Убедившись, что профессор Бинс заинтересован исключительно в гоблинских войнах, Эван легко и тихо переместился на соседний ряд и сел возле Гекаты.

— Стоит мне знать, что у тебя на уме? Ты смотришь на меня всё занятие.

Геката вскинула смоляную бровь.

— Ты и сам не обделяешь меня взглядами, Эван, так что не тебе возмущаться, — она горделиво ухмыльнулась и тихо заметила: — Несмотря на увещевания мадам Друэллы, я сомневаюсь, что это из-за любовного интереса ко мне. Так чего ты хочешь?

«Стало быть, после моего отказа от Гринграсс тётушка Дру переключилась на Паркинсон?» — с досадой подумал Эван, но нашёл в себе силы подавить негодование в зародыше.

— Среди девочек на младших курсах у тебя много влияния.

— Не спорю, — она отвлеклась, чтобы послать сладко-издевательскую улыбку Гринграсс и Фарли. Те удивительно синхронно поджали губы, и Геката, довольная собой, уточнила: — Но что именно тебе нужно, Эван?

Эван наклонился к самому её уху, вдыхая сладкий аромат цветочных духов:

— Пара девчонок не с нашего курса, похожих на Уолтера: с большим желанием сделать мир лучше, но без понимания, как именно это осуществить.

— И как же сделать мир лучше? — шепнула в ответ Геката.

— Указать грязнокровкам их законное место, — уверенно произнёс Эван. — Бенсон послужит хорошим примером.

За доли мгновения в карих глазах Гекаты сменились десятки мыслей. Затем девушка улыбнулась.

— Не могу не согласиться с тобой. Но знаешь, Эван, девушке бывает сложно проецировать авторитет, не имея определённых символов положения в обществе…

Эван коротко закатил глаза. Вот поэтому он ненавидел иметь дело с девчонками.

— Каких конкретно, Геката?

— Я выпишу тебе номера из каталога «Ювелирного салона Хофманна», — окатила его уверенной улыбкой Паркинсон.

— После того, как дворовая сучка получит своё, — процедил Эван, не сдержавшись.

Геката разом перестала улыбаться. Сжала под партой его руку.

— Сучка получит, Розье. Я тоже этого хочу.

Чем грязнокровая дрянь не угодила ей, Эван допытываться не стал: это наверняка что-то глупое, девчоночье. Поэтому до конца занятия он, пусть и остался рядом с Паркинсон, не проронил ни слова, а затем отправился в библиотеку, чтобы провести пару часов до ужина за разбором новой темы по чарам. Холмс двинулся в том же направлении, держа, впрочем, от одноклассника дистанцию. Его взгляд Эван чувствовал спиной, но старался не заострять внимание. Если Геката не подведёт, у Холмса в скором времени прибавится причин волноваться — скорее бы! Уповая на это, Эван добрался до библиотеки и, отобрав нужные книги, занял место рядом с Регулусом Блэком.

Кузен лишь рассеянно кивнул в ответ на его приветствие. Он что-то читал, как бы невзначай закрывая рукой название книги, то и дело принимаясь отрешённо рассматривать пространство — обдумывая. Что за тема так глубоко захватила Рега, Эвана мало волновало. Ему не нравились они оба — что Рег, что Сириус, хотя и по разным причинам. Сириус при всём своём потенциале уже сейчас метил в предатели крови. Регулуса было просто не за что уважать. Пока Эван старался не ссориться хотя бы со вторым, но приближался день, Эван чуял, когда младший кузен выслушает от него немало «ласковых».

Так или иначе, Эван устроился и открыл учебники, стараясь не зацикливаться на мыслях о Блэках. Холмс, он заметил украдкой, завёл вежливый разговор с Эшли Шелби, в ходе которого последний предложил грязнокровке сесть за его столом. Эван мимолётно поморщился — он никогда не понимал Шелби, а ещё больше Рабастана, связавшегося с этим сомнительным типом со смешанной родословной.

На удивление, Рег тоже уставился в их сторону, причём на этот раз вполне осмысленно. Когда же в общении Шелби и Холмса наметилась пауза, Рег и вовсе встал и направился к их столу. Эван поднял голову от конспектов, прислушиваясь.

— Добрый день, — перво-наперво поздоровался Рег, такой правильный, такой выдрессированный. Когда Шелби и Холмс кивнули, он степенно продолжил: — Эшли, насколько я знаю, ты посещаешь курс магловедения?

— В числе прочих, — наклонил голову Шелби и поправил очки.

— В таком случае, могу я спросить?

— Разумеется.

— Освещаются ли на данном курсе причины рождения волшебников в магловских семьях?

Эван едва не охнул вслух. Шелби приподнял брови. Холмс остался непроницаем.

— Прости, Регулус. До сих пор, а это третий год изучения предмета, мы не касались данной темы, — после заминки ответил Шелби.

— Понятно, — Рег сник, но попытался это скрыть. — Спасибо.

— Возможно, я в состоянии по крайней мере выстроить предположение.

Все одномоментно повернулись к идеально спокойному Холмсу. Захлопнув учебник, Эван решительно подошёл и встал рядом с Регом.

— Основываясь на чём? — спросил он вызывающе и подозрительно одновременно. Сердце колотилось: случай подвёл его как никогда близко к разгадке тайны, добраться до сути которой Эвану столь отчаянно требовалось, чтобы удержать и увеличить свой авторитет. В отличие от Гекаты, Эван не мог заполучить его, обвесившись дорогими безделушками.

— У меня имеется доступ к литературе, которой вы не обладаете, — ровно ответил ему Холмс, после чего посмотрел в глаза Регу. — Генетика.

— Что?

— Наследственность.

— Наследственность, — кивнул Регулус знакомому термину, и Холмс продолжил:

— Это основная причина, почему каждый человек выглядит так, как выглядит, в определённой мере даже является тем, кем является. Каждый физический признак, который несёт человек, имеет под собой материальное основание — ген или же их группу.

— Что такое «ген»? — заинтересованно спросил Регулус и опустился на стул напротив Холмса. Откинувшись на спинку собственного, Эшли Шелби наблюдал за разговором с непонятным выражением на лице. Эван сложил руки на груди.

Холмс выдвинул на середину стола справочник по заклинаниям.

— Если выражаться образно, один ген — это одно предложение в книге наследственности, заключённой в каждой клетке человеческого тела, — видя, как удивлённо расширились серые глаза Рега, Холмс вздохнул. — Тело состоит из клеток — микроскопических ячеек, содержащих мини-органы, обеспечивающие их работу, а также носитель наследственной информации — ДНК, особый вид кислоты, на которой закодированы сведения о признаках особи.

— Закодированы — в формате чего? — спросил Рег. — И как на кислоте может быть что-то закодировано? Она же разъедает всё, чего касается, разве нет?

Впервые на памяти Эвана лицо Холмса приняло беспомощное выражение. Взял себя в руки он как обычно быстро.

— Не каждая кислота разъедает, Регулус. Но ты прав в том, что многие из них обладают такими свойствами. Однако ДНК особенная. Без неё невозможно существование ничего живого.

— Что за бред? — хмыкнул Эван. — Какие-то кислоты, ячейки… Давай лучше вернёмся к урокам, кузен.

— Подожди, Эван, — на удивление властно поднял руку Регулус. — Я хочу услышать объяснение до конца.

Холмс посмотрел на него как-то по-новому. Эвану их полуневербальная прогрессия навстречу друг другу всё больше не нравилось.

— Я не уверен, что сумею дать тебе всё объяснение здесь и сейчас. Тебе не хватает базовых знаний.

— Где я могу их получить?

— Из магловских учебников химии и биологии.

Регулус заметно побледнел. Эшли сузил глаза за очками. Эван опустил ладонь на плечо кузена.

— Грязнокровка издевается над тобой, Рег. Пойдём.

Но Блэк повёл плечами, стряхивая его руку. Взгляд мальчишки не отрывался от Холмса.

— В магловских учебниках? Серьёзно?

— У маглов нет магии, поэтому они ставят во главе угла науку, — Холмс сардонически скривил губы. — В сравнении с волшебниками, по крайней мере.

— И в их учебниках в самом деле написано про клетки, ДНК и наследственность?

— Да.

— Эшли, — Регулус повернулся к Шелби. — Ты сможешь для меня их достать?

— Вопрос цены, Регулус, как всегда.

— За деньгами я не постою, — Блэк гордо вскинул кудрявую голову. — Добудь для меня эти книги, пожалуйста, и тогда, Холмс, мы продолжим разговор.