- Он не болен, - произнесла она. - Но внутри него нет гармонии. Его собственная проклятая энергия не находит выхода и отравляет его тело. Понимаете, о чем я? Вы должны дать ему цель в жизни. С ним все будет хорошо, но обычного зрения у него уже не будет никогда. Это необратимо… Но это не значит, что Сякусяин слеп. Нет, он прекрасно видит окружающий мир, просто немного в другом виде.

С тех пор жизнь Сякусяина изменилась. К его обучению приложили все возможные усилия, и даже вызвали нескольких старейшин из отдаленных северных земель, рассказавших о похожем случае потери зрения, произошедшем со знаменитым воином айну - Каяно Сигэру. Со временем мальчик приспособился к своему видению мира, и слепота перестала быть для него помехой. Обретя контроль над проклятой энергией в своем собственном теле, Сякусяин смог быстро поправить здоровье и больше не нуждался в целебных отварах. Он отлично ориентировался в пространстве и научился полагаться на все свои чувства, обострившиеся за годы тренировок. Более того, он вскоре стал одним из сильнейших шаманов племени. Его техника позволяла создавать направленный поток чистой проклятой энергии, способной проходить сквозь все препятствия. Отец долго готовил его к роли вождя и искренне верил то, что великие свершения предначертаны Сякусяину высшими силами.

Сейчас же, стоя лицом к лицу с Годжо Сатору, молодой человек понял, что настал переломный момент. От его решений и поступков зависит будущее айну. Он не мог позволить отцу обречь их народ на погибель.

Но прежде, чем Сякусяин успел что-то сделать, со всех сторон на Годжо полетел дождь из стрел. Тот с легкостью отмахнулся от них, словно от надоедливой мошкары. Кто-то быстро подхватил Сякусияна и Такэ под руки, потащив в укрытие. Внезапная волна проклятой энергии оглушила их и повалила на землю. На том месте, где они только что стояли, образовалась воронка в несколько метров шириной. Сякусяин поднялся на ноги и спрятался за деревьями. Он вновь поразился тому, какой разрушительной мощью обладал Годжо. Скольким воинам придется погибнуть, чтобы хотя бы задержать его на одном месте?

Тут же несколько медведей-шикигами набросились на врага, пытаясь разорвать его на куски, но Сатору уворачивался с невероятной скоростью.

- Не давайте ему и шагу ступить! - прокричал Такэ, обращаясь к своим воинам. Он уже успел перебежать к одному из зданий, находившихся неподалеку и оказался на противоположной стороне от Сякусяина.

С воздуха начали свою атаку и орлы-шикигами. Эти красивые и величественные птицы также служили айну многие столетия. Они бросались камнем вниз, пытаясь дотянуться до Годжо, но тот, использовав технику вращения, отбросил их далеко назад, сметая на своем пути деревья и вырывая их с корнем. Некоторые из воинов-айну не успели отскочить. Сякусяин увидел их тела, прижатые стволами к земле, и поспешил на помощь. Пробираясь сквозь густые заросли, молодой человек постоянно оглядывался, следя за ходом сражения. Вместе с другими мужчинами, ему удалось приподнять массивный ствол дерева и вытащить нескольких пострадавших, но Сякусяин видел, что силы были слишком неравны. Что бы ни предпринимали айну, их попытки нанести урон врагу оказывались тщетны.

«Все это нужно остановить…» - подумал Сякусяин, глядя на творившийся вокруг хаос. К нему пришло понимание, что выход был только один. От этой мысли вся тяжесть мира навалилась на него, но молодой человек решительно поднял «Голос Ветра» и направил стрелу. Лук стал продолжением его тела, его мыслей и воли. Он будто понимал Сякусяина и своей легкой вибрацией общался с хозяином, усиливая тем самым чувство единения. В последний момент Сякусяин, наконец, обрел гармонию и отпустил тетиву. Теперь пути назад не было.

Годжо заметил приближение стрелы и с легкостью определил, где находится тот, кто ее выпустил. Он хотел было направиться туда и поскорее разделаться с Сякусяином, все еще представлявшим для него опасность, но вдруг осознал, что эта атака направлена не на него. Проследив за полетом стрелы, Сатору обернулся и увидел ее мерцающий свет, похожий на хвост кометы. Когда она достигла цели, все айну вокруг замерли и притихли. Даже медведи, окружавшие Годжо, оцепенели.

Такэ Асаи взглянул на стекавшую по его груди кровь и, пошатнувшись, рухнул на землю. Его едва успели подхватить несколько стоявших рядом шаманов. Непонимающим и полным горькой обиды взглядом старик стал искать среди темных деревьев лицо сына. Он не мог произнести ни звука, из его горла вырывалось лишь глухое и жуткое предсмертное клокотание. Сякусяин вышел из-за укрытия и, крепко зажав в руке лук, произнес:

- Прости, отец. Мне пришлось так поступить… Но это единственное верное решение. По праву сильнейшего теперь я, Сякусяин Асаи, являюсь главой айну. Я отказываюсь от сделки с Гето Сугуру и прошу прекратить эту бессмысленную битву. Годжо Сатору, я предлагаю тебе мир.

Комментарий к Глава 20. Упущенная возможность

Итати - согласно японской мифологии, ласки или куницы, ставшие оборотнями по достижению преклонного возраста. Считается, что японские ласки, называемые итати, обладают особой магией, которая позволяет им морочить людей, а также перевоплощаться в другие формы. Эти животные считаются дурным предзнаменованием. ​​Итати — озорники и обманщики, но стараются избегать общения с людьми, если это возможно. В результате их не любят и не доверяют им больше, чем другим животным. Хотя они могут менять облик — чаще всего используют другие виды магии, обычно с плачевным для себя результатом. Говорят, что когда итати садится на задние лапки, то это завораживает — возможно гипнотизирует, — человека, и тот вынужден отдать им свою еду или выполнить еще какую-то задачу на пользу ласке. Итати, как говорят, особенно опасны в группе.

========== Глава 21. Знак ==========

Комментарий к Глава 21. Знак

Всем привет! Вот и узнаем, наконец, что же там с Хироми)

Песенки под настроение прилагаются:

The Killers - Lightning fields

M83 - Go! (feat Mai Lan)

“Our love, our love

Ran away, ran away

Gotta save it, gotta save it

I’m coming, I’m coming, I’m coming for you

Our love, our love (Our love, our love)

Ran away, ran away (Ran away, ran away)

Gotta save it, gotta save it (Gotta save it, gotta save it)

I’m done, I’m done, I’m done without you…”

Хироми с трудом смогла разомкнуть тяжелые веки, но увидела лишь темноту, окружавшую ее со всех сторон. Она не знала, как долго пробыла без сознания, но тут же поняла, что находится в движении: холодный ночной ветер обдувал ее лицо, а тело вздымалось и покачивалось. Последнее, что девушка помнила — это то, как отпивала горячий травяной настой, бережно переданный ей одной из женщин-айну.

«Значит, в нем было что-то подмешано… - с досадой подумала девушка. - Как я могла попасться на таком глупом фокусе?! Как могла довериться им так просто?».

Постепенно глаза начали привыкать к темноте, и Хироми смогла различить мелькающие силуэты деревьев. К ней понемногу стали возвращаться и другие чувства. Она ощутила запахи леса, сырости, а также странной проклятой энергии, окутавшей ее, словно покрывало. Внезапно страх пронзил девушку. Происходило явно что-то нехорошее. Наконец, она полностью пришла в себя и ее поразила догадка: источником проклятой энергии являлся огромный медведь-шикигами, несшийся сквозь лес. Опавшие листья взлетали под его мощными лапами и оставляли длинный шлейф, тянувшийся позади зверя. Девушка не падала с него только потому что за ее спиной сидел один из шаманов айну и придерживал ее рукой. Она понятия не имела, куда ее везут и зачем, и это испугало ее еще больше.

«Что с Сатору? Он остался там?» - обеспокоенно гадала Хироми.

Медведь сбавил шаг, и девушка поняла, что они приближаются в пункту назначения. Впереди показались огни.

«Это… еще одна деревня?» - удивилась девушка, приподняв голову.