Кастиэль будто увеличился в размерах, раздавшись в плечах и угрожающе возвышаясь над всеми остальными. Даже рой, казалось, в первый момент удивился, но его атаку демон с лёгкостью отбил материализовавшимся из пустоты огромным мечом. От сиявшего тёмной энергией лезвия в воздухе клубились вихри, а соприкоснувшиеся с ними частицы роя падали, как подкошенные, рассыпаясь прямо в воздухе в пыль. Ещё пара взмахов меча, и рой, благоразумно сжавшись в плотный комок, скрылся в зарослях неподалёку, будто его и не было. Небо посветлело, и солнце вновь показалось из плотных слоёв тумана.

— Кастиэль!

Дин услышал свой собственный отчаянный вскрик, показавшийся в тот момент слишком хриплым даже ему самому. Демон резко обернулся, не выпуская из рук меча, и вид его был откровенно угрожающим. Глаза полностью заволокла тьма, игравшая зловещими синими всполохами, развевавшиеся на ветру чёрные одежды, нисколько не напоминавшие прежде надетые на маге вещи, клубились сероватой дымкой, а руки яростно сжимали рукоять оружия, готового в любой момент обратиться против недавних союзников. Кастиэль явно не узнавал их, и это было плохо. Очень плохо, потому что вместо одного могущественного противника они внезапно обрели другого, совсем недавно ставшего их единственной надеждой.

— Бейте в основание крыльев, это место самое уязвимое, — коротко бросил за спиной Дина Михаил, и Винчестер вздрогнул, будто проснувшись. Разумом он понимал, что короткая минута ошеломления Кастиэля долго не продлится, и это единственный их шанс, поскольку использование Истинной Сути явно свело наставника с ума. С другой стороны, сердце отчаянно не желало выступать против того, кто стал ему необычайно близок за истекшие месяцы. К тому же, краем глаза он видел, как мелко дрожат от напряжения стиснутые на рукояти пальцы Кастиэля, и этот признак отчаянной внутренней борьбы окончательно определил его дальнейшие действия.

— Назад! — резко выкрикнул он, заслоняя демона собой и чертя на земле между ними и остальными самые мощные из известных ему защитных рун. — Иначе мне придётся применить магию против вас.

— Безумец, — воскликнул кто-то из свиты Михаила. — Ты не понимаешь, что творишь…

— Молчать! — неожиданной поддержкой рявкнул Михаил, и Дин потрясённо заглянул в его глаза, видя в расширившихся зрачках Архимагистра то, что сейчас происходило за его спиной.

Пелена тьмы, будто змеиная кожа, сползала с неподвижной фигуры Кастиэля, и одновременно тот на глазах терял в размерах, становясь обыкновенным человеком. Крылья с громким хлопком исчезли, а вслед за ними рассыпался в судорожно сжатой руке призванный им адский меч. В следующий момент ноги демона подогнулись, и тот как подкошенный рухнул прямо на усыпанную останками роя смятую траву.

Дин не помнил, как они возвращались, но оказавшись в башне, сразу же заперся вместе с наставником в комнате младших, прежде принадлежавшей ему самому. Демон до сих пор не пришёл в себя, а настороженно косившиеся на необычайно возбуждённого Дина Сэм с Габриэлем благоразумно молчали, пока он сосредоточенно чертил добрую дюжину охранных заклинаний на пороге запертой на ключ двери. Башня словно разделилась на два враждующих лагеря, и старший Винчестер не желал рисковать. Только не сейчас.

— В моей свите есть целитель, — устало заметил Михаил, когда он ближе к вечеру выбрался из своего укрытия, чтобы взять что-нибудь поесть и прихватить необходимые для зельеварения ингредиенты. Габриэль на полном серьёзе заявил, что может изготовить напиток, способный быстро поставить Кастиэля на ноги, и Дин склонен был ему верить. Балагур и вечный шкодник, ангел уже сейчас прославился в Академии своими способностями к поистине чудодейственным снадобьям, а им жизненно требовалось сейчас хоть какое-то чудо.

— Я Вам не верю, — отрезал Дин, прижимая к груди раздобытое и осторожно отступая к лестнице. — К тому же, Ваши целители едва ли в курсе, как побороть последствия использования этого заклинания.

— Ты не прав, — неожиданно покривился Михаил. — Кастиэль нужен мне, чтобы осуществить задуманное, к чему мне убивать его?

— Не Вы ли распорядились бить в самое уязвимое? — гневно бросил ему в лицо Дин. — Или я должен забыть?

— Он мог не очнуться, — тихо заметил Архимагистр.

— Чёрта с два Вы его убьёте!

В лаконичной фразе прозвучало столько экспрессивной ненависти, что Михаил невольно отшатнулся и, покачав головой, ушёл назад в библиотеку, откуда доносился нестройный хор голосов его последователей. Дин же вернулся в свою комнату, абсолютно не зная, что будет делать, реши остальные применить против них объединённые воедино силы. Явный численный перевес и куда более обширный жизненный опыт не сулили хорошего исхода, но сдаваться на милость думающего только о своей выгоде подлеца он не собирался. И Кастиэля отдавать тоже. Плевать на данную против желания клятву.

— Сейчас всё будет, — заверил получасом спустя Габриэль, с набитым едой ртом возясь возле наскоро оборудованной на столе в углу мини-лаборатории. В поставленной на огонь плошке что-то скворчало и бурлило, а ангел с сосредоточенным видом обрывал листки у принесённых Дином травок. Выглядел он уверенно, и эта уверенность странно успокаивала взведённые до предела нервы старшего Винчестера.

— Готово, — Сэм тронул брата за плечо и жестом указал на укреплённый стихией земли охранный щит у двери. Дин благодарно кивнул – неожиданная поддержка младших растрогала его сильнее, чем должна бы, но он не думал сейчас о внешнем.

— Ложитесь спать, — распорядился он, встретившись взглядом с закончившим с работой Габриэлем. Готовое зелье мирно остывало во флаконе на подоконнике, но Дин пока не готов был дать его Кастиэлю.

Ангел кивнул и потянул за руку Сэма. Через несколько минут они уже мирно спали, бросив на пол у стены вытащенные из шкафа одеяла. Дину же было не до сна. Присев возле постели, он напряжённым взглядом следил за едва вздымавшейся дыханием грудью наставника, и сердце его полнялось горечью. “Крылья – самое уязвимое место”, – вспомнились слова Архимагистра, и Дин заскрипел зубами, вскакивая со стула.

Флакон из толстого стекла, в который Габриэль слил получившееся зелье, грел ладонь не до конца испарившимся теплом. Внутри медленно колыхалось нечто полупрозрачное с вкраплениями крошечных точек зелени. Дин повертел сосуд в руке, задумчиво разглядывая его на свет. Вынул пробку, понюхал и капнул каплю на язык. По комнате поплыл густой запах трав, такой знакомый по экспериментальным занятиям в Академии, только в напитке ангела присутствовали какие-то дополнительные компоненты. Настал момент истины.

— Я тебе верю, — прошептал он, мазнув рассеянным взглядом по свернувшемуся клубком рядом с братом Габриэлю и шагнул в сторону кровати.

Склонившись над неподвижным больным, он осторожно смочил потрескавшиеся губы напитком. Сомкнутые ресницы чуть дрогнули, демон инстинктивно сглотнул влитую с ложечки жидкость. Дин повторил свои действия ещё раз и ещё, искренне надеясь, что небольшого количества лекарства будет достаточно, чтобы вырвать Кастиэля из тисков мертвенного забытья. Показалось или нет, но кожа демона приобрела за последние часы несколько более живой оттенок.

Младшие давно спали, да и в библиотеке за стеной стихли голоса, когда руки Дина осторожно коснулись чужие пальцы. Контакт был каким-то рваным и неуверенным, но смотревшие знакомой синью глаза Кастиэля нисколько не напоминали то существо, в которое он превратился сегодня днём. Демон слегка сжал его руку и тихо произнёс: “Спасибо”. А затем добавил без единой нотки привычной сварливости: “Но когда всё закончится, ты неделю будешь мыть пробирки за то, что не сдержал слово”.

Дин тихо и облегчённо рассмеялся, легонько сжав кисть демона в ответ. Кастиэль был тёплым и вновь ругался, а значит, опасность миновала.

Комментарий к Глава 24. Враги и друзья

https://vk.com/photo-156701226_457242800

========== Глава 25. Во имя стихий ==========

— Надеюсь, у нас всё получится.