Лицо паренька просияло.

  - Спасибо, - поблагодарил он.

  Улыбка так и растягивала его тонкие губы. Он стал с гордостью привязывать своё приобретение к багажнику велосипеда. Покончив с этим, мальчик попрощался и уехал. А Володя и Зоя со своей скамеечкой направились в дом. Бабушка, получив этот незамысловатый подарок, была очень растрогана: гладила рукой по отшлифованной поверхности, с удивлением осматривала широкие ножки скамейки и, не скрывая недоумения, пробовала её на вес.

  'Доска сухая попалась, - пояснил Некрасов, - поэтому и скамейка лёгкая получилась. А ножки такие сделаны для того, чтобы они были устойчивы и не проваливались даже на огороде'.

  Бабушка с трудом опустилась на скамеечку, посидела на ней и осталась довольна. 'С ней хоть в гости ходить', - заметила она. Глядя на её смущённое лицо, молодые люди заулыбались. Подумалось, много ли нужно человеку для хорошего настроения?

  Пошёл седьмой час, и Владимир уговорил Зою выйти с ним порыбачить. Он всё сделал сам: привязался к деревцу, спустился по склону к воде и ловко забросил леску. Зоя была уверена, что ей здесь быстро наскучит, но почти тотчас началась поклёвка.

  - Окунишко балует, - флегматично предположил Некрасов. Подсек, и леска тут же вытянулась в струну, а конец удилища круто изогнулся и завибрировал. 'Ничего себе окунишко!' - воскликнул он. И стал подтаскивать рыбу к берегу. Но та сопротивлялась, как могла. Владимир повёл удилищем вправо. Рыбина медленно двинулась за ним, но на мелководье вытащить её не удалось. Тогда он, не ослабляя лески, медленно переложил удилище влево. И вот сквозь толщу воды стали видны смутные очертания рыбины, она казалась очень большой. 'Только бы не сорвалась', - как заклинание шептала Зоя.

  - Зоенька, иди наподхват. Если вытащим, гони во двор, - пошутил Володя.

  Она спустилась к самой воде. И вот над её поверхностью показалась рыбья голова. Берег все ближе, ближе.

  - Сазан, сазан это, - заволновался Владимир.

  И волоком вытащил рыбину на траву. Рыбина высоко подпрыгнула, забила хвостом о землю и сорвалась с крючка.

  - Зоя, держи, уйдёт, - азартно проговорил Володя.

  Девушка, понимая, что сейчас всё зависит от её сноровки, упала коленями на траву и, как сумела, прижала рыбину к земле.

  - Молодец! Теперь хватай её за жабры, и она наша.

  Нащупав скользкую голову, Зоя с трудом ухватила рыбину за жабры.

  - Не бойся! Бери её поглубже, - отчаянно жестикулировал Некрасов.

  - Ну, всё, рыбонька моя, допрыгалась! - Зоя торжествующе подняла над головой бьющегося сазана.

  - Молодец, Зоя! Не будь сейчас тебя рядом, не было бы у нас и улова.

  Зоя поднялась и подошла к Владимиру. Он с жадным восхищением рассматривал рыбину.

  - В вашей речке и такая рыба водится? Удивительно.

  - Так это точно сазанчик, не карась?

  - Однозначно. А ты, что же, деревенская - и не знаешь?

  - Если я жила в посёлке, так, по-твоему, и на лошади должна уметь скакать, и на тракторе ездить, так что ли?

  - Ну, извини. Это доподлинно сазан. Видишь: усы, крупная, с ноготь тёмно-золотистая чешуя, ну и форма, конечно. Интересно, сколько же он весит?

  Зоя расслабила руку и попыталась определить вес рыбины.

  - Что-то около килограмма. Пойду бабушке покажу, пусть порадуется.

  - Хорошо, - сказал Володя, - а я, если не возражаешь, ещё порыбачу.

  Рыбка оказалась как нельзя кстати: бабушка была просто в восторге.

  - Живая? Как же вы такую большущую рыбину поймать-то сумели? Ну, молодцы, - поглаживала она заскорузлой ладонью серебристый бок сазана. - Ох и давно же я не видывала чуда такого.

  - Да, повезло нам. Вдвоём еле справились. Сейчас водички для неё принесу.

  Через минуту сазан уже плескался в ведре. Чуть погодя, Зоя снова вышла к Некрасову. Он показал ей двух окуньков. В течение часа они поймали ещё пяток рыбёшек, самая крупная из них - краснопёрка, длиной с ладошку. До заката можно б ещё половить, но у комаров мотивация была сильнее, и рыбаки удрали домой. Уху решили сварить завтра. Рыбу сунули в холодильник. Попили чаю, поговорили о своих черноморских знакомых и вскоре улеглись спать.

  Глава 11. ДАНИЛОВЫ

  Минула вторая ночь, а решение всё не приходило. После завтрака Зоя пошла в магазин. В посёлке никакой привычной с детства активности. Некогда известный колхоз-миллионер, наполняющий трудовой жизнью три посёлка, съёжился до размеров полеводческой бригады. Люди остались без работы, без денег, без надежды. В магазине та же сонная одурь, что и в посёлке. Накупив муки, крупы, масла, Лихачёва вышла на улицу.

  - Ба, Зоя Николаевна, неужто вы? Ра-ад, рад вас видеть.

  Перед девушкой с бутылкой пива стоял матёрый человечище: грудь, плечи, ноги - всё мощное, как у памятника. Щекастая физиономия Федьки Журавлёва, старшего брата её одноклассницы Нинки, расплылась в радушной улыбке.

  - Привет, Федя. И мне приятно земляка встретить. Ты стал ещё здоровее. Поделись опытом, как тебе удаётся так хорошо выглядеть? - пошутила она.

  - Так меня же не в конце месяца зачинали в суете и спешке, а в самой серёдке, ну и зарабатываю хорошо. В Сибири работаю, шоферю.

  - Молодец! Наверно, с роднёй приехал повидаться?