Пришла пора, когда все религии должны были исчезнуть перед лицом истины. Только так, в чистом порыве веры, можно было победить зло, очистить мысли и идти по узкой стезе добра. Но, это философия. Совсем не интересно для непонимающих, то есть для людей дела.

  Мы стремились на юг, и камень сильфов занимал все мои мысли. Мы были близки, и от этого можно было сойти с ума.

  Глава 15

  - Зима будет холодной. Не знаю, стоит ли продолжать войну с эльфами, от этого одни проблемы.

  - Именно затем, чтобы избранный не подозревал, что мы знаем, что его там нет и делал своё дело, но этот болван решил обследовать по дороге все таверны.

  Веельзевул грохнул своей ручищей по столу.

  - Шпионы завалили меня донесениями, они не понимают такой безнаказанности, что там говорить, - его лицо налилось краской, - они уже знают наизусть все сорта пива, какие только подают в здешних кабаках.

  - Преступной безнаказанности, число недовольных растёт.

  - Но я же не виноват.

  Факелы осветили разъярённое лицо демона.

  - Беда не в том, с жалкими людишками мы разберёмся.

  Люцифер был доволен, видя гнев Веельзевула, которого в глубине сердца побаивался, он знал, что тот его презирает, и знал, что он знает это, и потому с особенным удовольствием растягивал слова. На красивых чертах его лица заиграла снисходительная улыбка.

  - Беда в том, что армии мои совсем не выносят холодов.

  - Это верно, абсолютно безмозглые твари.

  - Покойники и есть покойники, - согласился Люцифер.

  - Никогда не забуду, как эльфы вызвали бурю, и твои крылатые олухи горохом посыпались с неба.

  Веельзевул расхохотался. Снисходительная улыбка стёрлась с лица демона.

  - Эти эльфы слишком серьёзно связаны с природой, и я уже ощущаю недостаток средств, крестьяне собрали малый урожай, в стране будет голод.

  - Это, правда, золотой поток иссякает.

  - Поэтому нам надо подтолкнуть этого лентяя. Мы то с тобой хорошо знаем, что камней у него нет, и ищем там, где они могут быть, ты понимаешь.

  В словах демона сквозила неприкрытая ирония. Веельзевул нахмурился.

  - Полегче на поворотах, не такой уж ты гениальный. Слишком очевидно, если мы вернём свои камни, а этот недоносок обворует Диавола и Басаврюка, то мы получим значительное преимущество. Это настолько очевидно, что только полный идиот не увидит наших намерений, Басаврюк не так уж глуп, хоть и кажется болваном.

  - Мы получим власть, а эти господа будут прислуживать за нашим столом, именно поэтому нам надо торопиться, нельзя позволить, чтобы нас опередили.

  - А как же равновесие сил?

  - Оно уже нарушено, теперь каждый сам за себя, и за это я пью.

  Бокалы зазвенели в высоко поднятых руках демонов, и эхо разнесло неудержимый бешеный хохот по всем закоулкам огромного замка.

  Глава 16

  Шорох листьев привлёк моё внимание. Подняв голову, я разглядел среди ветвей гигантского дуба худенькое тельце молодого сатира. Он и не думал бояться или убегать и внимательно следил за нами своими большими печальными глазами. Это были человеческие глаза, казалось ослеплённые неземным разумом, будто познав нечто, в них застыло немое изумление увиденным.

  Мне сразу вспомнился Шекспир, хитрый бесёнок со свирелью в руках, и это воспоминание показалось мне настолько родным, что я почувствовал к нему симпатию. Я остановился, в надежде услышать его речь, это была большая редкость увидеть в лесу живого сатира, да ещё и не боящегося человека. Сделав шаг к нему, я замер, сатир пошевелился и тихо сел на корточки на толстом суку, ухватившись крошечной ручкой за ветки. Я улыбнулся. Сатир попытался повторить мою улыбку и старательно растянул губы, но глаза остались равнодушными и полными непонимания. Неслышными шагами ко мне подошла Лана. Бесёнок состроил рожу и плюнул.

  - Сам дурак, - только и нашёл, что ответить я.

  Вдруг сатир весь подобрался, и, вытянув худую шейку, принялся нюхать воздух. Всё его тельце напряглось, и он внимательно вслушивался в лесную тишину. Внезапно издав резкий крик, сатир с изумительной ловкостью побежал по веткам и скоро скрылся в чаще.

  - Он что-то почуял, - произнесла Лана, заинтересованно разглядывая густые ветки, ещё раскачивающиеся от движений сатира.

  - Да, что-то его вспугнуло, - ответил я, вытирая лицо, - пойдем ка отсюда, такие встречи добром не заканчиваются.

  Так оно и оказалось. Не успели мы и километра пройти, как позади нас послышался приглушённый лай собак.

  - Дай-ка я подумаю, собаки ведь здесь не водятся.

  - Нет, не водятся, - подтвердила Лана.

  - И что отсюда следует? - невинно поинтересовался я.

  - Отсюда следует, что пора уносить ноги.