–Теперь это не важно! Я не хочу никого другого, кроме тебя! Я нуждаюсь в тебе, как человек нуждается в кислороде для жизни, для дыхания! Ты стал моим миром и моей вселенной! Я готова на все, лишь бы остаться рядом с тобой. Прошу тебя, не прогоняй меня! Ты так нужен мне!
Она говорила, вкладывая в свои слова и свой взгляд свои мысли, свою душу и свою любовь. Она не знала, зачем завела этот разговор, повинуясь безумному страстному порыву, словно исходившему из тайников ее души. Она была уверена лишь в одном: надо дать ему понять, насколько искренни ее чувства.
Потрясенный полковник Муравьев едва ли смог найти слова, способные утолить желания и сомнения его возлюбленной. Потому он, прижав ее к себе еще крепче, глядя прямо в обращенные на него глаза, сейчас напоминающие цвет грозового неба, ответил, пытаясь вложить в слова все чувства, обуревавшие его в тот момент.
–Моя невозможная любовь! Разве я дал тебе повод усомниться в моих чувствах? Что касается твоих страхов: неужели ты думаешь, я смогу прогнать тебя, после всего, что произошло между нами? Ты говоришь, будто я вдохнул в тебя жизнь, но, поверь, я мне кажется, напротив, это ты дала мне понять – все эти годы я жил, подобно роботу, забыв о таких чувствах, как любовь и нежность. Так разве я могу тебя бросить? Разве я похож на человека, способного на подобный поступок?
Катя покачала головой.
– Не знаю. Я совсем запуталась! Я уверена лишь в одном – в своих чувствах к тебе, и в том, что если ты меня покинешь, я погибну!
Он прижал ее к себе еще крепче, и Катя ощутила всю силу желания, вновь охватившего его.
– Катюша, я не знаю, что ждет нас завтра. Да никто из тех, кого ты встретишь в лагере, не сможет тебе ответить на этот вопрос. Я знаю лишь одно – я никогда не откажусь от тебя! Ты – моя женщина, моя жена и моя возлюбленная! Неужели тебе этого мало?
Теперь она чувствовала себя намного лучше. Успокоенная его словами, стараясь поверить в их искренность, она снова отдалась страсти, огнем охватившей все ее тело, ее сердце и душу. Несколько часов до самого рассвета она отдавалась единственному мужчине, ставшему смыслом ее жизни, смыслом ее существования, даже не подозревая, какие коварные сюрпризы и испытания готовит ей судьба.
Глава 3
Пасмурный зимний рассвет постепенно занимался над спящим на первый взгляд лагерем, тем не менее пребывающем в состоянии постоянной боеготовности, а средства защиты, кажущиеся невидимыми, оставались постоянно включенными.
Катя, после безумной ночи любви едва сомкнувшая глаза, на рассвете, резко открыла их, так и не поняв до конца, видела ли она во сне длинный больничный коридор, пустынный, но почему-то таивший немало скрытых опасностей. Открыв глаза и уютно устроившись на плече своего любовника, она вдруг осознала, что боится засыпать, и страх этот кроется не только в опасении не увидеть любимого после пробуждения. Во сне ее поджидали опасности, и вместе с тем сон, вероятно, призван помочь ей открыть занавес, скрывающей ее прошлую жизнь.
Сейчас же ей показалось, что время для сна прошло, и, хотя она всю ночь отдавалась страстным ласкам и нежным объятиям своего возлюбленного, она почти не ощущала усталости, напротив – ее переполняла энергия.
Сквозь пелену сладостной неги, окутавшей молодую женщину, она с огорчением услышала стук в дверь, мгновенно разбудивший ее возлюбленного. Накинув рубашку, Никита пошел открывать, явно не испытав особой радости при виде стоявшего на пороге майора Назарова.
– Что случилось? Что-то срочное? – спросил полковник.
– Звонок из штаба. Ты уж извини, тебя хочет видеть начальство. У них какое-то важное донесение.
– Ладно. Буду через десять минут.
Захлопнув дверь прямо перед носом своего товарища, совершенно не ожидающего подобного обращения, полковник Муравьев с сожалением повернулся к Кате, раскинувшейся на кровати во всей своей красоте. Не желая отпускать любимого, она попыталась прибегнуть к средству, которое смогло бы его удержать, однако уже тогда она понимала, что между ними всегда будет стоять война, призванная постоянно разлучать их. Он посвятил войне много лет, в то время, как она появилась в его жизни лишь вчера, и едва ли успела занять в ней серьезное место, несмотря на все признания прошедшей ночи. Однако его нежность поборола все ее сомнения – Никита подошел к ней, накрыл ее одеялом, ласково поцеловав губы, припухшие от бесконечных поцелуев.
– Мне нужно идти, моя родная. Надеюсь, ты не заметишь моего отсутствия. И кстати, постарайся быть паинькой и не натворить глупостей.
С этими словами он оставил ее одну, и Катя сразу же ощутила холод гнетущего одиночества, словно вся радость мира, сосредоточившаяся в одном единственном мужчине, покинула ее. И вместе с тем она не могла бездействовать. Она не могла все время спокойно сидеть, ожидая любимого, пока не выяснит, кем являлась на самом деле. Только как ей это сделать?
Размышляя, Катя приняла горячий душ, надев принесенную майором Назаров одежду, не очень элегантную, но достаточно удобную, состоящую из теплых штанов и обтягивающего свитера. Внезапно почувствовав голод и осознав, что в последние сутки ее пищей были исключительно нервные потрясения и любовные ласки, Катя попыталась вновь отыскать что-нибудь съестное в скромном жилище ее возлюбленного, однако поиски оказались безрезультатными. Собираясь выйти на улицу, чтобы выяснить у Никиты или майора Назарова, не питаются ли в будущем, куда она попала, воздухом, Катя одела теплую куртку, как вдруг услышала осторожный стук в дверь, более напоминающей слабый скрежет.
– Кто там? – спросила Катя, еще помня ужасное происшествие с майором Самойловым.
– Слушай, с тобой хочет поговорить некто, кто сможет рассказать тебе о твоем прошлом.
–Кто же это? – спросила Катя недоверчиво.
– Пойдем со мной и все узнаешь! Никто, особенно твой полковник не должен ничего узнать.
Предложение, сделанное человеком, обладающем хриплым неприятным голосом совсем не понравилось Кате. Не лучше ли дождаться Никиту, или хотя бы послать ему весточку о том, куда она направилась? Конечно, это вполне могла быть ловушка…А если нет, и с ней действительно хочет встретиться тот, кто сможет поведать ей о ее прошлой жизни и избавить ее от мучительных сомнений, вызванных тем, что все происходящее, за исключением прошедшей ночи, всего лишь нелепый розыгрыш. Разве можно пренебрегать подобной помощью, сколько бы возможных опасностей она в себе не таила?
Отбросив в сторону сомнения, молодая женщина, открыв дверь, увидела перед собой довольно странного мужчину невысокого роста с лицом, наполовину скрытом плотным воротником шинели. Лицо мужчины, кроме того, закрывал серый шарф, и лишь черные глаза виднелись на его казалось бы спрятанной от сильного мороза физиономии.
Без особых церемоний таинственный незнакомец перешел к сути интересующего его вопроса.
–Ты та девушка, которую вчера майор Назаров спас от автобота?
–Ну я! А вы кто?
–Я всего лишь посыльный, – на спрятанном лице странного гостя отразилось некое подобие улыбки, впрочем, не затронувшей глаз, по-прежнему оставшихся холодными и настороженными.
–С тобой очень желает поговорить некто, кому известно о твоем прошлом. Ведь ты хочешь узнать истину, не так ли?
Катя некоторое время колебалась. Всего несколько мгновений назад она думала о том, кто сможет помочь ей разобраться в тайне, окутавший ее жизнь до ее появления в лагере. Словно в ответ на ее молитвы небеса послали ей этого необычного посыльного. Говорил ли он правду?
–Так ты хочешь узнать, кто ты и почему ничего не помнишь, или нет? Если да, то стоит поторопиться, поскольку тот, кто желает с тобой говорить, находиться за пределами лагеря.
–Почему он не мог прийти прямо сюда? – насторожилась Катя, все еще не принявшая окончательного решения.
–У него имеются свои причины………Пожалуйста, решай поскорее. Мы теряем время. Чем быстрее мы покинем лагерь, тем быстрее вернемся обратно. Никто не заметит твоего отсутствия.