— Если бы он знал что-то локальное, думаешь, его бы выпустили отсюда? — спросил Шинсо, приподнимая бровь.

— Он перебрался пять лет назад, когда была упрощенная подача. — Мидория показал пальцем на год на экране. — Тогда не так… скрупулезно проверялись профили.

— Ну, мы этого никогда не узнаем, — сказал Каминари, водя туда-сюда собачку на своей желтой куртке. — Но это фигово, потому что, если типа предположить, что он лично видел или слышал о всяких черных делах, то это здорово помогло бы. У нас вроде и так достаточно доказательств причастности мудака из бюро в отмывании денег, но еще одно лишним бы не было.

— Это не совсем так, — донеслось со стола с чайником. Токоями, сделав кофе, смотрел на собравшихся, сверкая стеклами очков. — Можно отправить Тодороки в столицу.

— Накинуть ему фэйковые баллы и отправить через бюро? Обычное прошение? — недоверчиво поинтересовался Киришима.

— Я бы на вашем месте не стал так рисковать, — Токоями поднес кружку к губам, делая глоток. — Если они трясутся за тех, кто покинул Трайтон, значит, и профиль Тодороки будут проверять не одной комиссией. — Он постучал пальцами по кружке. — Можно стереть личность Тодороки и отправить в столицу под именем какой-нибудь отличницы Юки, мечтающей стать поваром.

— Не пытайся шутить, — выставил вперед руку Каминари.

— Поваром это вряд ли, — хмыкнул Бакуго.

— Мне запрыгивать в вагон поезда? — спросил Тодороки. Он не предлагал это в качестве варианта, это должно было быть шуткой (иронией?), поэтому, получив утвердительный кивок Токоями, порядком стушевался.

— Погоди, то есть ты сможешь… — Каминари наклонился к Токоями (это все равно не сократило расстояние между ними, поскольку их разделяло несколько метров). — Ты можешь записать Тодороки как какого-нибудь другого типа в базе? Вот так просто?

— Чем вы меня слушали, когда я это рассказывал? — Токоями сделал очередной глоток, удивляясь, как их не обнаружили два года назад; в зачатке, чтобы уж наверняка. — Но я не смогу сделать это с ИРСом кого-то из вас, поскольку способен менять только белые, так как брал основу для данного взлома с него же.

— Это уже какой-то расизм, — хихикнула Ашидо.

— Это элементарное незнание, а не расизм.

— Тодороки? — поинтересовался у него Мидория.

Тодороки был… обескуражен. Возможность вернуться в столицу звучала заманчиво, но делать что-либо, не имея ни плана, ни представления о грядущем… Тодороки проанализировал последние месяцы своей жизни и осознал, что только так и провел их (не сказать, что он был доволен). С другой стороны, если это могло помочь чем-то… предоставить более весомые доказательства, заверенные лицом, которому доверяют люди из столицы из-за его происхождения и статуса, то почему бы и нет?

У «нет» было много причин. Возможная смерть, если что-то пойдет не так, или хуже — темная комната в его ситуации растянулась бы не на три дня, а на пару вечностей. В конце концов, все не упиралось в темную комнату. Он знал слишком мало о Трайтоне, вполне вероятно, что он так же мало знал и о Лэдо. С ним могло произойти неизвестно что, но…

У Тодороки в последнее время возникало слишком много «но», приведших его сюда, в этот момент.

— Если это поможет, я согласен, — сказал он, сам не веря, что соглашается на очередную авантюру. — Но я не представляю, что я должен делать.

— Ну, если твоя личность будет изменена, мне не составит особого труда запихнуть тебя в вагон поезда при следующем поступлении товара, — произнес Каминари.

— И ему не придется запрыгивать в вагон поезда? — уточнил Киришима.

— Это небезопасно, вообще-то. — Каминари несильно стукнул его кулаком по лбу. — Все будет, короче, — пообещал Каминари, показывая «окей» пальцами остальным.

— Эй-эй, вы же не отправите этого дебила одного, а? — Бакуго поднялся с подлокотника, тыча на Тодороки здоровой рукой и едва не попадая по его носу; стоит отдать ему должное — тот даже не отклонился.

— Этот дебил вытащил твою задницу из лап Даби, — напомнила закатившая глаза Ашидо.

— Я в любом случае не смогу изменить твой ИРС, Бакуго. — Токоями повернулся к чайнику и к банке с кофе, чтобы сделать себе еще.

— Я и не собирался с ним никуда переть, — фыркнул Бакуго. — У меня есть поважнее дела здесь, — произнес он, сжимая-разжимая пальцы здоровой руки в кулак и упираясь пустым взглядом в пол.

— У нас остался один от умершего рейдера, — напомнил Мидория, смотря на ящики с различным барахлом, которое они не успели разобрать с момента переезда. Где-то в них должен был валяться ИРС.

— Так давай, делай, хрен ли ты сидишь, положи на место кофе и подними задницу, — подскочил Бакуго. Токоями, и так стоящий, проигнорировал его. — Эй, я к тебе обращаюсь!

Тодороки ожидал чего угодно, но не того, что Бакуго будет кричать на Токоями и подгонять его изменять ИРС и собственный профиль, чтобы отправиться в столицу. Это было… странно? И приятно, так, будто его окунули в пенную ванну.

— Это ты так не хочешь с ним никуда переть, да? — Закатил глаза Каминари.

— Заткнись, — прошипел Бакуго, взглянув на чуть расслабившегося Тодороки. Конечно, черт возьми, он не собирается отпускать его одного. Тодороки буквально магнит для неприятностей (если быть далеко честным, то не только он).

— Мне понадобится время, — сказал Токоями, смирившийся со своей судьбой, но не отказавшийся от кофе. — Я не смогу сделать это по щелчку пальцев.

— Я могу помочь, — вступила Асуи. Токоями заинтересованно повернулся к ней. — Если вкратце объяснишь суть работы своей программы.

— До рейда шесть дней, — напомнил Мидория.

— На одно перепрограммирование мне понадобится двое или трое суток. — Токоями, продолжая посматривать на смутившуюся Асуи, с которой раньше почти не пересекался (он знал, что в сопротивлении сидит кто-то разумный и соображающий), размешивал кофе ложкой.

— Каминари, какое там расписание у поездов? — спросил у него Киришима. Каминари достал телефон и открыл календарь.

— Через три дня, это прям точно. А второй… — Каминари задумался, пролистывая вперед, и почесал затылок, — либо за день до рейда, либо день в день. Скорее всего, второе, но точно смогу позже сказать. Если бы был нормированный график, а так фиг поймешь. Эй, Тодороки, Бакуго, — Каминари отклонил голову назад, выглядывая из-за макушки Киришимы, — притащите нам сувениры потом?

Бакуго прикусил губу. Он вспомнил о Курокаве, которого все еще собирался пристрелить. Сейчас здесь был Токоями, способный пополнить ему баллы, чтобы они не отправили его в «серую зону» или не убили, опустившись до нуля.

А еще здесь был тупой Тодороки.

— Магнитики, что ли? — хмыкнул Бакуго, окончательно принимая решение. Тодороки незаметно выдохнул.

— Да хоть магнитики.

— Я бы на вашем месте не вернулся, — тихо пробормотал Токоями, отпивая кофе и обжигаясь.

— Стоп-стоп-стоп, давайте еще раз. — Сэро оттолкнулся от стола, будто не мог стоять на месте от негодования и распираемых чувств. — Вы как бы на полном серьезе сейчас обсуждаете вторжение в столицу? Вот так просто? — Сэро посмотрел на спокойно сидящих друзей. Только Ашидо резво кивнула, будто они только что решили, на какой фильм пойдут на следующей неделе. — Меня одного это напрягает, да?

— Сэро, отключи мозг, — посоветовала Ашидо.

— Я не могу его отключить, потому что «взломать профиль на ИРСе, залезть в поезд, оказаться в Лэдо и найти хрен знает кого» мало смахивает на поездку в горы на каникулы. — Сэро нервно крутил ручку между пальцами, заставляя ее перемещаться с одного конца ладони на другой. — Это как бы… опасно?

— Я согласен с Сэро, — вступил молчавший Иида, скептично относящийся к идее с отправлением в столицу и, возможно, единственный поддерживающий настрой Сэро. — Если что-то выйдет из-под контроля, а такое наверняка случится, — он настоятельно поднял палец вверх, делая акцент на последних словах, — для вас обоих это не закончится ничем хорошим. — Иида посмотрел на Тодороки и Бакуго, слишком, как ему казалось, беспечно относящихся к тому, что планировалось.