Заметила Лана, кивая чему-то в признак задумчивости весьма глубокой и странной.

— Скорее всего бабушку, потому что она упомянула женский род.

На лице Мари появилась улыбка при нахлынувших светлых воспоминаниях о любимой бабушке. Ведь только бабушка могла прижать её к себе, выслушать маленькую Мари, пожалеть, рассказать истории про её приключения на ночь и так сладко поцеловать в щёку, как никто и никогда не целовал. Остальные никогда не были так добры, они только боялись за свою жизнь. Боялись, что с ними случится то же, что с её старшим братом, который, к слову, любил свою младшую сестру, но оказался по горькой случайности не в то время и не в том месте.

—Но не подумай неправильно, моя дорогая Мари, Элен просто осторожна и педантична, поэтому она с тобой поговорила и составила тот документ. Это вовсе не говорит о том, что если коснется тебя опасность, то я не помогу тебе. Вовсе нет, в такой ситуации я укрою тебя от беды всеми своими силами и сделаю это добровольно.

Произнесла со всей серьезностью свою речь воительница весьма низким, почти что переставшим хрипеть голосом. Похоже прохлада помогала. Лана взглянула на перебинтованную наскоро ладонь и убрала ее со стола, опустив на колени.

— Ты можешь не переживать за меня. Я смогу за себя постоять, а если что-то будет угрожать твоей жизни из-за меня, то я не хочу, чтобы ты меня защищала.

Волнения Мари были вполне обоснованы. С самого детства умирали её любимые люди. Бабушка, старший брат. Всё это уже прошло, и утрата пусть оставила свою сеточку рубцов, но отболела, маяча только иногда темной дымкой отрицательно давящих эмоций. Но что будет, если не станет Ланы? Мари и подумать не могла о том, что когда-нибудь не станет любимой.«Ты сможешь жить без меня» - так сказала бабушка, когда в детстве юная магесса желала исцелить ее, - «но я без тебя нет». И также Мари чувствовала себя сейчас.

Только сейчас Мари осознала истинный смысл слов своей бабушки, что имела ввиду и что она чувствовала, ведь теперь чувствовала всем сердцем и душой каждые мгновения, дни расставания, когда содрогалась от малейшей мысли об ужасной вампирше, что может сдать любимую, если заподозрит измену. Это было слишком тяжело для Мари, ведь теперь Лана навсегда поселилась в её сердце. Возможно она и смогла бы влачить дальше своё жалкое существование, но это была бы уже не жизнь, которую удалось вкусить с появлением ее.

— Но ключевым образом у меня есть хорошие и плохие новости, которые касаются нас троих, дражайшая Мари. Это касается нас и моей жены.

Уточнила Лана, в голосе и взгляде которой проскользили беспокойство и тревога. Как отреагирует любимая на её слова? Поддержит ли Мари теперь, когда она приняла это чудовищное условие Ирен, которая наконец раскрыла своё истинное лицо и более не было сомнений в том, что те слова о любви были ложью? Целой рукой Драйфорд потянулась к нежным ручкам магессы, что так внезапно появилась в жизни, точно весёлый ветерок, распахнула двери и поселилась в сердце варга. А ведь она уж и не надеялась полюбить кого-либо в этой жизни. Её будущее представлялось лишь существованием, в котором будет эта ненавистная вампирша. Но всё сложилось куда лучше, если не вспоминать о том, как ужасно обошлась с ней супруга. Теперь рядом была эта чуткая и заботливая девушка, которая очень любила слушать истории Ланы и всегда так мило смущалась даже от самого незначительного комплимента. Её руку сейчас сжимали длинные пальцы, оглаживая подушечками щекотно шелковую ладонь.

—Если говорить начистоту, то она уловила во мне изменения и, хоть прямой измены не было, мы обе пришли к разумному решению данной проблемы в виде заключения контракта между обеими сторонами. Больше можно не беспокоиться о том, что Ирен нам помешает, или же, учинит расправу.

Но вот разговор зашёл о жене Ланы и лицо Мари вновь преобразовалось. Посторонние мысли улетучились, а взгляд оказался прикован к возлюбленной, всё внимание было отдано её словам и действиям. Темноволосая осторожно присела рядом с варгом, ответив на ее желание коснуться, а после и переплела тонкие пальцы между друг другом, скрепив в замок их. Это были её чувства, её желание защитить, но вместе с тем и выражение внутреннего глубинного беспокойства.

— Что за контракт?

Мари подняла свой взгляд, остановившись на уровне мягких губ любимой, которые так и манили к ним прикоснуться, пусть было и не самое подходящее для этого время.

— Каковы условия сделки? — Заставила себя произнести слова брюнетка.

Варг вздохнула. Воздух из легких тяжело вышел, а входил еще тяжелее. Голова начинала кружиться, так что Лана попыталась скрыть свое состояние, опустив взгляд, но по смятому плачевно излому бровей было заметно страдальческое выражение и даже по открытой части лица легко разобрать, что девушка хотела взвыть.

— Она разрешила нам вести отношения. Разрешила жить свободно, даже за пределами Империи, когда у меня на это будет возможность. Но она дала понять, что заберет у меня все самое дорогое. Семью… Мою сестру Алиссию, а если быть точным ее свободное время, а также ребенка, если таковой появится. — Варг притихла, но шум дыхания звучал громко: такой встревоженный, шумный и изможденный, как у загнанного зверя, хорошо различался в тишине комнаты.

— Если таковой появится, я буду обязана его отдать ей. Полностью. Она будет воспитывать это дитя, как собственное, но мне будет дана возможность только видеться с ней. — Лана хмыкнула, пустив горький нервный смешок.

— Так что если мы поверим в исторические сказки о варге, то в исполнение вступит ее приговор. И, все же, тебе будет можно видеть этого ребенка, так же, как и мне, но до совершеннолетия ничего нельзя говорить. И чтож, нам иногда нужно будет с ней встречаться, потому что в обществе не должны заподозрить о разладе между нами двумя. Мы все-таки участницы одного дипломатического брака.

Лана на сей раз притихла, отдалив свою руку, осторожно потянулась к бинтам за плащом, по-звериному прильнув к обагрившей бинты повязке на правой руке. Почти так же варг рванула острыми зубами повязку и нащупав бинт, начала снимать эту, желая нанести новую защиту на раненную размахренную ладонь.

Мари отпустила руку Ланы, но это расставание продлилось совсем немного и вскоре объятия раскрылись для подавленной девушки, утягивая её в тепло и закрывая от этого страшного мира.

— Сейчас это единственное, что я могу сделать для тебя. Я могу быть рядом, Лана. Условия контракта чудовищны, но она не сможет отнять у тебя меня, я буду вечно в твоём сердце.

Губы Мари касались мягких локонов варга, а после и пальчики тонкие стали вплетаться в шелк волос цвета зрелой пшеницы. Девушка отпустила Лану и разместила свою ладонь на щеке варга. Мари вновь взглянула в небесные глаза любимой. Одно её присутствие сбивало дыхание. Её слова могли сыграть любую мелодию, как завораживающую, так и ту, что будет значить конец всей жизни.

— Послушай, — С тяжелым вздохом произнесла темноволосая, с трудом переводя дыхание.

— Я бесконечно сильно тебя люблю, но мы с тобой… — Мари запнулась, перехватывая напрашивающиеся слёзы пальцами.

— Мы с тобой прекрасно знаем, что моя жизнь настолько коротка, что покажется в будущем лишь песчинкой в твоих часах. Твоя жизнь вечна. Я… — Магесса снова сделала усилие, сглатывая предательские горькие слезы, что просились излиться наружу.

— Я же состарюсь и умру, наступит этот час, Лана, но сейчас, сейчас у нас есть еще немного времени. Лана, моя любимая Лана. Я не хочу тратить это драгоценное время на пустые страхи… давай создадим для тебя воспоминания

Мари всё же не выдержала и слёзы бурным потоком хлынули из её прекрасных алых глаз, совсем не таких, как у Ирен. Они были другими. Их глубина поражала и пленила своей красотой. В них не было той силы, которая плескалась в глазах вампирши для запугивания. Ее душа сияла через эти зеркальца в виде прекрасных отполированных рубинов.

— Мари, Мари….

Лана почти что стонала от такой боли, дикой, безумной, от которой уже позабыла о повязке на руке, подхватив возлюбленную в звериные объятия, крепкие, но и нежные, прижав к себе брюнетку, как единственное бесценное сокровище, как самое важное и дорогое во всем белом свете. Варг вместе с Мари повалилась на пол и с трудом приподнялась на правой руке, от опоры на травмированную руку подав глухо голос. Левая рука оберегающе касалась головы Мари, защитив ее от столкновения с полом.