевела на него поверх овальных очков заинтересованный взгляд, и один уголок губ Римуса заговорщически приподнялся.

О да. Есть у него кое-кто на примете.

Стоило переступить порог, душевный подъем, которого совсем нельзя было ожидать, следуя за деканом полчаса назад, развеялся, а вместо него… ничего не появилось. Вообще-то, Римус остолбенел. Так-то он уже смирился с мыслью, что друзья будут подстерегать его за дверью. Однако за ней его подстерегал абсолютно пустой коридор, за исключением косящихся на него и громко перешептывающихся девчонок возле дальней колонны.

— Дверь, мистер Люпин! — Ударил в затылок грозный оклик, и Римус, опомнившись, шагнул в сторону, разворачиваясь и закрывая кабинет, как едва не подпрыгнул, обнаружив того, кого эта самая дверь загораживала.

— Удивлен? — Выгнул бровь Сириус, отпрянув от стены и убрав до этого сложенные на груди руки в карманы.

Охренеть как удивлен! Куда опять слиняло его чутье?!

— Немного, — оглянулся Римус, почему-то отступая на шаг, — ты один?

— Отправил остальных на обед, — стальным тоном пояснил Блэк, — ты в любом случае отхватишь от Сохатого, но полный желудок поумерит его праведный гнев.

Судя по всему, тот знал, о чем говорил. В этом году Сириус, как никто другой, получал от Джеймса, а ведь раньше Поттер чуть ли не возглавлял его немаленький пищащий фан-клуб.

Закравшееся подозрение моментально свернуло ему шею, и Римус повнимательнее окинул следящих за ними пятикурсниц. Розовые щёки, влажные взгляды и неровное дыхание. Ну, точно. Он-то подумал, они обсуждают случившуюся драку [избиение, Римус], но им не было до него никакого дела. Даже если Дамблдор сделает сальто посреди Большого зала и сядет на шпагат — это вряд ли переплюнет главную новость дня. Что уж там, давайте поместим её на первую полосу «Ежедневного пророка».

Жирным-вырви-глаз шрифтом: Сириус Блэк снова свободен!

И невольно цокнув в адрес трепещущих фанаток, Римус отвернулся от них к буквально сканирующему его Блэку. Черт. Негодование плеснулось в пустой изнывающий желудок. Может, Сириус и его «отправит» на обед?

— Чем отделался? — Кивнул тот на дверь, делая ещё шаг навстречу.

— Выговором, — пятясь назад, — и меня разжаловали.

— Так ты больше не староста? — Как ни в чем не бывало продолжил надвигаться Сириус.

Приём, мы, вообще-то, на людях! И Римус резко остановился, вытягиваясь в полный рост и кидая Блэку вызов. Тот, покатав язык во рту, хитро прищурился, морща нос, но прекратил наступление, сохранив дистанцию едва ли больше половины метра.

— Хоть бы притворился, что расстроен.

— Зачем? Мне твоё понижение на руку, — в серебристой радужке блеснуло что-то откровенное, и у Римуса по загривку пробежала волна мурашек, — меньше будешь шляться хрен знает где после отбоя, — картонно улыбнулся Блэк.

— Ну, я твоей радости не разделяю, — намеренно саркастично охладил пыл Римус. Хватит уже играть. И взгляд Сириуса, отвлекшись на чересчур громко захихикавших девчонок, сменился с испытывающего на снисходительный и вернулся к Римусу каким-то тоскливо-утомлённым.

— Не хочешь сбежать? — Без особого энтузиазма спросил тот, словно не надеясь, что Римус согласится. И он вопросительно вскинул подбородок, так как для начала нужно больше информации, чтобы знать, от чего отказываться. — Хогсмид же тебе не запретили. Можем взять еду с собой и свалить куда-нибудь подальше.

Воистину заманчивое предложение. Всё в Римусе отвергало мысль появляться в Большом зале. Кроме начинающего поедать самого себя желудка, конечно — ему было без разницы, где Римус его подкормит. Заманчивое, безусловно. Только оно полностью противоречило исходному плану, который покрылся прахом, но его ещё возможно было оттряхнуть и привести в приемлемый вид. Первым делом Нейт, и только потом Сириус.

И не смотри так на меня, Мерлин подери!

Римус выдохнул в сторону, определенно сдавая позиции перед ненавязчиво ожидающей ответа и следящей за ним парой немигающих глаз. Ну, от перестановки слагаемых ведь сумма не меняется, — зашептал на ухо елейный голосок, точно не принадлежащий совести.

— Да, — гореть тебе в аду, Римус, — погнали, — рванул он вперед, обойдя приофигевшего Блэка.

Сириусу понадобилось несколько секунд, чтобы поравняться с ним, и он без сомнений подавлял лезущую наружу довольную улыбку.

Негласно решив не дразнить судьбу, заглядывая на кухню, что так близко от гостиной Пуффендуя, они окольными путями добрались до «Трёх мётел». Римус спустился по стене рядом с черным ходом на корточки и закурил сигарету, которая после первой же затяжки воткнулась в сугроб, потому что с голодухи от никотина сразу закружилась голова. И пока он старательно пытался сфокусироваться на расплывающемся дереве, Сириус внутри таверны закупался провиантом.

Ой, Римус, а что это у нас? Не двойные ли стандарты? Блэк там, небось, сейчас отдаст больше, чем за Курс Трансгрессии. Но гордость, видимо, подняла лапки кверху.

— Кончай загорать, — упал ему на колени внушительный пакет, выдохнувший в лицо говяжьей вырезкой и только-только испеченным хлебом. Второй пакет в руках Блэка, судя по форме, скрывал пузатую бутылку.

— Это ведь не то, о чем я думаю? — Поднялся Римус, отряхивая мантию.

— Нам нужно будет согреться, — невинно пожал плечами Сириус и направился к дорожке. Неисправимый.

Спустя минут пятнадцать прогулки в гробовом молчании, они подошли к границе Хогсмида, разместившись на идеально подходящем в качестве скамьи камне под украшенной алыми гроздями со снежными шапочками рябиной. Притом всю дорогу Римус шёл за Сириусом, словно знающим конечный пункт назначения. Очевидно, он не раз приходил сюда… может, с Марлин? Но в случае Сириуса, ответ — вряд ли.

Римус поставил пакет с краю, достал из него первую пару ароматных сэндвичей с мясом и завис.

— Твои с салатом, — пояснил гремящий кружками на другом краю Блэк, — ты же у нас за здоровый образ жизни.

Римус, закатив глаза, пихнул его под держащую непрозрачную бутылку руку. И когда Сириус её открыл, из горлышка повалил белесый пар. Нет, даже если зрение от слепящего, отражающегося от снега солнца у него и забарахлило, то обоняние точно не могло подвести.

— Кофе?

— А ты о чем подумал? — Явно забавлялся Блэк, даже не исполняя в полную силу оскорблённость. — Кто я, по-твоему, чтобы пить до трёх часов дня?

— Вот было бы полчетвертого, — принимая из его рук кубок, отбил Римус, и Сириус забрал у него свой сэндвич-нормального-человека, усмехнувшись, но оставив раунд за ним.

Они молча съели по одной порции, а потом ещё по одной. Потому что были голодными, а не потому что тянули время. Накопившиеся вопросы для обсуждения терпеливо ждали в сторонке — им уже не привыкать. С их местечка открывался вид на покрытое ровным слоем снега поле, на дальнем краю которого стоял старый таксофон. От него же брали начало жилые деревенские домики, уплотняющие свои ряды к возвышающемуся замку и переходящие в торговую улицу. Там было шумно. Под укрывающей их с Сириусом рябиной — тихо. Спокойно.

Пока что.

Римус, разделавшись с сэндвичем, вытер пальцы о салфетку и протянул кружку Сириусу. Через минуту, когда тот тоже закончил есть, она вернулась снова наполненной горячим напитком. Римус любил кофе с молоком и корицей. Сириус — чёрный.

Это был кофе с молоком и корицей.

— Знаешь, Лунатик, ты в полном праве и мне врезать… — открыл пачку Пэлл-Мэлла Блэк, но не спешил доставать сигарету, — это ведь месть за ту недодуэль в кабинете Слизня. Не понимаю только, на кой Нюниусу подставлять тебя? Он либо настолько отупел, что не может нас отличить, либо слишком умён, — Сириус задумчиво обвел пальцем крупные белые буквы на красной полосе упаковки и перевел на него цепкий взгляд, — изощрённо же.