Тот слегка нахмурился и покачал головой. У него было непривлекательное, но выразительное лицо с пронзительными, умными глазами. В этих глазах Анна прочла осуждение.
-Простите, ваше светлость, но такого я никогда не говорил. Я говорил лишь что ПОСТУПКИ И ДЕЙСТВИЯ короля зачастую не слишком умны по причине юности и неопытности, а так же некоторого упрямства и своеволия, склонного опять же молодости и впечатлительности..и если бы Господу Богу не было угодно призвать его так рано, не сомневаюсь, с годами король стал бы достойным монархом и мудрым правителем.
Анна невольно усмехнулась. Этот человек всегда найдёт что сказать.
-Должен вам сказать, что там в коридоре,- Коммин кивнул в сторону двери.- Монсеньёр де Леваль в страшном отчаянье лежит на полу и бьется головой, проливая слезы, и признаюсь, что никогда не видел такой глубокой скорби придворных..Король был с ним особенно близок?
Анна недоуменно пожала плечами.
-Не все были такого пренебрежительного мнения о моем брате, как вы.
-Я всегда отмечал душевные качества короля,- заметил тот и подошёл ближе к кровати.
Анна теперь уже с большим вниманием посмотрела на советника. Тот присел рядом с ней на кровать и положил руку на покрывало.
-Незадолго до свое кончины он удивил меня своими словами. Он сказал..- Коммин неожиданно достал из кармана маленькую записную книгу,- Я записал это. Он сказал: «Я часто пренебрегал вашим мнением, Коммин, единственно потому что вы были другом и помощником моего отца, а я во всем хотел быть непохожим на него. Но я был не прав и признаю свои ошибки. Я хочу быть достойным монархом для Франции и отныне обещаю прислушиваться к вашим советам и не позволять личным чувствам и прихотям руководить мной и затмевать голос разума.» Мне показалось,- продолжил Коммин,- что он искренне желал жить добродетельной жизнью и раскаивался в своих грехах. Меня тронула эта пламенная речь. И хоть я помнил о его впечатлительности, и переменчивости настроения, я своими глазами наблюдал поступки короля в предшествующие дни, говорившие о его намерениях. Он пересмотрел собственные расходы, значительно урезав ту часть, что шла на увеселительные мероприятия, щедро раздавал милостыню, исповедовался, был скромен в желаниях..Я обещал во всем ему помогать.
-Я жалею только об одном, Коммин,- вздохнула герцогиня.- Что моя последняя встреча с братом была такой печальной, а наше расставание полным обид. Но вы утешили меня своим рассказом.
-Я сказал королю, что потеряв Италию и свои победы, он между тем сохранил нечто намного более важное..- после некоторого молчания произнёс советник.- Королевскую честь и достоинство. Я не успел сказать ему, но говорю это вам, герцогиня… Я всегда уважал и восхищался умом и талантами вашего отца…но у короля Карла,его сына, было одно важное качество, которого был лишён король Людовик..и которое, как мне кажется, в будущем станет важным и основополагающим в успешном управлении государств..
-Да? И какое же?- спросила Анна.
-Подлинно Доброе сердце и искреннее благородство души,- мягко произнёс Коммин.- От того я ни в чем не держу на него зла и искренне скорблю о его кончине..
Анна посмотрела на Филиппа де Коммина и, почувствовав, что силы вновь покидают ее, уступив место отчаянному горю, заплакала, склонив голову на плечо мужчине.
На Амбуаз опустилась ночь. Первая ночь после смерти короля Карла VIII.
Шарлотта осталась ночевать в спальне королевы, потому что не должна была оставлять Анну одну в такую трудную минуту и потому что сама не хотела оставаться в одиночестве. Разговор с Ги, его признание, шокировало ее. Внезапная смерть короля и так стала ударом, но то, что что рассказал ей Ги причинило Шарлотте особую боль. За все время, что они были вместе, она любила его и восхищалась им за его прекрасные душевные качества – доброту, мягкость, искренность, нежность. Она хотела видеть своего мужа таким человеком – благородным и великодушным, чуждым этим ужасным интригам, алчности, тщеславию, жестокости и другим чертам, которые она видела в мужчинах, в том числе в своей семье. И ведь Ги по-прежнему оставался таким…он не причинил никому зла, не сделал подлости..он просто…он не сделал другого, не менее важного. И она не могла больше его уважать, вот что было страшнее всего. Возможна ли любовь без уважения? Шарлотта сомневалась теперь в этом. Она пыталась найти в уме много причин для оправдания и даже находила их…и главным было глубокое горе и раскаяние, которое обрушилось на Ги со смертью короля. Он ведь уже осудил себя и намного строже и ей необходимо простить его…и она простит. Но нет, любить его как раньше, смотреть как раньше. Она больше не сможет.
Королева так же вызывала беспокойство. С того момента, как было объявлено о смерти короля, она удалилась в свою комнату и несколько часов подряд просто сидела у окна,в одной позе, смотря перед собой. Она не плакала и это было хуже всего, ведь со слезами приходит облегчение. Никто не решался ее потревожить, и Шарлотта чувствовала ужасную беспомощность. Почему это горе пришло к ним вот так? Ведь должен же быть у всего этого какой-то смысл? А что если его нет?
«Бедная Анна, столько беды на нее свалилось за эти два года..потерять любимого сына, новорожденных детей и супруга..мое горе не идет ни в какое сравнение с ее, но она проявляет стойкость..»
В какой-то момент в комнату постучали, и Шарлотта увидела одного из советников короля – Филиппе де Коммина. Он поклонился королеве и протянул ей пухлый конверт.
-Ваше величество..я пришел выразить вам свои глубочайшие соболезнования и отдать то, что как мне кажется, отдать теперь я обязан, - он был очень серьезен. – Здесь письмо короля Карла,которое он написал в ночь накануне великой битвы при Форново, и которое завещал мне отдать вам в случае его кончины. И пусть срок пришел лишь ныне, так как он не делал никаких иных распоряжений, я считаю своим долгом отдать его вам теперь..
Анна поблагодарила советника и взяла письмо. Некоторое время она рассматривала его,потом вскрыла конверт и достала оттуда не один, а несколько исписанных листов. Шарлотта почувствовала, что сейчас ей следует оставить королеву наедине со своими мыслями и посланием ее мужа и осторожно вышла из комнаты. Она почти сразу столкнулась с кардиналом Брикконе, который был очень рад ее видеть.
-Как ее величество? Я очень беспокоился о ее душевном состоянии, -взволнованно произнес кардинал.
-Королева как всегда проявляет необычайное мужество, -кротко произнесла девушка. – Она не плакала, но я вижу, что страдает она так глубоко, как способна страдать только она одна.
-Для всех нас это большой удар..
Они поговорили немного. Шарлотта была рада поддержать разговор хоть с кем-то, а кардинал Брикконе всегда был ей симпатичен.
На улице пошел сильный дождь,совсем стемнело. Шарлотта проговорила с кардиналом минут пятнадцать, не более (она сказала, что хочет исповедаться в ближайшие дни), когда их прервал легкий вскрик за дверью и глухой звук упавшего тела. Испуганные, они вбежали в комнату и нашли королеву без чувств, лежащей на полу. Тут же подоспели слуги, послали за врачом. Кардинал сам поднял Анну на руки и положил на кровать, где она постепенно уже начала приходить в себя. Шарлотта протянула ему кубок с вином, и он дал ей выпить несколько глотков. Королева была ужасно бедна, но кажется уже пришла в сознание.
-Ваше величество…ради Бога…вы так нас напугали! -воскликнул кардинал.
-Шарлотта, оставь нас…пожалуйста..-тихо произнесла Анна.
Она вышла из спальни и вернулась только когда кардинал вышел, минут через десять.
-Будьте с ней рядом. Ей необходима поддержка, - коротко произнес он, покидая покои.
Шарлотта была рада переключиться на что-то. На какие-то действия. Она готова была позаботиться о королеве и ей очень хотелось, чтобы Анна с ней поговорила, тогда бы им обоим стало легче. Но королева молчала и лежала неподвижно на кровати и было так страшно видеть ее, похожую на покойницу, безмолвную, ко всему равнодушную.
