– Римус, ведь Хвост на самом деле сказал правду. Пусть он сделал это слишком эмоционально и не выбирая выражений, но по сути ведь так и есть. Это было весело – придумывать план. Забавная идея с романтическим налетом. Я захотел Северуса, словно капризный ребенок – очередную игрушку, а вы меня поддержали, как настоящие товарищи. И никого не интересовало, что он там себе об этом думает. Ни меня это не беспокоило, ни вас.

– Сейчас же ты знаешь, что он думает.

– Да, и боюсь, что я не имею права этим пользоваться.

Джеймс хлопнул ладонями по столу. Решительно выхватил второй бутерброд с тарелки Римуса, перед тем как ее утащил какой-то плюгавенький эльф, встал, поправил одежду и, бросив последний взгляд на друга, пошел к выходу.

– Куда ты?

– Караулить Северуса. Куда же еще? – он завернул бутерброд в несколько бумажных салфеток и положил в карман. – Что я буду делать, если он вляпается в неприятности?

Римус посмотрел и улыбнулся. Едва ли Джеймс отдает себе отчет, что уже давно все решил. Он уже выбрал свою дорогу. Как обычно, сначала бросается в бой, и лишь потом будет пытаться объяснить себе зачем. Может опять начнет искать оправдания, а может будет долго спорить сам с собой и отрицать до последнего. Хорошо все-таки, что он приступает к действиям, до того, как все обдумает, потому что иначе он никогда бы не сдвинулся с места.

***

Джеймс шел по коридорам подземелий под мантией-невидимкой, держа в руке этот несчастный бутерброд, который стащил у Римуса из-под носа, аккуратно пропуская встречных школьников, вжимаясь в стены, чтобы никого не задеть. Сидеть напротив входа в гостиную Слизерина – вот и весь план на сегодняшний день. Что в сущности он знал про Северуса? Где его можно искать? Выручай-комната пустая. На карте его не увидеть. Либо его нет в Хогвартсе, либо – закрыл себя чарами.

Пудобнее устроившись за колонной, привалившись боком к стене, чтобы можно видеть конец коридора, где спрятан потайной ход, Джеймс сидел на голом полу, окружив себя согревающим заклинанием. Он представлял себя молодым аврором, этаким героем спасательной операции. Возможно, через несколько лет он так же будет терпеливо поджидать свою цель в засаде. Нельзя отвлекаться. Нельзя отлучиться. Жесткие условия. Суровые будни бравых авроров. Он откусил бутерброд. Сегодня этот кусок хлеба с сыром заменит ему и обед, и ужин. Всё серьезно.

Время тянулось медленно. Ноги давно затекли от неудобного положения. Тайный агент под прикрытием мантии уже давно изнывал от тоски и скуки, развлекая себя мелкими шалостями, разливая на полу лужу воды и спасая зазевавшихся школьников заклинанием, чтобы те обошлись без серьезных травм при падении, а Северуса все не было. Так себе работенка – сидеть, смотреть и ждать-ждать-ждать.

Хорошо, что сейчас Джеймс еще не аврор и не находится на сверхважном задании, потому что дело свое он бы с треском провалил.

Проснувшись от того, что голова больно стукнулась о пол, скатившись вниз по стене, он резко подскочил, оглядываясь по сторонам. Пусто. Никого вокруг нет. Приглушенно горят факелы.

– Нет! Нет-нет-нет, – запричитал Джеймс и, стянув мантию-невидимку, начал торопливо разворачивать пергамент с картой. – Давай, Сев. Давай, сними чары. Я точно знаю, что ты ждешь, пока я тебя найду, остановлю и спасу от всего, – он просматривал все нарисованные этажи, ища знакомые инициалы. Крыша. Двор. Подземелье. Подземелье! – Да-а-а! Северус, да! Только подожди меня. Не уходи… Не уходи, пожалуйста.

Он бежал так быстро, как только мог, перескакивая через несколько ступеней. Он так и держал в руке развернутую карту и скомканную мантию. Только бы успеть, пока Северус не покинул Хогвартс и не аппарировал в неизвестном направлении.

Палочка резко блеснула в вытянутой руке, и коридор озарили короткие вспышки света.

– Левикорпус! Экспеллиармус!

– Да ты издеваешься, Поттер!

Северус снова повис вверх тормашками, оказавшись безоружным. Его палочка отскочила в угол, закатившись к самой стене. Джеймс, наконец, смог с облегчением выдохнуть. С трудом хватая воздух, он сделал несколько кругов по тесному коридору потайного хода, держа руки на талии и выгнув спину колесом.

– Ты еще какие-нибудь заклинания кроме этого знаешь? – возмущался Северус, отодвигая с лица нависшую мантию. – Можно связать магическими веревками, или приложить в спину Ступефаем. Я бы не обиделся, честно. Почему ты вечно меня подвешиваешь, словно рыбку на крючке?

– Я не успел подумать, – ответил Джеймс осипшим голосом, не полностью восстановив дыхание. – Что первое пришло в голову то и кинул. К тому же я испытываю определенного рода слабость к нижней части твоего тела, – он показал на ноги, которые почти касались потолка, и спустился взглядом ниже, довольно ухмыльнувшись. – Кстати, ничего удивительного, что я вспоминаю о твоем заклинании, когда тебя вижу. Считай, что это дань уважения к твоим талантам.

– То есть я тебя еще благодарить должен за признание моих заслуг? Я польщен, Поттер, а теперь отпусти.

– Нет. Незачем тебе туда ходить, Сев, – Джеймс сел спиной к стене, вытянул ноги и запрокинул голову. Горло саднило от резкого дыхания.

– Тебя забыл спросить, – Северус расстегнул мантию и скинул ее на пол, чтобы она не свисала на лицо. – Джеймс, – теперь его голос звучал скорее устало, чем возмущенно, – там Регулус, я не могу его одного бросить.

– Его Сириус собирался остановить, и, думаю, уж он с этим справится. Так что можешь висеть спокойно и ни о чем не переживать.

Джеймс стал увлеченно подбрасывать палочку вверх, закручивая ее колесом и ловя в последний момент.

– Ни о чем не переживать… Ну, разумеется. Ведь Темный Лорд, он же совсем не обидится, если я не приду, совсем не будет мне мстить. Он же благородный человек. Понимающий.

– То есть сейчас ты начал беспокоится о своей безопасности? – Джеймс усмехнулся, а затем вскочил, ошарашенно уставился на Северуса и направил палочку, словно собираясь выпустить заклинание.

– Что ты делаешь, Поттер? – Северус поднял руки вверх. Точнее опустил их вниз, так как сам он был в перевернутом положении.

– Признавайся!

– В чём? – Северус прикусил губу и округлил глаза, делая вид, что не понимает, о чем тот говорит.

– Ты только что пытался призвать к себе палочку, я видел, – Джеймс тыкал пальцем, рассекая воздух между Северусом и его палочкой, возмущенно хватая ртом воздух. – Давно ты это… это умеешь? Колдовать так? Без палочки?

– Я не умею, Поттер. Только учусь. Беспалочковая магия – это совсем не просто.

Джеймс поднялся, взял с пола палочку Северуса и убрал в свой задний карман.

– Пусть полежит у меня. Так надежнее, – и назидательно пригрозил пальцем.

Он снова сел, прислонившись к стене, обхватил колени руками и зажег огонек Люмоса на конце палочки. Маленький холодный светящийся шарик притягивал на себя внимание в полумраке подземелья. Джеймс не знал, как заговорить. Хотелось объяснить и оправдаться, но все слова, что он так тщательно подбирал у себя голове звучали несерьезно. А с другой стороны, как еще должно звучать оправдание глупости?

– Какая карточка тебе попалась? – вдруг спросил Северус, засунув руки в карманы и скрестив ноги. Он выглядел так, словно просто лениво стоит на потолке, и только волосы, свисающие в непривычную сторону, доказывали, что это не так.

– М-м? – Джеймс поднял на него свои глаза.

– Карточка? С шоколадной лягушкой от мадам Помфри?

– Дамблдор. Хочешь поменяться?

– Я же не совсем дурак, чтобы променять Мерлина на Альбуса.

– Серьезно? Мерлин? Я думал изображений Мерлина не существует. Слухи, конечно, ходили, но никто ведь не видел. Значит тебе попался? Зато у меня уже целых девять Дамблдоров. Махнемся? – Джеймс лукаво улыбнулся.

– Поттер, мне впервые в жизни повезло, а ты предлагаешь все просрать из-за физиономии нашего директора?

– Но-но-но! Девяти физиономий директора.

– Пожалуй откажусь, – с самым серьезным видом сморщился Северус.